Игрушка для Гоблина

Глава 2

Было холодно. Открыв глаза, я увидела, что за окном тускло. Очередной пасмурный день, неужели я зря надеялась на тёплую погоду в этом месяце?

Когда я начала вставать, меня обдало дрожью. Каждая часть моего тела ужасно болела. Всё лицо горело, на правой щеке наверняка была ужасная ссадина.

Ощупав себя, я обнаружила, что на мне нет рубашки, а моя грудь перевязана. Мне было тяжело делать вдох, видимо, у меня сломано ребро и кто-то обеспокоился этим. Надо отбросить мысли о том, что меня раздевали.

В голове был бардак. Лиза позвала нас к своему другу, затем он схватил нас и... Он назвал себя гоблином? Что это вообще значит? Наверное, от удара я всё перепутала и реальность смешалась с кошмаром.

Я попыталась понять, где я нахожусь. Стены из серых камней, хлипкая деревянная дверь и такая же кровать. Не знаю, сколько мне пришлось проспать здесь, но на койке не было даже матраса и подушки, из-за чего было ощущение, что в мою спину и шею воткнули тысячу иголок.

Комната была хорошо освещена благодаря широкому окну на противоположной от двери стене. Я с трудом встала и направилась посмотреть в него. Оно было зарешечено, но прутья не мешали обзору.

Несмотря на весь ужас ситуации, я была впечатлена. Передо мной предстал зелёный рай: множественные холмы, леса, озёра и реки. Такой чистой красоты мне не приходилось видеть отродясь. На миг я даже забыла о дискомфорте в своём теле.

Моё созерцание прервал громкий оклик.

– Она проснулась, – услышала я шепелявый бас.

Я села на кровать, не зная, чего ожидать.

Дверь отворилась, и в помещение зашла женщина с волосами, собранными в пучок, и в потрёпанном сером платье с рукавами.

«Кто вы?» – попыталась произнести я, но голос меня подвёл.

– Тише, дорогая, побереги силы, ты ещё не полностью восстановилась, – сказала женщина добрым, материнским тоном. – Ты пролежала без сознания три дня. Вот, выпей.

Она протянула мне бронзовый кубок. Я взяла и начала рассматривать жидкость в нём. Чёрная, прозрачная, она не вызывала отвращения, но я медлила. Памятуя о событиях в небоскрёбе, я ожидала подвоха.

Кажется, женщина уловила недоверие в моём взгляде.

– Не бойся, это всего лишь снадобье из ночного корня. Тебе нужно его выпить, чтобы набраться сил.

Я не стала долго сопротивляться, потому что пересохшее горло подсказывало мне, что про три дня она не солгала. Питье оказалось на удивление приятным, как мне показалось, с небольшой примесью алкоголя.

Когда я всё выпила, женщина забрала пустой сосуд и окликнула кого-то. Из-за двери вышел крепкий лысый мужчина с щетиной, в жилетке и рваных штанах. На его поясе висела внушительная плеть.

Меня охватила паника, я, кажется, закричала и запрыгнула с ногами на постель.

Дама встала между нами и начала успокаивать то ли меня, то ли вошедшего.

Человек в дверях засмущался, схватил кубок и убежал, закрыв за собой дверь.

– Ну-ну, не надо волноваться, это мой сынок Барди, он глуповат, но безобиден. Обещаю, он не тронет тебя.

– Его плеть, я... Я вспомнила, как тот, другой напал на меня, – сказала я, хрипя и откашливаясь, голос потихоньку начал возвращаться ко мне. – Простите, но просто я не одета.

Я указала ей на свою закрытую лишь бинтами грудь и потрёпанные шорты.

– О, само собой, дитя. Держи, надень пока это.

Она передала мне ровно сложенную тряпку – балахон, раза в полтора больше моего размера. Я напялила его. Наверное, со стороны я выглядела как ребёнок, надевший родительскую футболку.

– Мы отмоем тебя и после нарядим подобающе. Ты же не против, если Барди принесёт ванну и воду? И прости, я не представилась, меня зовут Ингрид.

Я помотала головой. Её сын пугал меня, но куда я могла деться? Если бы он хотел сделать что-то плохое, то сделал бы, а по нему было видно, что ему стыдно. Тем более я очень хотела хотя бы попытаться смыть с себя боль и плохие воспоминания.

Ингрид позвала сына и дала ему указания. Он слушал и кивал, стыдливо смотря в пол. Хотя он время от времени украдкой бросал на меня свой взгляд, от чего мне становилось не по себе.

Спустя минуту из-за двери раздался скрежет и Барди, пыхтя, втащил большую металлическую ванну. Пока он таскал воду в вёдрах, я отважилась заговорить с Ингрид.

– Куда вы меня поведёте? И что это за место?

Её сочувствующий грустный взгляд не придавал уверенности.

– Это, милая моя, твой новый дом, а поведу я тебя к твоему будущему мужу.

Моё нутро свело. Значит я всё запомнила правильно.

– И что он будет делать? – спросила я равнодушным тоном.

– Этот месяц, я думаю, ты можешь отдохнуть. Прости, но мне не следует болтать, да я и не знаю подробностей.

Я схватилась за голову руками и, не выдержав, начала рыдать.

Ингрид нежно обняла меня, нашёптывая слова утешения. Когда ванна наполнилась, женщина выгнала сына и потянула меня за руку. Повинуясь, я подошла и осторожно залезла. В воде удалось хоть немного расслабиться.

Пока я отмокала, Ингрид расчёсывала мои волосы и рассказывала невероятные вещи. Она говорила, что мы находимся на севере империи гоблинов – Адании, что существо, похитившее нас, – новоиспечённый правитель.

Надо же. Не ожидала я, что моя ирония сыграет со мной такую злую шутку. Я хотела особенного суженого и вот, получила на блюдечке, особеннее некуда.

Я постаралась не поддаваться отчаянию и спросила женщину о том, кто она и что здесь делает.

– Я служу в этом замке уже пятьдесят лет. Когда я родилась, эти земли ещё не входили в империю, так что, можно сказать, аданцы получили меня вместе с замком.

Пока я заканчивала купание, зашёл Барди. Меня это не беспокоило – на воде было полным-полно пены.

Ингрид посмотрела на своего сына, который следовал за бабочкой, стремившейся улететь в окно, взглядом, полным тоски, затем опомнилась, встала и улыбнулась.

– Ну что же, я думаю, ты готова, сейчас принесу одежду и провожу тебя в тронный зал.