Игрушка для Кота

18

Из-за Светки опять заходим в класс в последнюю минуту. Учителя ещё нет, вокруг Старицкого собралась целая толпа мальчишек, судя по громким комментариям, смотрят видео с его крутым спуском на сноуборде в Альпах. Выхватываю взглядом тёмную макушку Пушковского, значит, всё-таки пришёл. Дома не живёт, а школа — это святое?
— Ну и куда нам садиться? — ворчит Бочаева.
На нашей лавке сейчас сразу трое одноклассников, и над ними нависают ещё столько же. Прелестно. Правда, разгонять их не приходится — слышится звонок, и все сами расползаются по своим местам.
Теперь Кота никто не закрывает, и, хотя я кидаю на него лишь мимолётный взгляд, успеваю заметить и отсутствие учебника, и чёрную толстовку вместо рубашки, и даже щетину на осунувшемся лице. Интересно, где он жил всё это время? Под мостом?
Расписание с нового полугодия изменилось. Первым и вторым уроками литература. И сразу же сочинение по прочитанному на каникулах произведению. Дружное стенание указывает на то, что большинство одноклассников чтением не утруждались. Но телефоны Валентина Ивановна никогда не забирает, так что этим все и спасаются, благо готовых сочинений в сети немало. Светка вообще внаглую кладёт гаджет прямо перед собой и списывает слово в слово. Я пытаюсь сочинять сама, правда, предложения выходят корявые и нескладные. Ей-богу, физика и алгебра в сто раз проще.
Телефон вибрирует, и я откладываю ручку. Сообщение от… Пушковского?!
«Откуда десять тысяч?»
То есть столько дней его это не интересовало, а именно во время урока припекло спросить? Я даже оборачиваюсь, чтобы посмотреть в глаза. Кот вопросительно изгибает бровь, мол, жду ответа.
«Подарили на Новый год» — строчу, снова развернувшись к себе. Ложь, конечно, но не про браслет же выкладывать.
«Спасибо» — получаю следующее сообщение.
Эм, что? Пушковский благодарит?! Мне это снится? Это же его деньги, я просто вернула долг. Или… Я была права, они ему действительно сейчас очень нужны.
Не знаю, что написать в ответ, но этого и не требуется, снова прилетает сообщение от Кота:
«Прости за единорога».
Это что сейчас происходит вообще?! Так. Похоже, пришельцы похитили настоящего Пушковского и заняли его тело. Ну, или у меня галлюцинации. А, может, он так подлизывается и хочет подвести к тому, чтобы я и дальше отдавала долг деньгами? Ну уж нет. Пока он не накатал новое сообщение, отправляю ему фотку ослика. Вроде как «поздняк метаться, бери игрушками». И прихожу в замешательство, когда получаю:
«Согласен, я полный осёл».
Что?! Нет! Я не это хотела сказать! Чёрт! Чёрт!
Снова разворачиваюсь и вижу хитрую улыбку на его лице. Забавляется?
Откладываю телефон в сторону и возвращаюсь к сочинению. На сей раз собрать мысли в кучу получается с трудом. Вот же… Кот.
***
После уроков Светку из школы забирает мама на машине, они едут куда-то по своим семейным делам. От предложения довезти меня до дома отказываюсь. Неудобно как-то, они всё-таки торопятся. Светка хмурится и показывает мне кулак, выглядывая из окна отъезжающего автомобиля, я в ответ кривляюсь и высовываю язык. И тут я замечаю, как из только что припарковавшегося чёрного внедорожника выходит мужчина со смутно знакомым лицом. Где я могла его видеть? Точно! В фотоальбоме Пушковского.
Перевожу взгляд на кучку парней из нашего класса, они стоят у ворот недалеко от меня и что-то бурно обсуждают. Кот беззаботно смеётся над очередной шуткой Старицкого, а потом поднимает голову и тоже замечает мужчину.
Лицо Пушковского тут же мрачнеет. Бросив короткое «мне пора», он резко отделяется от компании и наплавляется отнюдь не в сторону отца.
— А ну, стой, — шипит мужчина, ускоряя шаг.
— Не здесь! — рявкает Кот притормаживая.
— Ну уж нет! И здесь, и сейчас! — отец хватает его за плечо и грубо разворачивает к себе.
Пацаны замирают с открытыми ртами, всем интересно, что будет дальше. Кот морщится, осознавая, что от публичных разборок ему никуда не деться, а мне… Мне в голову стреляет очередная дурь. Размашистыми шагами я в считаные секунды преодолеваю расстояние до Кота и его отца, после чего нагло вклиниваюсь в их перепалку:
— Ты обещал помочь с химией, — обращаюсь к Пушковскому с претензией в голосе.
Тот, явно опешив от неожиданности, переводит взгляд с отца на меня и обратно.
Пушковский старший тоже в шоке от такой наглости. Пока он подбирает слова, чтобы вежливо от меня избавиться, Кот находится быстрее:
— Значит, помогу. Меня ведь с детства учили, что обещания нужно сдерживать. Правда, пааапа?
Последнее слово он произносит особенным язвительным тоном. Хорошо ещё, кавычки пальцами не делает.
«Папа» сначала раздражённо поджимает губы, а потом говорит угрожающе:
— Не думай, что отвертелся.
Кот не отвечает, он молча хватает меня за руку и тянет в сторону наших домов. Его отец ещё стоит какое-то время и смотрит нам вслед, а потом всё-таки возвращается в машину.
Еле успеваю за Пушковским, он так и тащит меня за собой, не думая сбавлять шаг. Хочет скорее сбежать подальше?
— Стой, — пищу задыхаясь. — У меня уже бок колет.
— Не ври, Сёмина, у тебя пятёрка по физкультуре.
— За нами никто не гонится, можешь идти уже по своим делам.
— Я и иду, — ухмыляется Пушковский. — Выполнять обещание.
— Не надо, я передумала.
Но Кот лишь фыркает, точь-в-точь как бабушкин Барон и отвечает фразой из фильма:
— Надо, Федя, надо.
***
Вот же, заварила кашу, теперь расхлёбываю. Мне казалось, Кот просто воспользуется поводом, чтобы сбежать от отца и от скандала, но я и представить не могла, что он воспримет мои слова всерьёз. Какая ещё химия?! И где? У меня дома?
Ныряем в арку двора, а дальше напрямик через детскую площадку прямо к моему подъезду. Ладно. Если так хочется, пусть зайдёт. Отдам игрушки и выставлю вон.
Весь путь мы идём молча, чувствую себя не в своей тарелке, но заговорить не пытаюсь. Да и о чём? Спросить, где он живёт? Ну-ну, так он и ответил. Поднимаемся по лестнице так же в гробовом молчании.
Ключ застревает, мама сменила замок год назад после ухода отца, и я никак не привыкну к новому, а теперь ещё нервоз сказывается.
— Дай я, — подаёт, наконец, голос Пушковский.
Отступаю в сторону, и он с лёгкостью, «ну как так-то?!», открывает дверь. Галантный жест «дамы вперёд», и я прошмыгиваю внутрь мимо Кота, он проходит вслед за мной. Косясь на него, стягиваю шапку и нахожу бегунок замка на пуховике, пытаюсь дёрнуть вниз, но всё без толку. Заело, что ли?
— Тебе никогда не говорили, — произносит Пушковский, разворачивая меня к себе и склоняясь к злополучному бегунку, — что открывание замков — не твой конёк?
— До сегодняшнего дня как-то справлялась, — огрызаюсь.
«Вжух» — молния расстёгнута практически в один миг. Слава богу, стянуть пуховик с меня никто не пытается. Почему-то вспоминается, как это делал Антон в холле кинотеатра. Пушковский успевает раздеться быстрее меня, стоит, заложив руки в карманы, и ждёт, когда я стяну сапоги.
Пока разуваюсь, чувствую, как сводит от голода живот. От бабушки мы привезли целую сумку пирожков с повидлом, и теперь они, оставленные на столе, пахнут на всю квартиру.
— Есть хочешь? — спрашиваю Кота, расправляясь с обувью.
— Не откажусь, — загорается огонёк в его глазах.
Зачем только задавала этот глупый вопрос, балда? Понятно же и так, целый день в школе, а до этого вообще непонятно, где и чем питался. По лицу видно.