Игрушка для Кота

13

— Надо было надеть что-то другое, — произношу перед зеркалом у школьного гардероба, при этом нервно одёргивая подол. — Успею сбегать домой переодеться.
— А ну, стоять! — Светка успевает схватить меня за руку.
Почему я не вернула новое платье в магазин? Ну срамота же! Как позволила подруге уболтать себя?!
— Фигасе! — раздаётся рядом.
Резко дёргаюсь в сторону возгласа и вижу двух одноклассников: Прохора с Васькой. Они с ошарашенным видом рассматривают мои ноги, точнее, ту их часть, что идёт сразу после юбки.
— Долго пялиться будете? — гаркает Светка.
— А что, нельзя? — так же грубо отвечает Прохор.
— Пять баксов, тогда можно. За эстетическое удовольствие нужно платить, мальчики.
— Пфф… Да тут полшколы такого удовольствия ходит. Просто Сёмина!..
— Тогда валите!
Пробурчав что-то вроде «больно надо», эти двое всё-таки уходят.
— Видишь, поздняк метаться, — говорит подруга. — Считай, через три минуты весь класс будет знать. Сменишь наряд, станешь предметом насмешек.
— А так я кем стану?
— Звездой! Пошли уже.
Пока поднимаемся по лестнице, молюсь, чтобы за нами никто не шёл — вид снизу, наверняка незабываемый. А ещё дико нервируют распущенные волосы. Просила ведь Светку заплести мне французские косы — и красиво, и ничего не мешает. Но та упёрлась — надо локоны, и всё. Только вот локоны на такой длине не особо держатся. Про себя решаю, что покрасуюсь немного и соберу в хвост.
В классе почти всё готово: мальчики сдвинули по две парты вместе, образовав тем самым квадратные столики, и Олюшка даже успела застелить их льняными скатертями из личных запасов. Вот так, пока вся школа по старинке чаёвничает буквой «П», мы изображаем «кафешечку».
— Ой, ну какие же у нас красивые девчулечки! — восторгается классная, едва мы со Светкой переступаем порог. — Мальчики, советую приглядеться, пока кто-нибудь из бэшек не умыкнул.
— Если Бочкину соберутся умыкать, — злорадно произносит Старицкий, — я даже связать помогу.
На его выпад уже не реагируют ни Олюшка, ни Светка. Привыкли.
Классная сама распределяет места за столами. Например, всех девочек (то есть меня, Светку и Янку) решает посадить вместе. Естественно, сюда же и Янкиного Егора, а прицепом и всю их компашку с третьего ряда. Нам с Бочаевой всё равно, лишь бы не со Старицким — несколько его тупых шуток, и он точно выхватит пирожным в лицо.
Хотя… Ник и без соседства достанет. Где, кстати, его друг? Опаздывает? Не похоже на Пушковского. Разве что, опять «форс-мажор».
И точно. «Форс-мажор» в виде блондиночки обнаруживается у библиотеки. Мы всем классом направляемся в актовый зал и как раз проходим мимо воркующей парочки.
— Не знаешь, случаем, — спрашиваю Светку тихо, — Котовскую подружку не Алисой зовут?
— Эту, что ли? Не. То ли Виолетта, то ли Виталина, но точно не Алиса. А что?
— Да не, ничего, — отвечаю я, а сама прикидываю в уме, сколько же у Кота подружек.
Пушковский что-то увлечённо рассказывает девушке и совершенно нас не замечает.
— Костян, идёшь? — окликает его Никита.
Тот поднимает голову и… почему-то сразу натыкается взглядом на меня. Спешно отворачиваюсь, но всё равно успеваю заметить, как удивлённо распахиваются его глаза. Хочется провалиться сквозь землю… вместе с платьем.
Без стульев актовый зал кажется пустым, зато есть место для большой ёлки. Начинается развлекательная программа. Она до безобразия банальна и больше бы подошла начальной школе, разве что современная музыка чуть спасает положение, брейк-данс в исполнении снегурочки заходит на «ура», а вот всё остальное… Тоска. Хорошо хоть заканчивается быстро. Ведущие приглашают всех к столу, а точнее, просто разгоняют по своим классам, не забывая, впрочем, напомнить, что вскоре начнётся дискотека.
С чаем и сладостями расправляемся быстро. Прохор, как староста, торжественно вручает Олюшке подарок от всех — цифровой фотоаппарат. День рождения у нее удачно в декабре, получается, подарок сразу к двум праздникам. Классная охает, ахает и бурчит, что её такими темпами из школы уволят за взятку. Правда, уже через пять минут она вовсю начинает использовать свой подарок по назначению. Остаётся надеяться, что завтра мы не увидим себя в нелепых, выхваченных внезапно позах на школьном сайте.
А дальше начинается самый ужас — снова развлекательная программа, только теперь уже от активистов класса. Почему «ужас»? Потому что с каждым новым праздником их конкурсы пробивают дно всё ниже и ниже. Как водится, главная цель сего действа — жёстко поржать над кем-нибудь, даже если объекту насмешек далеко не до веселья. Олюшка к этому времени обычно закрывается в своей коморке, чтобы не стеснять своим присутствием молодежь. Ребятки за стенкой смеются — значит, по её мнению, всё прекрасно.
Вот и сейчас, едва классная покидает нас, вперёд выходят Ванька Троцкий и Игорь Цыпин.
— Ну что, готовы? — потирает руки Ванька. — Эй, Климушкин, куда собрался? Никаких туалетов. Ты же наш гвоздь программы. Итак, друзья, сегодня у нас довольно старая игра.
— Такая же старая, как географичка? — слышится от столиков.
— Не, ну не настолько! — Цыпин наигранно выпучивает глаза, и все гогочут как кони. — Называется она… фанты.
— Ууу, опять целоваться с кем попало? — разочарованно тянет Прохор. — Уже в прошлый раз так было с «бутылочкой».
— А вот сейчас и узнаете, так или по-другому. Короче, гоните пока какой-нибудь предмет, это и будут фанты.
Все начинают суетиться в поисках подходящих вещиц. Кто-то стягивает с себя часы, кто-то отцепляет брелок, кто-то под дружное «фу» отдаёт уже использованный носовой платок. Бочаева снимает с себя серёжку, а мне и отдать-то нечего — ни украшений, ни безделушек. Приходится схватить первое попавшее, что нахожу на столе — карамельку в ярко-розовом фантике.
— Так, вроде всё, — Игорь ещё раз пересчитывает предметы в специальной коробочке. — Задания у нас вот тут, — поднимает мешок от сменки. — Три ночи с Ванькой придумывали, так что вам понравится.
— Тревожный звоночек, — язвит Старицкий, — двум половозрелым мальчикам ночи вместе коротать.
— Ну раз Ник у нас самый остроумный, — обиженно кидает Цыпин, — то с него и начнём. Какой там у тебя фант? Ручка с покемоном?
— Э, так нечестно! — протестует Никита, но поздно.
— Итак, этому фанту предстоит… — Ванька запускает руку в мешок, достаёт записку и читает: — …признаться нашей новогодней ёлке в измене.
— Ха, легко, — подскакивает с места Старицкий.
— Повезло, — тянет Светка, и я с ней полностью согласна.
Во-первых, это всего лишь ёлка, а не, скажем, директриса. Во-вторых, задание в пределах кабинета, значит, не придётся позориться на всю школу. Ну и в-третьих, болтать чушь — это не стриптиз танцевать.
— Дорогая, — надрывным голосом начинает Никита, — нам нужно серьёзно поговорить. Я любил тебя долгое время. Эм… уже почти полмесяца, с того момента, как увидел впервые. Но теперь… Я люблю другую. Та осина, что растёт за окном… В общем, с неё, в отличие от тебя, не сыпется труха, и честно говоря, её дупло намного привлекательнее…
— Боже, что он несёт? — Светка закрывает лицо руками.
— Фу, блин, — Янка делает вид, будто её сейчас вырвет.
Пацаны же закатываются от смеха и начинают подсказывать другие достоинства деревянной подружки.
— Никитосу нравится с бревном, — орёт кто-то сквозь общий гам, на что Старицкий отвечает характерным жестом.
— Идите вы! Задание я выполнил. Не хотите слушать дальше, ваши проблемы.
Он размашистым шагом возвращается к своему месту и плюхается на лавку.
— Тихо-тихо, — Игорь пытается привлечь всех к порядку. — Давайте дальше.
Ванька достаёт следующий предмет — брелок в виде фонарика.
— О, Климушкин. Вовремя мы тебе не дали сбежать. Этому фанту нужно… взять ведро с чаем и пойти по этажу предлагать испить сей благородный напиток всем желающим.
В нашей школе запрещено приносить в классы нагревательные приборы, так что вопрос с чаем решается через столовую. Большое ведро и половник стали уже привычными вещами на всех мероприятиях.
— Сами ходите! — шипит Артём.
— Так, ты опять за своё?! Определись, ты либо с нами, либо против нас?
— Ладно. Давай свой чай.
Все высыпают из класса, чтобы не пропустить представление, а ещё лучше — заснять на телефон. Тучная фигура Климушкина выглядит и комично, и устрашающе одновременно. В одной руке он держит десятилитровое ведро, в другой — большую поварёшку. Первыми его жертвами становятся две девчонки, судя по всему, из одиннадцатого класса. Они мило сплетничают у окна, не замечая угрозы, пока над ними не нависает зловещая тень.
— Чаю хотите? — произносит Артём, и коридор взрывается хохотом.
Девчонки, ничего не отвечая, просто убегают, а Климушкин идёт дальше. Других клиентов на его пути не встречается, приходится наглым образом вваливаться в кабинеты и предлагать уже там. Халявного чая никто не хочет, Артёма каждый раз грубо выпроваживают, иногда кто-то из учителей, иногда сами ученики.
— Ладно, хорош, — решает, наконец, Ванька. — А то остальные не успеют.
Все возвращаются в класс, и дурацкие задания продолжаются.
Следующий фант должен надеть на голову ободок в виде рогов, сделать селфи и разместить полученное фото на свою аватарку, добавив при этом надпись «Главный олень Лапландии».
Потом нужно танцевать «эротическую ламбаду», причём в этом участвует сразу три фанта. Учитывая, что все три оказываются парнями, получается просто треш.
Янке выпадает «поцеловать в губы любого человека в классе, а тому нельзя сопротивляться». Конечно же, она выбирает своего Егорчика. Всё в расстройстве — такое улётное задание сливается впустую, ведь ежедневные лобзания этой парочки уже успели набить оскомину всему классу.
Светке нужно рассказать сказку про курочку Рябу в стиле магистра Йоды. Она легко путает слова местами, и рассказ выходит довольно забавным.
— А этому фанту… — Ванька достаёт конфету, и моё сердце уходит в пятки. — Такс, тут задание для двоих: «Делать друг другу антикомплименты. По пять штук от каждого». Сёмина, так и быть, выбирай напарника сама.
Я, не глядя, запускаю руку в коробку и достаю из неё пятирублёвую монету. Поднимаю взгляд и вижу, кто встаёт из-за стола. Да уж — Я, Кот и деньги — где-то это уже было.