Игровая жизнь

Глава 39. Связь

На следующее утро в Убежище было тихо. Слишком тихо. Вчерашняя угроза Даркдэфа еще не оформилась в страх, но уже висела в воздухе, как грозовое облако. Пауза перед бурей. И все ее ненавидели.

Алекс пятый раз за полчаса переставлял чашки на столе, будто расставляя фигуры для неведомой партии в шахматы. Сяо Вэнь уставился в голограмму новостного потока, но его взгляд был невидящим. Джун Хи, сидя в кресле, бесцельно вертел в пальцах энергетический клинок — то заставляя его мерцать, то гася.

Мира сидела в углу дивана, поджав ноги, и смотрела в окно на слишком яркое, слишком нормальное солнце. Она чувствовала себя не разбитой, а пустой, как скорлупа после того, как содержимое выпили через соломинку.

— Сколько можно? — проворчал Алекс, в очередной раз переставляя чашку с места на место. — Мы так и будем сидеть и ждать, пока кто-то сделает первый шаг?

— А ты предлагаешь выйти и крикнуть: «Эй, Даркдэф, мы здесь, иди забери нас»? — отозвался Джун Хи. Клинок в его руке вспыхнул ярче, на мгновение осветив его лицо.

— Я предлагаю не сходить с ума от безделья, — отрезал Алекс. — Хотя, судя по всему, мы уже близки к этому.

Сяо Вэнь не вмешивался в их перепалку. Он смотрел на новостную ленту, но Мира видела, что его мысли были где-то далеко.

В воздухе висело нечто неприятное — словно все ждали, что что-то должно случиться. И это что-то случилось.

Внезапно тишину разорвал резкий, требовательный сигнал коммуникатора, находившегося в углу комнаты. Все вздрогнули, будто их ударили током. Алекс замер с чашкой в руке. Джун Хи погасил клинок. Мира выпрямилась, и ее сердце забилось где-то в горле.

Сяо Вэнь медленно нажал кнопку громкой связи.

— Команда «Неповторимые», вам поступило официальное уведомление от администрации Шана, касающееся одного из зарегистрированных участников, — голос с той стороны был безжизненным, отполированным, как стол чиновника.

— Слушаю, — произнес Сяо Вэнь, не выдав ни единой эмоции.

Короткая пауза.

— Обнаружено тело. Кимуры Масаки. Причина смерти…

Голос что-то говорил дальше — что-то про «несовместимую с жизнью травму», «потерю крови», «отсутствие признаков борьбы». Но эти слова тонули в оглушительном гуле, поднявшемся в ушах Миры. Она видела, как лицо Сяо Вэня превратилось в мрамор. Видела, как Алекс сжимал чашку так, что та едва не треснула. Видела, как Джун Хи вцепился в подлокотники кресла.

— …все свидетельства указывают на почерк известного нелегала, известного как Даркдэф, — закончил голос и, не дожидаясь ответа, разорвал связь.

Сяо Вэнь медленно убрал руку. Он не смотрел ни на кого.

— Кимура мертв, — произнес он, хотя все это слышали.

— Даркдэф, — прошептала Мира.

Слова повисли в воздухе. Она сидела, глядя на затихший коммуникатор, с которого только что пришла эта страшная весть. Внутри что-то оборвалось.

— Да чтоб его! — вырвалось у Алекса, он с силой швырнул чашку. Фарфор разбился с оглушительным треском. — Вот же гнилая тварь этот Даркдэф!

— Он был… таким молодым, — голос Джун Хи дрогнул. Он откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. — Глупым, наивным, запутавшимся...

— Он был идиотом, который не знал, куда лезет! Его надо было отшлепать и отправить домой к маме, а не это! — Алекс не нашел слов, сгреб волосы рукой и отвернулся, его плечи напряглись.

— Он не заслужил такой смерти, — тихо сказал Джун Хи.

— Никто не заслужил, — ответил Сяо Вэнь, тяжело опускаясь на диван.

Мира чувствовала, как что-то огромное и тяжелое поднимается у нее из живота к горлу. Это не была скорбь по другу. Это была ярость. Ярость на него самого за его слабость, на Магнуса, сломавшего его, на Даркдэфа, оборвавшего нить, и на всю эту проклятую систему, в которой дети играют в богов и монстров.

Она с силой сжала кулаки. По щеке скатилась предательская слеза — горячая, соленая, бесполезная. Она не стала ее вытирать.

— Он был нашим, — тихо сказала она. — Нашей проблемой, нашим предателем. Нашим когда-то соратником. А теперь… это предупреждение нам.

«Вы следующие», — говорила эта смерть.

Сяо Вэнь кивнул, его взгляд наконец сфокусировался, наполняясь знакомой, но теперь отравленной горечью холодной решимостью.

— Он был частью нашей команды. И его убили не просто так. Чтобы посеять панику. Чтобы мы начали смотреть друг на друга, ожидая, кто следующий, — он поднял взгляд, обводя их по очереди. — Теперь он наша вина. И наш долг. Его смерть не должна стать первой в длинном списке смертей.

— Что ты предлагаешь? — спросил Алекс, поворачиваясь. — Сидеть и ждать, пока этот коллекционер обойдет всех по списку?

— Я предлагаю не поддаваться панике, — ответил Сяо Вэнь. — Кимура был один. Один и напуган. Это сделало его легкой добычей. Мы — не он.

— Легко сказать, — буркнул Алекс.

— Никто не говорил, что будет легко, — отрезал Сяо Вэнь.

Слова Сяо Вэня повисли в воздухе. Никто не ответил. Никто не мог.