Игра в Новый год

Глава 12. Память Мари. (Мариэль)

Не знаю, как у меня это получилось. Не иначе, храброй воды напилась. Схватив Клауса за плечо, сказала:

— Мы уходим.

И откуда во мне столько уверенности? Но где-то внутри я знала, что поступаю правильно.

После хоровода снежинок и истошных криков мужа мы оказались совсем не в том месте. Я представляла маму и нашу старую квартиру, а оказалась в каком-то притоне.

Все? Игра сломалась? Может, она тогда выпустит нас, наконец?

— Мари, где мы? — спросил Клаус, тоже не понимая, куда это нас занесло.

А я бы и рада ответить, но голова вдруг закружилась.

Очнулась уже в другом месте. Чистая и уютная комната встретила меня тишиной. Под рукой оказался телефон. Ничего себе, какой он крохотный и легкий!

Сев на диване огляделась, пытаясь найти мужа. Непонятно. Это воспоминание, или я опять провалилась в другой мир против своей воли?

Зазвонил телефон и я ответила, не раздумывая. Значит, все же воспоминание.

— Алло.

— Ой, ой, ой, — прокричала в трубку мама. — Приезжай скорей доченька. Сердце…сердце болит.

— Ты скорую уже вызывала? — спросила взволнованно.

В ответ послышались гудки.

Оказавшись в своем теле, я наблюдала воспоминание от первого лица. Мне это очень не нравилось. Эмоции брали верх, отключая напрочь голос разума. В таком хаосе анализировать происходящее становилось трудней.

Тем временем мое дурное тело уже надевало теплую одежду.

Пискнуло уведомление на телефоне. Пришлось отвлечься ненадолго. Алан прислал письмо на электронную почту. Чем его не устроили короткие сообщения? Посчитав, что он отправил что-то важное, открыла приложение без задней мысли.

Экран телефона тут же погас. Перезагрузка не помогла реанимировать его. Плюнув, быстро написала для Клауса записку и прикрепила магнитом на холодильник. Про болезнь мамы не указала.

— Незачем ему знать, — буркнула, закрывая колпачок фломастера.

— Почему это? — спросила у прежней себя, желая получить ответы, а не зарываться еще больше в недосказанности.

Естественно, она меня не услышала.

Пленка резко перешла в режим перемотки и я оказалась возле уже знакомого домишки. Это тот самый, в который я пыталась пробраться еще во время первого перемещения между мирами.

Рука сжалась в кулак, и я поднесла ее к двери, но замерла. Вдруг там опять Алан.

«Неужели он убил меня в реальности и поместил разум в игру?» — возникла совершенно сумасшедшая идея. Мотнув головой, я поспешила отогнать ее от себя.

Стал бы Клаус так стараться вернуть мою память, если бы я оказалась права? Думаю, что нет.

— Вот ты и пришла! — Гостеприимно распахнулась дверь. На пороге стояла очень счастливая и совершенно не больная мама.

— Зачем ты обманула меня? — спросила строго. В груди бушевала обида.

— А разве по-другому тебя заставишь к родной матери приехать? — фыркнула она надменно.

Мама из воспоминаний оказалась совсем не той, что была в игре. Та хоть и странная, но заботливая, а эта…

Холодная, чужая, словно мы и не родственники вовсе.

Виски резко пронзила боль Хватаясь за голову, я упала на колени и опять куда-то провалилась.

Еще одно воспоминание. Только более старое. Из детства.

На этот раз я наблюдала со стороны за маленькой девочкой лет четырех. Она сидела в углу, поджав к груди колени. Вокруг бегали тараканы, карабкаясь по пакетам с мусором и бутылкам. Где-то неподалеку велась пьяная, нечленораздельная беседа. Кто-то кого-то не уважал. А потом началась драка.

Девочка закрыла уши ладонями, а я почувствовала непреодолимый страх.

«Не бейте меня. Не трогайте», — стучала в сердце мольба.

В тот день ее никто не услышал. Ни обезумевшая мать, ни потерявший человеческий облик отец.

Да, такие воспоминания, действительно, лучше стереть и никогда не возвращаться к ним. Интересно, Алан именно этого добивался? Я ему все рассказала?

Картинка сменилась и к девочке подошла милая женщина с черной папкой в руках.

— Не переживай, малышка, — сказала незнакомка. — Мы о тебе позаботимся.

Судя по интерьеру, я из воспоминаний очутилась в больнице. Там мне нравилось больше чем дома. По крайней мере, теперь могла спокойно спать ночью в чистой кровати, а еще, наконец-то нормально покушать. Чувство сытости, пожалуй, самое приятное. После этого блаженного ощущения, обычно меня сразу морило в сон.

Я любила играть поближе к столовой, чтобы уловить запахи манной каши или куриного супа. Они мне казались самыми вкусными и уютными.

Мама приходила навестить меня пару раз, слезно обещая забрать, как можно скорей. Выглядела она иначе. Опрятный и трезвый вид мне очень нравился. Именно о такой мамочке я всегда мечтала.

Слепо веря её словам, ждала очередного визита, но затем меня перевели в другое место. Детский дом.