Игрушка для чудовища

Глава 15

С трудом вырвавшись из болезненных и одновременно сладких тягучих воспоминаний, я, засунув руки в карманы, огляделся вокруг.

Так, где там то место? Прошел чуть вперед и нашел за кустом тот самый большой плоский камень, на котором мы с Варей часто сидели.

Уселся на него и уставился на панораму города внизу. Как девять лет назад. Или сколько там прошло? Уже десять? Черт, как время пролетело. А казалось, все было недавно. Как сейчас помню.

Воспоминания Давида

Тогда было все точно также. Ну, почти. Тогда рядом была она. Сидела вот тут, справа от меня, положив подбородок мне на плечо и глядя на меня тем самым восхищенным взглядом.

Как же меня от него торкало! Чувствовал себя рядом с ней героем, защитником, хотя всего лишь шпану местную шуганул.

Варя в тот день вышла из дома и направилась к моей машине. Я только подъехал, парковался через дорогу, подальше, специально, чтобы у ее дома не палиться. Знакомство с папой-полицейским в мои планы не входило.

Она проходила через мини-сквер, а там на лавочке какие-то гопники пиво пили. Ну и начали по поводу нее шуточки отпускать, капая слюной на ее задницу, обтянутую джинсами.

Я как увидел, вышел сразу. Схватил одного за грудки, он с испугу чуть не обделался. Руки поднял сразу, блеять начал. Едва отпустил, как вся эта компашка пятиться начала, даже ерепениться не стали. Ну, там сопляки были.

Я и сделать-то ничего не успел, лишь рявкнул, а их уже и след простыл. Даже жалко стало, что никому зубов не выбил, я ведь был готов ради нее против всего мира выйти. Любого бы урыл, зубами горло перегрыз, кто бы хоть глянул косо.

А тут… но не бежать же за идиотами следом. Досадливо поморщился.

А она так на меня посмотрела, как будто я не пойми какое геройство совершил.

Посадил ее в машину, привез сюда. Ну, вид-то красивый, а я же тогда, дебил, в романтику еще пытался.

Сели с ней на этот камень, сидим. А она смотрит на меня, прям глаз оторвать не может.

— Чего?

— Давид! Ты за меня вступился! — и во взгляде такое восхищение, что мне даже неловко стало.

— А как же? — не понял я.

О чем она говорит-то вообще?

— Так их же трое было! — испуганно округлила она глаза.

— И что? Мне что, не реагировать нужно было? Типа пусть и дальше гадости про тебя говорят? — удивился я.

— Ну… Илья в таких случаях всегда говорил мне просто не обращать внимания. Мол, идиоты, что с них взять.

— Илья? Это тот контуженый, что с тобой раньше за одной партой сидел? Как там его?.. Лебедев? Он тебя провожал, что ли?

— Да, несколько раз провожал после школы. Он не контуженый, он нормальный парень. Хороший, — нахмурилась она, непонятно почему начав защищать того слизняка.

Царапнуло. Он ей нравится, что ли? Фига се. Нет, он внешне-то вроде ничего, хотя я ж не баба, мне сложно оценить. Приехали, блин.

— Ах, даже так? Он же настоящий слабак, раз позволил тебя оскорблять. И место мне свое уступил, даже не сопротивляясь.

— А что ему было делать? В драку лезть?

Я засмеялся.

— Ты можешь себе представить ситуацию, что кто-то сгоняет меня с моего места, а я просто разворачиваюсь и послушно ухожу, не зарядив ему в лоб?

Она помотала головой, улыбнувшись.

— Ты — это ты. Но не все же такие, как ты.

— Такие — это какие? — уточнил я. — Хочешь сказать, здоровые? Да, я чуть старше и крупный, но и Илья не хлюпик. Он ниже меня всего на пару сантиметров. И в качалку он ходит, я его там сам видел. Уж точно за себя постоять мог бы. И за тебя. Если бы я всех, кто больше меня стороной обходил…

— Нет, я не про размеры, — она отвела взгляд и закусила губу, словно раздумывая, как мне объяснить. — Понимаешь, ты ведешь себя так, словно… у тебя есть право вести себя так, как хочешь.

— В смысле? — вытаращился я на нее. — Так у всех такое право есть.

— Да, но некоторые… бояться им воспользоваться. Понимаешь, не все так уверены в себе. Не у всех есть твоя сила и смелость. И наглость.

— Ну, тогда пусть они сидят в сторонке и ждут, пока сильные и наглые возьмут то, что хотят, а им останется то, что никому не надо. — пожал я плечами.

Мне было понятно, о чем она. Но я не понимал, в чем там была проблема.

Нет, когда хлюпик-ботан боится здорового хулигана, это было объяснимо. Но когда один здоровый парень боится другого, практически идентичного ему в физическом плане, этого я понять не мог.

Слабаки никогда не вызывали во мне уважения. И дело тут вовсе не в отсутствии физической силы. Дело в трусости и в слабости характера.

Но мне было приятно ее искреннее восхищение моей «смелостью». Хотя я это смелостью вовсе не считал. Это была нормальная адекватная мужская реакция.