Игра в дыму

Кэзухиро

Я видел, как дрожали руки Юко, когда я вложил ей в ладонь пистолет. Её била крупная дрожь, лицо исказила гримаса ужаса – зрелище крови оказалось для неё невыносимым. Прикусив губу, я подошёл к ней со спины. Она обернулась, вопросительно взглянув, но я мягко вернул её лицо в исходное положение. Обхватив её талию одной рукой, второй я направил её руку с пистолетом на корчащихся в предсмертной агонии людей.

– Жми на курок, – прошептал я, чувствуя, как её тело содрогается.

Она зажмурилась, но всё же нажала. Звук выстрела разорвал тишину леса, пуля вонзилась в одного из раненых, и его предсмертный крик оборвался, не успев вырваться наружу. Юко выронила пистолет, словно тот обжёг ей руку. Я взглянул на неё. В её глазах плескался неподдельный ужас, смешанный с отвращением.

– Всё нормально? Ты побледнела, – обеспокоенно спросил я.

Она лишь сглотнула, пытаясь справиться с тошнотой, и обхватила себя за плечи. Может, ей холодно? Не знаю. Я накинул на неё своё пальто и повёл к машине. Репортёрша шла, спотыкаясь, переодически вздрагивая от каждого шороха, её шаги были неуверенными, словно она ступала по минному полю. Несколько раз она чуть не упала, запнувшись о корни деревьев, пробивающиеся сквозь землю. Сев в машину, Юко укуталась в моё пальто, словно в одеяло, пытаясь согреться не только физически, но и душой.

– Ты испугалась? – тихо спросил я, зная ответ заранее.

Она кивнула, не отрывая взгляда от своих дрожащих рук. В свете приборной панели ее лицо казалось мертвенно бледным, а глаза – огромными и испуганными. Я завел машину и мы поехали по лесной дороге, стараясь как можно быстрее покинуть это жуткое место. Молчание давило на нас, словно тяжелый груз, и я чувствовал, как Юко все больше замыкается в себе.

Всю дорогу до города она не произнесла ни слова, лишь изредка всхлипывала, пытаясь сдержать рыдания. Я понимал, что увиденное сегодня оставит глубокий шрам в ее душе, и не знал, как ей помочь. А чем же я помогу ей? Я убийца, я втянул ее в это и буквально грозился пристрелить ее. Слова поддержки казались пустыми и неуместными, а любые попытки разрядить обстановку – бессмысленными. Я просто вел машину, стараясь ехать как можно аккуратнее, чтобы не добавлять ей лишнего стресса.

Приехав к отелю, который я забронировал заранее, я заглушил двигатель и повернулся к ней. Юко по-прежнему смотрела в окно, словно боясь взглянуть на меня. Я осторожно коснулся ее руки, и она вздрогнула.

–Барби, все будет хорошо, – прошептал я. Мой голос даже сейчас был грубоват и резок для нее.

– Тебе нужно отдохнуть и забыть обо всем этом.

Она медленно повернулась ко мне, и в ее глазах я увидел столько боли и отчаяния, что у меня сжалось сердце. Барби кивнула, но я знал, что это ничего не значит.

Юко казалась нежным, но опасно колючим цветком, словно роза, спрятавшая шипы под бархатом лепестков. Вздохнув, отгоняя навязчивые мысли, я провел ее в отель. Вспышки камер окружили нас плотным кольцом – неизбежная плата за мою славу. "Великий гонщик," – с горькой иронией пронеслось в голове. В номере, усадив Юко на диван, я накинул ей на плечи мягкий плед и протянул пульт от телевизора. Она оставалась безучастной, словно погруженная в глубокий сон, только с открытыми глазами. Пусть отдохнет.

Выскользнув из номера, я стремительно спустился по лестнице и вышел на ночную улицу. Мотор взревел, и машина, повинуясь моей воле, сорвалась с места, унося меня к оружейному магазину. Без лишних колебаний, я вошел внутрь. Здесь не было вездесущих камер, охраняющих тайны покупателей.

– Мне патроны седьмого калибра.

Продавец, не задавая вопросов, молча кивнул и протянул мне заветную коробку. Я добавил к покупке еще несколько необходимых вещей, расплатился и, сжимая в руках увесистый пакет, снова оказался в машине. Резко нажав на газ, я направил автомобиль вглубь леса. Минут пятнадцать тряской езды, и вот, я остановился вдали от любопытных глаз. Заглушив мотор, я вытащил пистолет, проверил обойму и вышел из машины. Рывком открыв багажник, я вывалил на землю связанного Райдера. Он отчаянно дергался, пытаясь выкрикнуть что-то сквозь кляп, но безуспешно. Я снял с него кляп и он со стуком упал на землю.

Приставив холодный ствол к его поседевшей голове, я прошипел:

– Кто рассказал тебе о смерти Александра Волкова? Или, может, ты растрезвонил об этом на каждом углу?

Райдер судорожно сглотнул.

– Я… я узнал это из новостей… Просто видел Александра на той гонке… и тебя тоже…

Сжав зубы, я перевел пистолет на его пах.

– Если ты лжешь, я вырву твою ложь вместе с яйцами. Говори, кто сказал тебе, что это я убил Александра?

Тело Райдера напряглось.

– Значит, это правда… ты его убил…

Пуля прошила тишину, вонзившись в его плоть чуть ниже пояса. Райдер закричал от невыносимой боли.

– Не меняй тему. Прошипел я на него.

– Я узнал об этом из новостей, клянусь! Больше ничего не знаю! Меня просто пригласили в тот день в качестве… спонсора!

Я получил то, что хотел. Больше он мне не был нужен. Убрав пистолет, я увидел, как Райдер, закрыв глаза, шумно выдохнул, пытаясь унять боль. В этот момент я приставил пистолет к его виску и спустил курок. Райдер обмяк и безжизненно рухнул на багажник моей машины.