Игрушка для детей дракона

27.

Я не понимаю, что он задумал, но подчиняюсь. Стараюсь изо всех сил. Руки опускаю висеть плетями, глаза выпучиваю, даже рот приоткрываю, как рыба на суше.

— Идеально… — рокочет Кайлон и поворачивается к слугам и стражникам.

Они как раз подбегают и окружают нас. Человек десять. Среди них Тэд в длинной ночной рубашке и белом колпаке. Начальник стражи Дарк в брюках и накинутой на голое тело кирасе держит в одной руке магичсекий факел, в другой меч. Несколько стражников с оружием. Заспанная горничная пугливо жмется за широкими мужскими спинами.

Все смотрят на меня с любопытством, а Тэд — еще и со злорадством.

— Всё в порядке, моя ошибка… — спокойно поясняет окружающим Кайлон. — Я дал Лане бутылочку с сонным зельем для Эдриана и, видимо, неплотно заткнул пробку. Она, кажется, нанюхалась паров и сама впала в полусонное состояние. Лана! Лана!

Он водит у меня перед лицом рукой и щелкает пару раз пальцами. Я не реагирую, отыгрываю лунатика до последнего.

О! Я знаю, как они выглядят. Моя младшая сестренка страдала таким после ухода отца.

Представляете, я однажды просыпаюсь, а она стоит надо мной с ножом и завороженным голосом произносит: “Лана, идем со мной, я тебе ножку отрежу”, — и… идет на кухню, вытягивает из печи теплую курочку и отмахивает от нее окорочек… Так что я весьма наглядно представляю, как выглядит хождение во сне.

— Пу-пу-пу… — озадаченно произносит Кайлон и ставит руки на пояс. Выдыхает и с тревогой смотрит на меня, затем качает головой. — Неловко вышло…

— Бедняга… — тихо всхлипывает горничная.

— Да уж… Голова у недраконьих после этого зелья ужасно болит, — с сочувствием бормочет один из стражников.

— Уберите осколки, — командует Кайлон Тэду, а потом… осторожно берет меня на руки и выносит на безопасное место. — А я отнесу девушку спать. Дарк, поставь пару человек на входе в детское крыло, вдруг Лане вновь приспичит побродить ночью.

Бездна! Отыгрывать лунатика становится всё сложнее. Дыхание меня вот-вот выдаст. Или наливающиеся жаром щеки. Или сердце, которое, кажется, грохочет так, что его могут услышать все в дальних уголках замка.

Кайлон несет меня по коридору прочь от толпы, ступает беззвучно, не сбивая дыхания. Будто я перышко, а не здоровая девка.

— Шесть капель, Лана. Ты же хотела это уточнить? — тихо мурлычет лорд, глядя сверху. В глазах резвятся насмешливые искорки.

Я только вздыхаю.

— Спасибо, милорд, — шепчу виноватым голосом. — И… простите за вазу… Я всё отработаю…

— Не стоит. Она мне никогда не нравилась, — хмыкает лорд. — Подарочек от родителей Вилоры. Я его специально поближе к детскому крылу поставил, надеялся, что драконята ее в конце концов расколотят.

Мы оказываемся в моей спальне. Стоит Кайлону перенести меня за порог и хлопнуть дверью, я выкручиваюсь из его рук. Спрыгиваю, стукнув голыми пятками о пол, и отскакиваю на пару шагов. Прижимаю к груди бутылочку со снадобьем и замираю, настороженно глядя на лорда.

— Спасибо… — говорю уже более уверенно. — А теперь спокойной ночи.

Кайлон усмехается и не спеша идет к двери. Я так и стою, дожидаясь, пока он выйдет. Не буду же я при мужчине залезать в кровать!

Кайлон обхватывает ручку лапищей и оборачивается:

— Спокойной ночи, Лана. Завтра перед завтраком жду тебя в своем кабинете. Надо кое-что обсудить.

На этом лорд покидает мою комнату.

Я прячу бутылочку в комод. Зарываю подальше и поглубже в вещи, чтобы дети не нашли. А затем ныряю на свежие хрустящие простыни. Пока остывшее одеяло обволакивает меня приятной прохладой, я пытаюсь вспомнить, что я еще успела натворить, за что мне завтра может прилететь от лорда Кайлона.

Но на ум ничего не приходит, к тому же я почти сразу проваливаюсь в сон.

Утром просыпаюсь раньше обычного. Драконята ещё спят. Я одеваюсь с помощью Минди в новое платье нежного персикового цвета. Затягивая шнуровку на корсаже, камеристка участливо спрашивает:

— Как вы себя чувствуете? Голова не болит?

Я вспоминаю вчерашние слова стражника и отвечаю:

— Есть немного, а что?

— Ну да… — тянет Минди. — Вы же не помните…

Я замираю и смотрю на нее в отражение в зеркале. Округляю глаза:

— Что не помню?

— Лорд Кайлон дал вам вчера снадобье для Эдриана…

— Ну… Это я помню, — пожимаю плечами.

— А что потом ходили по замку и били вазы, помните? — Минди встречается со мной взглядом в зеркале.

Я стараюсь изобразить удивление, замешательство, непонимание. Поворачиваюсь к ней всем телом:

— Чего?!

В общем, придумка Кайлона прошла на ура. Минди, прислуга и стражники встречают и провожают меня сочувствующими взглядами. Мужчины предлагают помощь при спуске по лестнице. Мне в какой-то миг становится неловко, и под ребрами сосет нехорошее чувство вины перед добрыми и чуткими людьми.

Подхожу к кабинету лорда, мнусь перед дверью. Мне отчего-то хочется его увидеть, улыбнуться ему, поблагодарить. Хочется ощутить запах древесины и кожи. Посмотреть на его длинные пальцы с аккуратными ногтями. Полюбоваться искрами в глазах. И сладко вздрогнуть от его улыбки…

И одновременно с этим меня накрывает смущением и неловкостью.

Тут за поворотом слышится шаркающая походка Тэда. Вот уж с кем мне встречаться вовсе не хочется!

Я стучу в дверь и слышу короткий рык:

— Входите.

Влетаю, захлопываю дверь и попадают в капкан тёмных глаз с красными искрами.

— Садись, Лана, — показывает он на кресло для посетителей.

Щеки, лоб и даже уши сами собой вспыхивают. Сердце пускается в галоп. Я торопливо опускаю лицо и семеню к креслу. Сажусь, опускаю взгляд. А Кайлон не спешит начинать разговор.

Тишина между нами натягивается, как ватное одеяло. Становится плотной, густой, такую можно ложками черпать. Наконец напротив слышу движение.

— Ну что, Лана, — вкрадчиво произносит Кайлон. — Теперь мне нужна твоя помощь.