Играя на цитре перед быком

Глава 6. Кошки-мышки! Водишь ты!

Нин Вэйхуа поднялся еще до зари. Первым делом он перечитал отчет Императору, который впоследствии разорвал, так как посчитал неподходящим. Когда же новый отчет был готов, уже взошло солнце, а в дверь постучались. Но не дождавшись ответа, дверь открылась, и в комнату зашел Вэй Цзымо. Он осторожно закрыл за собой дверь и встал на пороге, замявшись.

— Доброе утро, — как ни в чем не бывало проговорил генерал спустя фэнь молчания.

(Фэнь – около 15 секунд)

Подручный выдохнул. После вчерашней ссоры во рту стоял горький привкус, и ничто не могло его сбить. Верно, Вэй Цзымо чувствовал вину за ссору. Может, ему действительно стоит иногда молчать, обходиться без уговоров и нравоучений, которые приводят только к конфликтам, ведь на деле он находится по статусу ниже самого генерала и не может допускать подобного поведения, несмотря на то, что они друзья детства.

— Извиняюсь за вчерашнее.

Нин Вэйхуа даже не взглянул на него. По его лицу было сложно что-либо определить. Все же у некоторых военных есть особенность, особенно у стратегов и полководцев: в их глазах редко читаются эмоции, выражение всегда либо ледяное, либо пустое.

— Ничего страшного.

Вэй Цзымо постоял у порога еще какое-то время, не решаясь пройти дальше, но после все же неуверенно ступил к генералу.

— Отчет пишешь?

Нин Вэйхуа сухо ответил:

— Да, написал. Пойдем вниз. Скажи там, чтобы собраны были через кэ. Без опозданий, а то здесь и останутся.

(Кэ – около 15 минут)

Подручный, вздохнув, кивнул и пошел вниз. Генерал забрал вещи и тоже спустился. Он был готов ехать чуть ли не с самого пробуждения. Единственное, что его удержало от подъема всего дома на ноги – отчет, который пришлось переписать.

Через время все спустились, а вместе с ними и жильцы главного дома Янгуан. Правда, из интересующих лиц Нин Вэйхуа увидел только Хай Сина. Градоначальник выглядел безупречно, но за спиною постоянно потирал пальцы – переживал. Он снова раскланялся всем и подошел к генералу, улыбаясь.

— Очень приятно было иметь с вами дело! Приезжайте к нам еще!

«Как же… Конечно, приеду,» — подумал Нин Вэйхуа и натянуто улыбнулся. Хай Син встал в ступор, но посчитал это хорошим знаком. Зря.

В конце концов карета отбыла. Генерал и поручный сидели молча, смотря по разным сторонам. Каждый думал о своем. Как бы Вэй Цзымо не хотел переключиться на реальную должность подручного и говорить соответственно, на деле не мог этого сделать, так как имел много невысказанного, а удержать себя не мог:

— Знаешь, Вэйхуа, тебе нужно быть добрее к людям…

Нин Вэйхуа хотел пропустить его слова мимо, но не смог не ответить. Он не хотел признавать, что на самом деле его это задело, но в глубине осознавал.

— И как же ты это себе представляешь?

Какое-то время подручный помолчал, собираясь с мыслями. Он уже понял, что наступил на те же грабли, но останавливаться не хотелось:

— Добрые дела, хорошее отношение к людям… Много чего можно придумать, — все же произнес он.

Нин Вэйхуа невесело усмехнулся.

— Добро не всегда несет добродетелю счастье.

Вэй Цзымо вздохнул. Нет, сложно перестраивать взгляд на мир человека, которого постигли все ужасы. Лучше действительно оставить это бесполезное дело и поберечь нервы обоих. Подручный перевел тему:

— Ты, кстати, помнишь, как лекаря прогнал?

— Да, и что?

— Ничего, напоминаю, что нужно нового нанять.

Воцарилась тишина. Вэй Цзымо сделал вид, что на этом беседа завершена, хотя осталось не дающее покоя чувство неловкости.

— А из Байху возможно кого-то взять сразу? – вдруг спросил генерал.

— Я узнаю.

—

Первым делом в городе Цзю Син нашел дешевую лавку и купил еды. Сам он уже корчился от голода и не представлял, как Фэн Вутянь могла так спокойно ждать. И к тому в конце концов Цзю Син понял, какую ценность имеет тут медь, серебро и золото. Для сравнения, одна серебряная монета была равносильна ста медным, а одна золотая – десяти серебряным. Отрыв на самом деле небольшой.

Съев по лепешке за два медяка, Цзю Син решил с Фэн Вутянь пройтись по городу. Как он посчитал, потом можно будет найти какую-нибудь забегаловку, где обязательно будет нужен обслуживающий персонал.

Во время учебы в университете Цзю Син так и устроился баристой в кафейню. Денег тогда совсем не хватало, у родителей он не просил принципиально, потому выживал, как мог. Хоть небольшая стипендия имелась. Он ведь в итоге поступил на бюджет, чем очень гордился.

Наверно, молодой человек мог бы сравнить те времена с нынешними, но прекрасно осознавал, что из схожего здесь только то, что он снова потерян. Теперь у него оставалось лишь каких-то три серебряных монеты, нависала ответственность не только за себя, странная просьба от непонятной разговаривающей зверюги и еще одна проблема в лице Мэй Юйлуна. Лучшче быть не может!

Этот петух, несмотря на все, продолжил преследование. Цзю Син знал, что тому нужен браслет, данный, наверно, духом, но отдать боялся. Он еще не понимал законов этого мира, не знал, к чему может привести любое его действие, и потому нагребал все больше проблем на свою голову.