Играя в любовь. Верь мне

Глава 2

Полина

Поднимаюсь на административный этаж, иду в приемную. Понятия не имею, где теперь “обитает” Максим Эдуардович, но звонили мне именно оттуда.

— Доброе утро, — здороваюсь с Надеждой, когда вхожу в просторное помещение.

Девушка приветливо улыбается, как и положено секретарю руководителя, но при этом с интересом и ощутимой придирчивостью скользит по мне взглядом.

— Одну секундочку, я сейчас о вас доложу, — манерно тянет она. С легким щелчком поднимает с базы телефонную трубку и, нажав кнопку, сообщает о моем приходе боссу.

Я же взволновано рассматриваю приемную. Рабочее место помощника руководителя оборудовано по центру приемной. Помимо входной двери, здесь имеются две внутренние, расположенные строго друг напротив друга. За одной из них находится кабинет главы нашей компании, то есть отца Максима. Очевидно, за другой теперь “восседает” Зимин-младший.

— Проходите, Максим Эдуардович готов вас принять, — с нарочитой вежливостью произносит Надежда, ожидаемо указывая на дверь, расположенную справа от меня.

— Спасибо, — отзываюсь машинально и направляюсь к его кабинету.

Трижды постучав, вхожу. Делаю несколько шагов и замираю посреди большой комнаты, обставленной массивной темной мебелью. Невольно пробегаю взглядом по интерьеру. Стильно. В воздухе еще витает запах новой древесины, кожи и лака. По всей видимости, обустраивали кабинет совсем недавно, как раз к выходу нового босса из отпуска.

— Здравствуй, Полина, — первым голос подает Зимин.

— Здравствуй, — отвечаю негромко, только теперь решившись перевести на него взгляд.

Он как будто бы изменился. Черты лица стали жестче, взрослее, хотя мы не виделись всего пару недель. А может так кажется из-за его ледяного взгляда? Или из-за каменной маски, за которой надежно спрятаны эмоции? Я не знаю.

— Садись, — распоряжается он хлестко, дополняя свой образ суровым тоном.

Передо мной словно незнакомый человек. Я вообще его знала? Едва ли.

Молча устраиваюсь на одном из массивных стульев с кожаной обивкой, стоящих напротив его стола. То яростное желание все высказать Максиму, которое кипело во мне после нашего “финального” разговора, со временем поутихло, а давящая атмосфера этой встречи прямо сейчас испаряет последнюю каплю этого самого желания.

Находиться рядом с Зиминым нелегко, из памяти еще не стерся его прежний “образ” — веселого, общительного парня. Образ фальшивый и ненастоящий, но так предательски сильно запавший в душу.

— Почему ты отказываешься от повышения? — резко и натянуто интересуется Максим, вырывая меня из мыслей.

— Мы это уже обсуждали, если помнишь, — чеканю твердо.

Его взгляд становится еще более тяжелым, в нем читается напряжение.

— Не торопись с ответом. Подумай, Полина, — настаивает Зимин. — Это хорошее предложение. Если тебя настораживает специфика работы, не сомневайся, тебя введут в курс дела, я дам соответствующие указания. Уверен, ты справишься. У тебя для этого есть необходимый потенциал.

Его строгий, официально-командный тон вдруг начинает раздражать. Он действительно собрался делать вид, что ничего не произошло? Круто, конечно, что он способен вот так легко и просто подвести черту и как ни в чем не бывало двигаться дальше. Я — нет.

— Мне не нужны твои подачки, Максим. А еще не нужны косые взгляды и навязчивые язвительные расспросы коллег. За последние две недели мне хватило их с головой, — выпаливаю зло.

Зимин на мой выпад не реагирует. Если бы не его чуть дернувшиеся брови, подумала бы, что он внезапно оглох и совершенно не слышит меня. Но он слышит.

— Все эти издержки новая должность компенсировала бы с лихвой, — выдает ровно.

Я пасмурно усмехаюсь. Издержки. Вот, у кого ко всему чисто деловой подход.

— У вас все? — выпаливаю излишне нервно, поднимаюсь на ноги.

— Зря ты так, — бесцветно констатирует Максим.

А у меня в груди закручивается знакомый вихрь обиды и непонимания. Он сквозит горечью. Он причиняет боль. И нахождение здесь становится невыносимым. Я резко срываюсь с места и иду к двери.

— Это был подарок, не нужно было его возвращать, — доносится вслед.

Я застываю на полпути, медленно оборачиваюсь. Вихрь все нагнетается, и сдержать внутри его разрушительную силу я уже не могу. Да и не хочу. Чревато это последствиями. А потому...

— Ты хотя бы на минуту задумывался о том, как отвратительно ты поступил? — выдаю на одном дыхании.

Зимин молчит. Только внимательно смотрит.

— Сначала манипулировал и давил, потом в доверие втерся. Ты использовал меня! Вся эта история от начала и до конца пропитана твоим эгоцентризмом. Ты идешь напролом, а на чувства других просто плюешь! Хотя бы что-то из того, что ты мне говорил было правдой?

Часто дыша, буравлю его разгневанным взглядом, но лицо Максима остается глубоко безэмоциональным. Отвечать на мои вопросы он явно не собирается, но все же я жду. Разумеется, напрасно.

— Ты самый непробиваемый человек на свете! — восклицаю раздраженно.