Игрушка для детей дракона

26.

Я влетаю в свою комнату, захлопываю дверь и приваливаюсь к ней спиной. Сердце колотится, как заяц. Ноги дрожат и вот-вот перестанут держать. Щеки горят огнем. В голове всё мешается.

Прохладный ночной воздух врывается в приоткрытое окно, пузырит легкие занавески, кусает за пятки. Проводит по лицу, будто шелковым платком. Но мне душно и жарко, словно я в пекарне.

Сжимаю в руке бутылочку и ошарашенно смотрю на нее. Что лорд Кайлон сказал? Дать Эдриану этого снадобья, если он не сможет уснуть? А сколько? Я забыла… Пять капель или шесть? Или ложек?

Закрываю лицо ладонью. Надо успокоиться и пойти спросить, пока лорд не уснул. А то вдруг лекарство понадобится, а я случайно отравлю ребенка. Такая трагедия однажды случилась на соседней улице. Я плакала от жалости, но при этом накрепко усвоила урок.

Идти к Кайлону надо. Хоть и очень боязно. Но еще больше — стыдно, что я такая легкомысленная, взяла и прохлопала ушами самую важную информацию. Как же неудобно…

Накидываю домашнее платье с запáхом, которое Минди назвала “халат”, и выскальзываю в коридор. Осторожно ступаю по толстому ковру, он щекочет стопы почти как молодая луговая трава.

Скольжу по детскому крылу, оглядываясь и прячась за огромные вазы и полные доспехи. Не стоит показываться на глаза слугам. А то мало ли чего наговорят… Я и так тут не пойми на каких основаниях, да еще и ночью к милорду в спальню бегаю.

Глаза быстро привыкают к темноте. Я отчетливо вижу все помехи на пути и ловко их обхожу.

Лорда Кайлона, к которому всем телом прижимается леди Ку-Ку при полном параде, я тоже отчетливо вижу. Холодный свет звезд выставляет напоказ, как леди Ку-Ку цепляется за его халат, почти виснет на нем, оттопырив зад, заглядывает в глаза. Ну ни дать ни взять кошка, нанюхавшаяся в марте мяты…

Я от неожиданности делаю шаг назад и задеваю локтем вазу. Та, пару раз звонко стукнув дном по каменному полу, падает и с грохотом разбивается. Осколки разлетаются во все стороны. Бьют по голым щиколоткам.

Леди Ку-Ку взвизгивает и ловко запрыгивает на руки к Кайлону. Кайлон с ней на руках и с опасным рыком разворачивается. В его глазах красные всполохи. По лицу рябится чешуя.

Я стою посреди россыпи осколков ни жива ни мертва от страха. Сжимаю в руках злополучную бутылочку и, кажется, вот-вот разревусь.

Как же я не вовремя! Да еще вазу расколотила. Теперь я навсегда останусь в этом замке, потому что долг растет как снежный ком. И каждый день буду наблюдать за телячьими нежностями дракона и этой… этой… мадамы! Глаза жжет, а в горле ком.

Лицо леди Ку-Ку искажается гневом, и теперь она больше похожа на коршуна или ястреба. Смотрит так, будто готова выклевать мне глаза. Вцепилась когтёнками в халат лорда, ну чисто поползень на дереве!

На Кайлона я боюсь взглянуть. Но надо. Потому что моего вопроса никто не отменял. Я обязана уточнить, сколько капель этого проклятущего снадобья нужно дать Эдриану!

Сжимаю губы, чтобы не дрожали, втягиваю носом воздух и медленно, осторожно поднимаю голову и перевожу взгляд на дракона.

Его глаза всё еще светят красными искрами, но в них нет гнева. К моему удивлению, на лице лорда Кайлона веселая ухмылка. Он осторожно ставит леди Ку-Ку на пол, и она нехотя разжимает пальцы, выпуская его из птичьего захвата.

— Спасибо за беспокойство, Вилора, — мягко произносит он. — Но час поздний, тебе надо идти спать. Сейчас набегут слуги, не стоит им видеть тебя, бродящей в одиночестве по замку.

— Как это в одиночестве? — хлопает глазами леди Ку-Ку. — Ты… меня не проводишь до моих покоев?

В голосе нескрываемое возмущение. Кайлон смотрит на меня, потом вдруг подмигивает и поворачивается к ошарашенной Вилоре, которая сейчас похожа на мокрую ворону.

— Я должен выяснить, зачем Лана шныряет у меня по замку. Допросить… с пристрастием. Вдруг она замыслила что-то недоброе.

Леди Ку-Ку хищно улыбается и стреляет в меня убийственным взглядом, будто сова на заблудшую лягушку. А Кайлон продолжает:

— А вдруг она собиралась выпустить брата из темницы или обокрасть меня? Или собиралась навредить тебе?

— Ты уж допроси ее, Рогвальд, — кивает леди Ку-Ку и кровожадно улыбается.

Затем бесшумно убегает. Но стоит ей удалиться, как слышатся шаги слуг и топот стражи.

Меня накрывает холодным ужасом. Положение — ничем не лучше утреннего, когда я сидела на коленях перед Кайлоном под столом, а потом убегала от мыши прямо по нему.

Сейчас же картина тоже многообещающая. Лорд и молоденькая простолюдинка полуодетые в темном холле посреди осколков вазы. Что подумают люди? Ладно Кайлон — к нему грязь не прилипает. А я? Мне ж сплетницы Миддракса все косточки перемоют…

Я пытаюсь улизнуть, пока люди еще далеко. Пригибаюсь и готовлюсь драпать. Меня останавливает рывок за плечо. Лапа дракона у меня на руке.

— А ну стой! — рычит в ухо Кайлон.

Я дергаюсь, испуганно смотрю на него.

— Пустите… — пищу жалобно.

— Ты же ноги порежешь… — как маленькой, объясняет он.

И быстро гляжу под ноги. И кожу на пояснице покалывает от страха. И правда… осколки вокруг опасно сверкают острыми краями. А я босиком…

— Милорд! — раздаются со всех сторон голоса стражников и слуг. — Что случилось? Что за грохот?

Вот теперь точно попалась… На язык ротозеям. Сердце падает в живот, по спине мурашки.

— Молчи, Лана, — успевает шепнуть Кайлон. — И твоя репутация не пострадает. Руки опусти, будто ты кукла. И взгляд сделай… побестолковее… Ну ты умеешь…