Игрушка для детей дракона

4.

Сжимаю губы, а затем твердым голосом говорю:

— Если вы мне позволите видеться с братом раз в день.

Дракон напротив замирает и приподнимает обе брови. Потом выдыхает струйку дыма.

— Это невозможно, — наконец отвечает, качая головой, — Лео в темнице. Я не разрешаю посещать преступников.

— Тогда сами развлекайте своих детей! — отрезаю я и собираюсь подняться.

Мозг пронзает паническая мысль: “Лана! Что ты творишь? Ты же сейчас всё испортишь!” Да, на самом деле мне жутко страшно. До судороги в скулах. Но я уже начала эту игру, так что назад пути нет.

Мне позарез надо поговорить с Лео, узнать, что произошло. Помочь ему, поддержать. Он там один. Мягкий, добрый… В общем, я выбью из ситуации максимум. Или меня вышвырнут отсюда, да еще и сапогом наподдадут…

— Хорош-ш-шо, — цедит дракон и смотрит на меня, слегка прищурив один глаз. — Раз в месяц. Под моим присмотром!

— Раз в три дня, — чеканю я, скрестив руки на груди и выпятив подбородок. Судорога, говорю же!

Лорд Кайлон смеряет меня тяжелым взглядом. В глазах разливается красноватая пелена… Как у него, должно быть, внутри всё клокочет! Еще бы… Какая-то простолюдинка решила пободаться с драконом на его же поле.

Он прожигает меня взглядом. В кабинете становится душно и жарко. Спустя несколько мгновений, которые кажутся вечностью, шумно выдыхает.

— Раз в неделю, — произносит так, что я понимаю: это точка, лучшего я не добьюсь.

Ладно. Не стоит тянуть дракона за хвост… Это всяко лучше, чем раз в месяц.

— По рукам! — деловым тоном произношу я, подаюсь вперед и протягиваю лорду Кайлону руку. — И первое свидание сегодня!

Он слегка опешивает, смотрит на нее, потом переводит взгляд на мое лицо. Затем усмехается, в его глазах снова мелькают красноватые отблески. А его ноздри вздрагивают.

— А еще меня называют драконом… По рукам, но свидание с братом завтра, — низко рокочет он и заключает мою ладонь в свою лапищу.

Он не стискивает и не делает больно. Но меня словно молнией пронзает. Между лопаток дрожь. По телу катится горячая волна, а щеки вспыхивают от жара. Дракон отпускает мою ладонь, переводит взгляд мне за спину и рявкает:

— Тэд!

Я оборачиваюсь и пялюсь на дверь. Через мгновение в кабинет влетает перепуганный дворецкий.

— Прикажете выпроводить эту особу, милорд? — вытянувшись в струнку, спрашивает он.

— О нет, Теодор, — бархатно стелет дракон. — Наоборот. Проводи в комнату рядом с детской. В ту самую. Лана остается.

Глядеть на выпученные глаза Теодора и на его открытый рот — сплошное удовольствие. В смысле не на сами глаза или рот… Мне приятно видеть его изумление. Дворецкий, впрочем, быстро берет себя в руки. Склоняет голову.

— Как прикажете, милорд. Следуй за мной, Лана.

Я поднимаюсь, поворачиваюсь к дракону и делаю реверанс. Пусть знает, что я не какая-нибудь деревенщина-невежда! У лорда Кайлона дергается уголок рта. И глаз. Сам он слегка наклоняет голову.

Я иду за Тэдом. На выходе из кабинета нас встречают дети лорда Кайлона. Они откатываются от двери и заговорщицки улыбаются. Ага… Кто-то тут чрезмерно любопытный!

Айрин подлетает ко мне и виснет у меня на руке.

— Как здорово, Лана, что ты остаешься! — пищит она.

Тарион закатывает глаза, как бы говоря: ну хотя бы сделайте вид, что не подслушивали!

Эдриан цепляется за мою вторую руку.

— Пойдем, Лана, мы тебя проводим.

— Спасибо, ребята, — тепло отвечаю я и сжимаю маленькие нежные ладошки.

Так мы и рассекаем по коридору. Впереди с видом оскорбленного достоинства Тэд, за ним мы с Айрин и Эдрианом, а замыкает наше шествие Тарион.

Малышня что-то наперебой щебечет, как воробьи в кустах. Я отвечаю. Но при этом с благоговением рассматриваю обстановку. Повсюду пушистые ковры, от которых ногам тепло и мягко, а шаги практически не слышны. Окна от пола до потолка. По стенам — гобелены, картины, в нишах статуи, вазы и доспехи.

— А тут столовая! — сообщает Айрин.

— А тут вход на кухню, — облизывается Эдриан и поглаживает живот.

— А здесь каминный зал, — докладывает Айрин. — Тут папа проводит балы, приемы и эти… асмаблеи…

— Ассамблеи… — поправляет идущий за спиной Тарион.

Информация обрушивается на меня, как снег с зимних деревьев, которые кто-то стукнул ногой. Новые слова, новые комнаты. Сколько же тут коридоров, лестниц и переходов… Мозги завязываются в узел. Мысленно я заблудилась еще в районе кухни.

Наконец Тэд заводит нас в крыло на втором этаже. По одной стороне идут окна, в которые сейчас врывается яркое солнце, оставляя яркие прямоугольники на ковре. По другой стороне — двери в комнаты. Тут их пять.

— Тут классная комната, — поспешно говорит Тарион и показывает на самую близкую к лестнице дверь.

Айрин отпускает мою руку и несется к следующей двери. Распахивает ее и радостно сообщает:

— Тут моя комната, заходи!

— Нет, к нам! — топает ногой Эдриан и мчится к третьей двери. — Сюда!

— Ой, да погодите вы! — раздраженно бросает Тэд. — Вечно под ноги лезете… Всё вам первым подавай!

Айрин надувает губки. Эдриан сжимает кулачки. А Тарион краснеет. И, кажется, начинает дымиться… Это нормально же? Для драконенка?

Я присаживаюсь, делаю большие глаза и прикладываю палец к губам.

— Тш-ш-ш… — нарочито громко шиплю я. — Я обязательно к вам загляну. Вы пока идите подготовьте всё, что хотите мне показать, а я пойду посмотрю свою комнату.

Ребят как ветром сдувает. Побежали перебирать свои сокровища. Я усмехаюсь, встаю и направляюсь к пятой двери, у которой меня ожидает дворецкий. Что драконята, что мои младшие брат и сестры — дети есть дети…

Теодор открывает комнату и слегка морщится, когда я иду мимо него. Вхожу и замираю на пороге с открытым ртом и круглыми глазами. Сердце пропускает удар.

Тэд