Играя в любовь. Верь мне

Глава 22

Полина

Входим в дом. Антон скидывает обувь и куртку и сразу скрывается в своей комнате. Мы с Зиминым неспешно разуваемся, снимаем верхнюю одежду. Он уточняет, где ванная комната, и, получив от меня сбивчивое, но вполне доходчивое объяснение, исчезает из вида.

Я шагаю на кухню. Она у нас небольшая, даже тесноватая немного, но для меня здесь все привычно и удобно.

Набираю в электрический чайник воду, нажимаю кнопку включения. Осмотревшись, суетливо протираю крошки с обеденного стола отведенной для этого дела тряпочкой. Зная, что мама всегда строго следит за порядком и нас с братом приучила к чистоте, делаю вывод, что из дома они убегали впопыхах. Подхожу к раковине, принимаюсь мыть оставленную в ней посуду. Тут пара тарелок всего и одна кружка, поэтому справляюсь я очень быстро.

Зимин появляется в комнате одновременно с характерным щелчком закипевшего чайника. Вытираю руки полотенцем, поворачиваюсь к Максиму, который неспешно подходит к столу. Положив ладони на спинку стула, бегло осматривает комнату.

— Чай? Кофе? — спрашиваю собранно.

— Кофе, пожалуйста, — отвечает Зимин.

— Присаживайся, — киваю на стул и открываю дверцы одного из трех навесных шкафчиков.

Достаю кружки. Себе наливаю зеленый чай, Максиму — черный кофе с ложкой сахара. Еще помню его предпочтения, из памяти они не стерлись. Едва ли сотрутся так быстро...

Беру чашки, ставлю на стол и сажусь напротив Максима. Сегодня он ведет себя иначе, совсем не так, как каждую из наших встреч после расставания. Он сдержан, напряжен, мрачен. Вроде бы ничего нового и необычного, да. Но вместе с тем он явно расстроен.

Зимин подвигает к себе кружку, делает небольшой глоток и, отвлекаясь от задумчивого созерцания ночного пейзажа за окном, переводит глаза на меня.

Несколько мгновений просто смотрим друг на друга. Не знаю, о чем говорить. Я так устала сегодня, молчать мне вполне комфортно. Я не понимаю его, не понимаю, чего он хочет, не понимаю причин ряда его поступков, не жду правдивых ответов на свои вопросы. Поэтому просто молчу.

— Значит, здесь ты выросла? — Зимин все же решает заговорить.

— Да, здесь, — выдаю размеренно. — Мама с папой приобрели этот участок, когда поженились, и построили дом. Многое папа здесь сделал своими руками. Да почти все.

— Руки у Юрия Петровича золотые, — отзывается Зимин, затем делает еще один маленький глоток ароматного напитка.

— Так и есть, — с гордостью подтверждаю.

— Школа далеко отсюда?

— Нет, — отрицательно мотаю головой. — Мы живем рядом с центром, школа на этой же улице находится, в конце. До нее пешком идти чуть дальше, чем до больницы. Я ее окончила, сейчас там Антошка учится.

— И ваша мама там работает?

— Да, работает, только...

— С младшими классами. Помню, — заканчивает за меня Максим.

Я печально вздыхаю, вдруг подумав о том, как ей сейчас плохо, как сильно она сегодня переволновалась.

— У вас дружная семья, — заключает Зимин, и это не вопрос, это утверждение, в ответ на которое я энергично киваю.

— Очень дружная. Я даже не могу вспомнить, чтобы мама с папой когда-то ругались, — невольно улыбаюсь, слова льются сами собой, и отчего-то становится спокойно, хотя, казалось бы, объективных причин для этого нет. Но день сегодня в целом странный, поэтому я продолжаю. — Они так хорошо чувствуют друг друга, так друг друга понимают. Действительно с полуслова. Знаешь, такое реально бывает. Их отношения для меня всегда были примером настоящей любви. Истиной... И если бы с папой... если бы...

Я запинаюсь. В груди закручивается вихрь горечи. Я не в силах продолжить, не хочу озвучивать эти мрачные мысли.

— Все образуется, Поля, — твердо произносит Зимин.

Я глубоко вздыхаю, отворачиваюсь к окну, вновь поглощенная ужасающими картинками аварии. Пусть свидетелем этого кошмара я не была, не видела произошедшего воочию, мое воображение включается самопроизвольно. В автономном режиме работает. И работает, надо сказать, отменно. Потому что по моей спине проносится волна ледяных мурашек, спровоцированная яркими образами, возникшими в сознании.

— А школьные друзья, подруги у тебя здесь есть? — Максим будто намеренно не отстает.

Отвлечь меня пытается? Возможно. И это работает. Мои мысли меняют направление, перетекают в более позитивное русло. Сразу вспоминаю школу, наш дружный класс.

— Здесь никого не осталось, разъехались все. Но каждый день встречи выпускников мы непременно собираемся.

— Прикольно, я на подобной встрече не был ни разу, — хмыкает Максим. — Вы молодцы.

— А Егор, Макар, Игнат...

— Это мои бывшие одногруппники, — подхватывает Зимин. — Мы познакомились на первом курсе универа. Сошлись характерами, интересами, сдружились. С тех пор продолжаем общаться.

Максим тоже постепенно расслабляется. Это заметно. И мой следующий вопрос вырывается как-то сам по себе:

— Почему ты поехал с Егором сегодня?