Играя в любовь...

Глава 38

Полина

Следующий рабочий день начинается под стать предыдущему. Просторный холл офисного здания компании встречает меня странными взглядами. Не успеваю и шага ступить, как ощущаю на себе нездоровое внимание окружающих, которое явно проявляют некоторые коллеги, в основном, женского пола. Любопытных глаз с меня не сводят и перешептываются за спиной. Или мне это только кажется?

Обернувшись, убеждаюсь в том, что многие действительно глазеют.

Не понимаю. В чем дело? Это похоже на какой-то дурацкий сон. Может, я и правда еще не проснулась?

Торопливо пересекаю холл, устремляясь к выходу на лестницу. По пути здороваюсь еще с несколькими знакомыми, испепеляющими меня въедливыми взглядами. Неприятное предчувствие, поначалу вспыхнув в груди маленькой искоркой, вскоре разгорается в основательное пламя. Оно становится всеобъемлющим, когда я, поднявшись на свой этаж и оставив вещи в пока еще безлюдном отделе, решаю посетить дамскую комнату и встречаю там Валерию. Ту самую коллегу из бухгалтерии, что совсем недавно соблазнительно виляла бедрами перед Зиминым, когда мы с ним спорили в коридоре.

— Доброе утро, — безрадостно вздыхает она, жалостливо смотрит на меня.

— Доброе, — бурчу недовольно и скрываюсь в кабинке от ее чересчур внимательного взора.

Девушка не уходит, подозреваю, что дожидается меня, и догадка оказывается абсолютно верной. Потому что стоит мне выйти и шагнуть к раковине, она глубоко вздыхает, изгибает бровки домиком и складывает губы в сочувствующую улыбку.

— Очень жаль, что у вас с Максимом Эдуардовичем так все закончилось, — Валерия старается изобразить печаль. А может, и не старается вовсе, ведь язвительные нотки отчетливо проскальзывают в ее тоне, а в глазах пляшут злорадствующие огоньки. — Но ты же не думала, что это навсегда? — активно машет своими длиннющими ресницами. — О-о-о, ты так думала, да? — она прижимает ладони к груди.

Моим ответом служит каменная маска на лице, потому как холодный игнор кажется мне самой подходящей реакцией. Да и не приходит в голову ничего лучше.

С напускным спокойствием мою руки, затем подставляю их под струи теплого воздуха висящей на стене сушилки.

Покинув дамскую комнату, шагаю обратно в отдел. Теперь природа повышенного интереса ко мне становится предельно ясна. Я чувствую жуткую злость и клокочущую внутри обиду. Как этот слух успел так быстро распространиться по нашему огромному коллективу? О моем якобы расставании с Зиминым я говорила лишь с друзьями, больше ни с кем. Нет, безусловно, рано или поздно все бы и так узнали, но я не думала, что это случится так стремительно. И будет так активно обсуждаться.

Открываю дверь отдела, взволнованно вхожу внутрь. Все сотрудники уже на своих местах. Невольно смотрю на Катю с Аленой, чьи ехидно улыбающиеся лица красноречиво намекают на их осведомленность.

— Всем привет, — здороваюсь мрачно, сразу иду к своему столу.

— Привет, — одновременно роняют Диана и Семен.

Беру свое пальто, которое оставляла на спинке рабочего кресла, вешаю его в шкаф. В напряженной тишине под внимательными взглядами главных сплетниц офиса я занимаю свое место, включаю компьютер. Все сильнее раздражаюсь, знаю, что комментарии от них непременно последуют. Именно это и происходит в следующую секунду.

— Теперь понятно, почему ты вчера была не в духе, — первой, конечно же, открывает рот Алена. — Как себя чувствуешь, Поль? Выглядишь не очень.

— У меня все в порядке, Ален, но спасибо за беспокойство, — отзываюсь натянуто.

— Ты не расстраивайся. Вы еще на удивление долго продержались, — подключается ее подружка. — Все так говорят.

— Кто это “все”? — сверлю ее прямым взглядом.

— Да все, — отмахивается Катя. — Ваш разрыв только ленивый не обсуждал.

— Что тут обсуждать? — сердито фыркаю, но на деле рассчитываю получить хоть какие-то объяснения, чтобы понимать, что конкретно с таким отчаянным рвением смакует народ, и Катя с удовольствием продолжает:

— Как это что? — тянет она с хитринкой. — То, что Максим Эдуардович наигрался и кинул тебя. И то, как ты ревела при расставании.

От этой фразы меня бросает в жар, и челюсти нервной судорогой сводит — так сильно я их, оказывается, сжимаю. Но я усилием воли заставляю себя не выдавать истинной реакции.

— Большего бреда в жизни не слышала, — отвечаю небрежно, удается даже естественно усмехнуться.

— Что мне рассказали, то и передаю, — пожимает плечами Катька.

— Но мы с удовольствием послушаем твою версию событий, — подхватывает Аленка.

— А эта версия чья? — уточняю насмешливо.

— Мне откуда знать? — фыркает Алена. — Сегодня с утра только об этом и болтают, плюс по чатам эту новость мусолят.

— Так что, ждем твою версию, — глаза Кати блестят любопытством.

— Никаких версий не будет — отрезаю я. — Закрыли тему.

Подружки разочарованно и очень театрально вздыхают. В этот момент из своего кабинета показывается руководитель нашего отдела, и все как по команде приступают к работе.

Я смотрю в экран монитора, но цифры и буквы пляшут перед глазами. Все происходящее кажется сейчас концом света, не меньше! Поднимаю взор на Алену, затем перевожу его на Катю. При них мы с ребятами ничего не обсуждали. А больше я ни с кем не говорила! Так откуда все это пошло? Если не с моей стороны, тогда со стороны Зимина, получается? И мне бы очень хотелось знать, зачем он это делает? Зачем продолжает причинять боль? Полагает, что сделал недостаточно? Зачем давать пустые обещания, договариваться о том, как наше расставание преподнести во взаимовыгодном свете, а потом делать с точностью до наоборот? Не удивлюсь, если он уже вовсю с новой подружкой на людях мелькает.