Игра в кошку

Глава 4.

Берт.

С намеченного пути меня сбил стук в дверь. Этот стук, одновременно энергичный и вкрадчивый, я мог узнать из тысячи. Появилось желание малодушно изобразить отсутствие дома, но совесть так сделать не позволяла. Переборов себя и натянув добродушную улыбку на лицо, я открыл дверь. За ней, довольно ожидаемо, стояла леди Эйк.

Не знаю, случайность ли это, но вступившая в семью, на гербе которой изображен дуб, Анжелика удивительным образом напоминала то самое дерево. Кроме пышной фигуры, леди так же была наделена крепким характером. И если наметила себе цель… Что ж, цели можно посочувствовать. К моему огромному неудовольствию, последние несколько месяцев целью ныне вдовствующей леди стал я. Анжелика решила, что стабильность - признак мастерства, а, значит - успеха. Именно поэтому раз в несколько дней она приходила в поместье с новым, абсолютно невероятным, заболеванием. На той неделе был синдром нестабильности печени. А до этого – кроличье бельмо на сонной артерии. Я понятия, как и вся медицина нашего королевства, не имею, что это за жуткие диагнозы, поэтому стабильно отдавал ей капли, улучшающие сон. Если честно, боюсь представить, что же привело её сюда сегодня.

– Леди Эйк, какой неожиданный визит! Что привело вас сегодня?

– Ох, Роберт, прошу тебя: просто Анжелика. Случилось ужасное – меня мучают жуткие боли в области сердца. Это происходит уже несколько месяцев и я абсолютно не знаю, что с этим делать! – она картинно приложила руку, увешанную перстнями, ко лбу.

– Леди Э… Анжелика. А вы не пробовали сходить к лекарям? – осторожно поинтересовался я, зная ответ.

– К этим коновалам?! Они ничего не смыслят в лечении. Только ты, свет мой, можешь мне помочь. Куда проходить на осмотр? – леди решительно отодвинула меня с прохода.

– При всём моём уважении, я в очередной раз повторяю – я не лекарь. Моё дело – делать лекарства и отдавать их людям, попрошу заметить, что только после рекомендации лекаря, в серьёзных случаях. А ваш, судя по описанию – именно такой, – терпение вместе с доброжелательной улыбкой медленно угасали.

– Роберт, мне срочно нужен осмотр, – леди, прошедшая в гостиную, схватилась за сердце и начала оседать на диван. – Ты точно сможешь, я ведь знаю, что у вас был курс основ лекарства и анатомии! Ты же благородный человек и не оставишь леди в беде! Вот, послушай, как бьётся моё сердце.

– Леди… Леди! Ну послушайте же! Я не могу вас осматривать, у меня нет должной квалификации. За такое могут и моей лицензии зельевара лишить, в конце концов!

– А мы никому не скажем, мой дорогой, – с придыханием произнесла она, продолжая расшнуровывать корсет.

– Если вам плевать на мою лицензию, подумайте о чувствах! Как я буду смотреть в глаза своей невесте? – боги, что я несу?

– А о моих чувствах ты не хочешь подумать?! Я уже третий месяц, как какая-то сопливая дебютантка, бегаю к тебе, лишь бы получить хоть каплю внимания. А он ничего не понимает! Хоть бы раз пригласил меня на чашку ко… – она запнулась на полуслове. – Невеста?! Какая ещё к чертям невеста? Все леди в округе знают, что ты занят! Никто бы и не подумал со мной связываться, ты, маленький врунишка.

Тон её с возмущённого сменился на заигрывающий. Плавной, почти кошачьей походкой, она двинулась на меня. При её-то габаритах это даже вызывало некоторое восхищение. То, что ещё немного и меня буквально прижмут к стенке, вызывало только ужас.

– Анжелика, ну что вы, как я могу обманывать столь приятную леди? Я действительно помолвлен. Мы познакомились с невестой на съезде зельеваров, это была любовь с первого взгляда! – на ходу придумывая что угодно, лишь бы спастись, я продвигался ближе к двери. – К сожалению, моя дорогая сейчас не может быть со мной. Ей нужно завершить дела в своём городе. Но уже скоро она приедет сюда, тогда-то мы и сможем объявить о скорой свадьбе.

– Что же, кто я такая, чтобы мешать любви? – я напрягся, услышав в её голосе коварные нотки. – Вы ведь не откажете мне в маленькой просьбе, Роберт?

– Конечно нет. Принести капли от сердца? – надежда умирает последней, верно?

– Ох, нет. Но благодарю за беспокойство, лорд Рефур, – нарочито официальное обращение пугало. – Я всего лишь хочу познакомиться с той, что украла ваше сердце. Такая малость, согласитесь.

– Сложно не согласиться, ведь это правда, – улыбнулся я, лихорадочно придумывая, где найти девушку, что согласится на такую авантюру. – К сожалению, сейчас нет точных сроков её приезда, но как только будет известно…

– Да-да, я так и поняла. Буду ждать письма с большим нетерпением. До скорой встречи!

Леди покинула дом, оставив меня наедине с попыткой придумать хоть что-то и кошкой, проснувшейся от разговора. Кошка фыркала, подёргивая хвостом. Надеюсь, это реакция на резкие духи Анжелики. Иначе складывается впечатление, что надо мной смеются даже кошки.

Пожалуй, стоит вернуться к тому, на чём остановился.

Библиотека встретила меня запахом старых книг. Если я правильно помню, то мемуары предков лежат в самой дальней части. Туда я и направился. Немного побродив вокруг полки в поисках нужного, я, наконец, нашёл. Вот он, дневник Элеоноры Рефур. Так-так-так, и о чём же писала прабабушка? Я перелистывал страницы около получаса, судя по ощущениям, пока не наткнулся на упоминание о кулоне.

Элеонора Рефур.

23 июля.

Сегодня чудесный день! Лекарь разрешил сестре небольшие прогулки. Я так рада за Агату, но при этом мне так же за неё и боязно. После того жуткого падения с лошади она совсем перестала улыбаться, практически не разговаривает и замкнулась в себе. Зная её с самого детства как светлого и жизнерадостного человека, мне особенно больно наблюдать за её страданиями.

1 августа.

Мы с Агатой прогуливались в саду, когда она попросила сходить с ней к конюшне. Сначала я обрадовалась, ведь на её лице, впервые за долгое время, появилось подобие улыбки. Но немного погладив Байрона по бархатистой морде, она разразилась рыданиями: “Элли, я никогда не смогу ездить верхом, как раньше! Лекарь запретил мне садиться на коня, или я навечно окажусь прикована к кровати.”. Успокаивающе поглаживая по спине, я довела до кровати сестру, где та забылась тревожным сном.