Играя в любовь...

Глава 31

Полина

Зимин, прислонившись плечом к стене, изучающе на меня смотрит с какой-то мрачноватой улыбкой на четко очерченных губах.

— Друг? — роняет он лениво, чуть приподняв брови.

Я выдыхаю с протяжным шипящим звуком. Такая усталость наваливается, словно из меня все силы выкачали, лишь капелька осталась, которой хватит только чтобы до кровати доползти. И я, развернувшись, иду прямиком в свою комнату. Плюхаюсь на постель и, обняв подушку, усаживаюсь у изголовья.

Максим входит следом. Пересекает комнату, застывает у окна.

— Таково твое решение? Я правильно понял? — спрашивает, внимательно рассматривая двор.

— Нет, не правильно, — отзываюсь натянуто и угрюмо, заставляя Максима повернуться. — Ничего я еще не решила.

— Тогда почему сказала, что мы друзья? — он подходит к кровати, садится с противоположной стороны.

— Растерялась потому что. И обманывать их не хочу. Говорила же, не мое это! — фыркаю с досадой. — И спасибо, что поддержал, — добавляю спокойнее.

— Но ведь если помочь согласишься — обманывать все же придется, — Зимин широко расставляет ноги. Опустив на колени локти, выжидающе разглядывает меня.

— Да, но у меня будет время, чтобы подготовиться, настроиться как-то, — крепче стискиваю подушку. — Сейчас его не было.

— Ты здорово смутилась, — усмехается Максим.

— Еще бы! Родители приехали, а тут — ты со своим... торсом... голым... — договариваю уже в подушку. Чтобы на Максима не смотреть, потому что перед глазами так и всплывают очертания его тренированного тела, его литые мышцы, его смуглая кожа, которой так и хотелось коснуться. Вот же! И о чем только думаю?!

— Ты уже большая девочка, Поль, — раздается после небольшой паузы. Негромко, чуть хрипловато. И от этих слов, от этого тона в груди искрит, того и гляди пламя разгорится.

Поднимаю на него взгляд. Зимин опять улыбается. Ну как можно быть таким неотразимым?

— Знаю, что большая. Но это же родители. Мне известно, как они относятся к такому... И я сама так же, как и они, к такому отношусь... — еле-еле языком ворочаю. Все, не могу больше говорить. Но Зимин не унимается.

— Что ты имеешь в виду? — с ухмылочкой уточняет он.

— Неважно, забыли, — насупившись, бурчу. — Лучше скажи, о чем с тобой мой папа разговаривал? Он бывает резковат...

— Мне так не показалось. Отличный у тебя батя, любит тебя очень. А то, о чем мы разговаривали, — не для твоих ушей, Сухарик, — выдает игриво.

— В самом деле? — тяну с обидой.

— Да. И технично съехать с темы тебе не удастся. К какому “к такому”, Поль? Поясни, — в глазах Максима вспыхивает азарт, и я понимаю, что рассчитывать на то, что он так легко отстанет, не стоит.

Часто дышу, но воздуха все равно будто бы не хватает.

— К связям... случайным... — выдавливаю насилу. В груди уже во всю полыхает. Сейчас просто-напросто сгорю, если допытываться продолжит! Превращусь в кучку пепла!

Зимин добавляет накала. Мало того, что пронзительно смотрит, еще и разворачивается ко мне всем телом, и поближе подвигается.

— Слушай, ты так стесняешься говорить об этом. Напрашиваются выводы... — многозначительно тянет он. — Поль, ты когда-нибудь с мужчиной была?

— Так... ладно... — в горле окончательно пересыхает, я отбрасываю подушку и свешиваю ноги с кровати, собираясь гордо удалиться, но Максим подсаживается совсем близко, и я замираю. Теперь помимо пламени моего жуткого смущения ощущаю жар, исходящий от его тела. Но такое невозможно ведь?

И вообще ненормально, что меня так штормит. У меня лихорадка, наверное. Да, надо срочно температуру измерить.

— Так была? — напирает он.

— Максим... — произношу строго, с нажимом и уже поднимаюсь на ноги.

Однако он берет меня за руку, тянет на себя, возвращая обратно на кровать. От этого прикосновения меня будто током прошибает, и в мыслях творится полнейший сумбур.

— Пятое правило! — довольно выпаливает Зимин.

— Серьезно? — защищаясь, злюсь. — Пятое правило мне припоминаешь?

— Сама настаивала на них, — заявляет он твердо. И руку не отпускает. Кожу под его теплой ладонью приятно покалывает, и сладкие импульсы так стремительно разносятся по всему телу, что голова кругом.

— Я тебе уже говорила, что серьезных отношений у меня не было, — выдыхаю чуть слышно.

— Это я помню. Но спрашивал-то я о другом.

— Так в этом-то и заключается ответ.

— Неужели? И в чем взаимосвязь?— Максим тоже понижает тон, его ладонь сейчас ощущается невероятно тяжелой.

— Для меня это связано напрямую, но я понимаю твое недоумение. Знаю, у тебя на этот счет иные взгляды. Каждому свое. Не мне судить, — тараторю взволнованно.

В зеленых глазах Максима мелькает задорный блеск, его дыхание учащается, а улыбка становится шире.

— Откуда ты такая правильная на мою голову взялась? — задумчиво спрашивает он.