Игрушка для мажора

8 глава

СУВОРОВ

Раздраженно отвечаю на звонок отца, который, как всегда, помешал мне в самый неподходящий момент.

— Тебя где носит? — цедит он. — Бросай уже свою шкуру и дуй сюда — разговор есть.

— Не смей так ее называть, — выйдя из комнаты, холодно произношу я. — Уже иду, черт побери.

Отключаюсь, не став слушать его крики и дальше.

Что только что было? Какого черта только что произошло?

Если бы старый хрен не позвонил мне, я бы ее, твою мать, поцеловал!

Поцеловал нищую, жалкую, наглую выскочку! Ту, которую презираю!

Что мною руководило, когда я начал шептать ей комплименты и почти прикоснулся к пухлым губам этой пигалицы, я не знаю.

Просто разум помутился, а ее нежное прикосновение пробудило во мне дикие чувства, переполнявшие через край.

То, как она невесомо прикоснулась к моему плечу, заставило меня воспылать всем тело. Превратило в хищного зверя, который вот-вот накинется на свою добычу.

Ее растерянный, обиженный и заплаканный вид вывел меня на очень странные чувства. Те, которые я прежде не испытывал.

Хотелось ее обнять и защитить от всего мира, чтобы не боялась ничего и никого. В том числе, и меня.

А ее маленький ротик, которым она прошептал о том, какие у меня красивые глаза, окончательно снес мне башку. Отключил все тормоза напрочь. Со мной никогда такого прежде не было. Я ни к одной девушки подобного не чувствовал. Все это в новинку.

В который раз убеждаюсь, что эта мышка чертова ведьма, околдовавшая меня своими зелеными, волшебными глазами.

Вхожу в свою комнату, отгоняя все эти дурацкие размышления. Сейчас мне будет делать мозг старый хрыч, поэтому надо быть собранным.

— Ну неужели пришел, — язвит он. — Я думал, еще час со своей профурсеткой развлекаться будешь.

— Рот свой закрой, — хмуро отвечаю я. — Сказал же, чтоб ты ее так не называл.

Не знаю, почему, но мне неприятно слышать то, как Смирнову называют подобным образом. Батя и до этого не стеснялся в выражениях насчет моих ежедневок и меня это никогда ни капельки не трогало. Но сейчас вымораживает просто.

— Ты со мной так не разговаривай, щенок. Тявкала не выросла, чтобы ты мне указывал, кого и как мне называть.

— Ну да, куда уж мне до тебе, такого великого и офигенного, — саркастично говорю я. — Чего приперся сюда? — присаживаюсь напротив него, вальяжно закинув ногу на ногу.

— Поговорить с тобой серьезно надо. Ты совсем распоясался. Звонки мои игнорируешь, на всяких вечеринках шляешься, даже мать не слушаешь. Честь нашу с ней позоришь. Слишком взрослым себя почувствовал?

— Бать, мне через месяц восемнадцать, вроде, уже достаточно взрослый.

Закидываю ноги на журнальный столик, нахально улыбаясь. Старого хрена это всегда раздражало. Вот и сейчас у него дергается глаз и весь его вид говорит о том, что он хочет меня прибить. А мне уж до одури нравится его бесить.

— Раз уж ты уже взрослый, может и обеспечивать себя сам будет? — хмыкает он, козыряя моим слабым местом. — А то твои карманные расходы с каждым днем становятся все больше и больше.

Улыбка слезает с моего лица и я тут же хмурюсь. Меня чертовски бесит, когда он упоминает об этом факте. И заставляет почувствовать себя ущербным и жалким уродом, который без денег папочки ничего не может. Да была б моя воля, давно бы свой бизнес начал. У меня даже было много идей для хорошего старта, но как раз-таки из-за старого хрена ничего из этого осуществить не удалось.

— Давай реще, зачем приехал? У меня урок скоро начнется, — пытаясь покинуть его душное общество как можно быстрее, говорю я.

— До этого у тебя тоже был урок, только почему-то ты был не в классе, — упрекает меня батя, смотря исподлобья. — Так как на звонки мои ты не отвечаешь, мне пришлось приехать сюда. Через неделю будет важное мероприятие по случаю моей успешной сделки с одним из партнеров. Ты обязан там появится.

Закатываю глаза, даже не желая это слышать. Я ненавижу все эти чертовы показушные сборища. Тухнуть там несколько часов подряд для меня равносильно смерти. Мое время слишком дорого, чтобы терять его там.

— Не придешь, я поставлю лимит на твою карточку. Будешь жить на пятьдесят тысяч в месяц.

Округляю глаза, когда слышу это. Да он совсем офигел. Какого черта он вообще несет?

— Ты из ума выжил, бать? Да на это даже не пожрешь нормально.

— Ничего, половины населения России на такую зарплату живут и даже семью кормят, — невозмутимо говорит отец. — В общем, ты меня понял. Не хочешь лишиться денег — пойдешь, как миленькой, на это мероприятие. И найди какую-нибудь элитную эскортницу, чтобы она тебя сопровождала. Своих шкур приводить не надо, — одаривает предупреждающим взглядом.

Хмыкаю, уже для себя решив, кого приведу в это душнилово.

— Если у тебя все, то проваливай давай. Мне на урок уже надо.

— Вот и иди на урок. Не надо прохлаждаться со всякими дворнягами, — недовольно говорит он. — Тем более теперь у тебя появился конкурент в учебе.

— Какой еще конкурент? — недоуменно хмурюсь.

— Безродная девка, которая заняла первые места в трех всероссийских олимпиадах. Она вполне может сместить тебя с твоего первого места, — усмехается отец. — Не смей допустить этого. Еще не хватало, чтобы моего сына превзошла какая-то деревенщина.