Игра в дыму

Кэзухиро

Я умер? Этот вопрос эхом прокатился в голове, когда я открыл глаза и обнаружил лишь беспросветную тьму. Не такой я представлял свою кончину. Мне казалось, как я разбиваюсь на какой-нибудь гонке, и люди оплакивают меня прямо на треке, а тут… от руки друга, какая мерзость… Неожиданно, тишину пронзили чьи-то шаги. Дверь распахнулась с грохотом, заставив меня зажмуриться от ударившего в глаза света.

— Эй, спящая красавица, хватит дрыхнуть.

Я сглотнул, нахмурившись. Льюис. Руки сами собой сжались в кулаки. Хотел вскочить, но рука оказалась прикована наручником к стене. Плечо и спина отзывались колющей болью недавних пуль, а ребра ныли, словно их переломали заново. Слишком реально для сна, значит, я все-таки жив. Я поднял на бывшего друга-предателя взгляд, полный ненависти.

— Почему ты не добил меня? Что тебе еще нужно, Льюис?

Мужчина оскалился, обнажив белые зубы. На его животе виднелась небрежная марлевая повязка. Явно от того, что я тоже зацепил его пулей. Он придвинул стул и уселся напротив меня.

— Хочу наказать тебя. Будет гонка по стеклу. Прекрасная идея, не правда ли?

Меня пробрала дрожь. Какая еще гонка по стеклу? Он безумец. Я сглотнул и, собрав остатки самообладания, ухмыльнулся.

— Если это твоя идея, то скажу прямо. Хуйня. Может, твой тупой мозг родит что-нибудь поинтереснее?

Льюис поморщился. Я прекрасно знал, что умнее его, и это его бесило. Ухмылка стала шире.

— Что? Слов нет? Все извилины повылетали?

Комнату наполнил мой смех, безумный и надрывный. Несмотря на боль, я ощущал какое-то извращенное удовольствие. Льюис стиснул челюсти до скрипа.

— Ох, как ты заговорил, еще немного, и от тебя мокрого места не останется. Размажу по стенке, а органы продам.

Я растянул губы в улыбке.

— Ты совсем ебанутый, если меня размажут по стенке, органы будут ни к черту не годны!

Блондин вцепился побелевшими пальцами в сиденье стула. Он сидел, широко расставив ноги, а его руки покоились между колен.

— Ты мне нужен для того, чтобы Юко прибежала к тебе, играя в героиню, чтобы я мог прикончить вас обоих.

Меня словно окатили ледяной водой. Гнев вскипел в крови.

— Ублюдок, не смей! — вырвалось у меня. Льюис разразился безумным хохотом.

— Ах вот какие у нас эмоции на ее счет. Интересно…

Я стиснул зубы до боли.

— Не смей трогать Юко. Зачем она тебе?

— Она слишком много знает, как и ты. Мне не нужны свидетели и крысы.

Я прикусил губу до крови. Дурацкая привычка, выдающая волнение.

— Ты сам крыса.

В горле пересохло. Ярость душила, не давая дышать. Юко… Как я мог допустить, чтобы её имя прозвучало в этой грязной комнате, из уст этого предателя? Надо было молчать, сдержать эмоции, не показывать, насколько она важна для меня. Но теперь уже поздно. Льюис знает, и это делает её уязвимой.

— Ты переоцениваешь её знания, — процедил я сквозь зубы. — Она просто хороший фотограф. И больше ничего.

Льюис прищурился, словно сомневался, но в его глазах плясало торжество. Он, видимо, уже все решил. Моя жизнь — лишь приманка, а Юко — добыча, которую он намерен заманить в ловушку. Я должен что-то придумать. Должен выбраться отсюда и предупредить её.

— Ну, может, и так. Но знаешь, даже хорошего фотографа можно заставить говорить, если приложить достаточно усилий. Особенно, когда речь идет о жизни близкого человека.

Он встал, оттолкнув стул. Тот с грохотом упал на бетонный пол. Льюис наклонился ко мне, его лицо исказилось в злой гримасе.

— Подумай над моим предложением, дружок. Гонка по стеклу… Это будет незабываемо. Особенно, когда Юко будет наблюдать, как ты умираешь.

С этими словами он развернулся и вышел, оставив меня в темноте. Дверь захлопнулась, и я остался наедине со своими мыслями, полными ярости, страха и отчаянной надежды. Я должен её спасти. Любой ценой.

Комната словно сжалась вокруг меня, стены давили, заставляя сердце биться все быстрее. Ярость клокотала внутри, но поверх нее поднималась волна леденящего ужаса за Юко. Льюис… Этот мерзавец всегда был хитер, но чтобы опуститься до такого… Использовать ее, чтобы добраться до меня – это было за гранью. Барби не заслуживала этого.

Нужно было действовать, и действовать быстро. Я осмотрелся, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы помочь мне выбраться. Комната была пуста, лишь бетонные стены и тусклая лампочка под потолком, которая даже не горела. Но я не сдавался. Я начал шарить по карманам, ощупывать швы своей одежды, в надежде найти хоть какой-нибудь шанс. Может, завалялась заколка Юко, осколок стекла, что-то, что можно было бы использовать.

Мои пальцы нащупали маленький металлический предмет в кармане брюк. Скрепка! Сердце подскочило от надежды. Медленно, стараясь не издавать ни звука, я начал возиться с замком. Руки дрожали, пот заливал лицо. Каждая секунда казалась вечностью. Слышно было, как снаружи ходят охранники, их шаги отдавались эхом в коридоре.