Степанида Ивановна нервно икнула. Спрятала, называется, для особого случая последнюю бутылочку хреновухи!
Видимо, придётся распечатывать, вон как глаза загорелись у инспектора.
— Ну, так бы сразу и сказали, — тяжко вздыхая, сказала Степанида, достала рюмочки из толстого тёмного стекла и поставила их на стол.
— Мы будем это пить? — с тревогой в голосе спросил Лаврентий Гордеевич, теснее прижимаясь к Варваре Петровне.
Он не раз слышал про этот бесовской напиток. Стоило сделать глоток, и, не сразу, а чуток погодя, человек начинал выкладывать все свои карты.
— Конечно-конечно, именно пить и будем! — хихикнула хозяйка бюро и резво крутанула ревизора, который, сделав несколько оборотов, неуклюже плюхнулся в кресло.
— Если это шутка, то довольно неудачная. Я здесь не для того, чтобы распивать на брудершафт дрянной самогон и улыбаться, как будто мы самые лучшие друзья, — Лаврентий Гордеевич нахмурился, но с кресла так и не встал.
Степанида Ивановна уставилась на него, открыв рот от изумления. Как он смел критиковать то, что ещё не попробовал? Да ещё и уселся так, будто сам себя рекламировал. Ему только вывески на груди не хватало: "Посмотрите, я самый лучший ревизор в мире!"
Заметив перемену настроения своей компаньонки, Варвара Петровна осторожно тронула её за локоть и натянуто улыбнулась.
В это мгновение на улице раздался выстрел, затем послышались отчаянные крики и шум. В доме напротив оглушительно заорали коты графини Чусовой.
Отредактировано: 27.01.2026