Игра в молчание

Глава 2

Начало сентября в Калининграде – это время, которое местные жители ласково называют «бархатным сезоном». Это нежный, переходный период, когда лето еще не отпустило свои объятия полностью, но осень уже робко заявляет о себе, принося с собой особую, едва уловимую магию.

Дни еще наполнены летним теплом, но воздух уже приобретает ту особую, хрустальную прозрачность, которая предвещает скорую осень. Утром и вечером чувствуется легкая прохлада, заставляющая накинуть легкий кардиган или куртку, но днем солнце щедро разливает свое мягкое, золотистое тепло. Небо часто бывает ослепительно синим, с редкими белыми облаками, плывущими над городом, словно корабли.

Листву на каштанах, липах и кленах только начинает трогать едва заметная позолота, просвечивающая сквозь сочную зелень. Это еще не буйство осенних красок, а лишь тонкий намек, обещание грядущей феерии.

Василиса подошла к окну и поняла жалюзи. Утреннее солнце робко подсвечивало парк, располагавшийся прямо через дорогу от дома. И ей подумалось, что именно в нем начиналась их с Матвеем история.

На подоконнике пыхтела кофемашина, рядом устроилась баночка с корицей – Василиса с Ариной обязательно соблюдали ритуал четвергового кофе. Слабо верилось, что корица в кофе поможет что-то изменить, но эти самые изменения обычно начинают происходить, когда появляется вера. А Кольцовой сейчас просто необходимо было верить.

Посмотрев вниз, она улыбнулась приятному ночному воспоминанию: Матвей и правда дождался, пока она поднимется и помашет ему из окна. И ушел только убедившись, что его спутница дома и в полном порядке.

***

Матвей собирался на удивление долго. Раньше с ним как будто такого не происходило. Доедая бутерброд на ходу, он проверил, точно ли выключил утюг.

Голубая рубашка и такого же небесного цвета пиджак.

– Как на свадьбу, ей-богу, – сам себе сказал мужчина, приглаживая челку перед зеркалом.

Настроение было праздничным, приятно радостным. С предвкушением чего-то нового он вышел за порог, дернув ручку и стукнув по двери – привычка, с которой он не мог расстаться очень долгое время. Раньше он так говорил маме, что ушел и дверь закрыта.

Дорога до университета была легкой: яркие прохожие, солнце, всё еще пытающееся согреть людей, бегущих по своим делам, листья, шуршащие под ногами.

И её брошка, приятной тяжестью оттягивающая карман.

***

Стоя в столовой института, Арина, Андрей и Василиса тихо переговаривались, обсуждая покупку новых хирургических костюмов.

После Лаоса Васе требовалось полное обновление рабочего гардероба, и ребята выбирали время для похода по магазинам, а также то, что хотели купить: Арине понадобился халат, который сядет по фигуре, Андрею – новые колпаки, а Василисе – костюм. Желательно два, чтобы в экстренных случаях можно было переодеться.

Студенты еще не до конца проснулись – кто-то ковырял омлет, кто-то старательно писал конспекты, заедая знания булочками. Аромат какао, как в школе, распространялся по помещению, даря странное спокойствие.

И без того тихая атмосфера стала еще тише, только студентки щебетали, какой же он красивый, пока троица увлеченно решала насущные вопросы, стоя у стола раздачи и ни на кого не обращая внимания.

– Не оборачивайся, – прошептал Матвей, подойдя сзади, и вложил брошку ей в ладонь, чтобы никто не заметил.

Кольцова ошарашенно хлопала глазами и послушно не оборачивалась, старательно сжимая ладонь. Вопрос, откуда у него взялась ее брошка в виде стетоскопа, остался без ответа.

– Доброе утро, – мужчина улыбнулся Арине и Андрею, которые сверлили его взглядами, – пропустите? Хочу успеть выпить чаю до следующей пары.

– Присоединитесь к нам? – вдруг неожиданно выпалила Василиса, и захлопала ртом, как рыба, выброшенная на сушу.

Сама того не понимая, она сейчас предложила преподавателю позавтракать со студентами. Ну чем не идиотка?

– С удовольствием, – спокойно ответил Матвей. И Кольцова вмиг позавидовала его самообладанию.

«Отлично, Вася, сама себя выдала», – подумала девушка. Но что она выдала? И как она это сделала?

Всё равно, что подумают люди. Василиса и Матвей три месяца жили в соседних комнатах в максимально лишенной всех благ цивилизации стране. И как он вчера сказал? «Мы – полноправные коллеги».

Белых халатов в столовой становилось всё больше, свободных мест всё меньше. Но внимание студентов и преподавателей приковывала четверка, сидящая практически в центре. Бурные обсуждения Лаоса, институтских порядков, цвета хирургической формы, который подойдет Василисе – всё смешалось в этом живом разговоре.

Матвей сидел, немного откинувшись на стуле, и смотрел, как из тихой и немного забитой, Кольцова стала активной и разговорчивой. Щеки у нее раскраснелись, несколько прядок выпали из прически, придавая ей совершенно очаровательный вид.

– Вам очень идет этот костюм, – отметил Андрей. Он считал, что мужская солидарность тоже существует. И если мужчина выглядит прекрасно – ему тоже можно сделать комплимент.

– Спасибо, – искренне ответил Матвей. – Кстати, вы сегодня идете поддержать доктора Васю?