Игрушка императора-дракона

Глава 15.

Поначалу я не поняла, что случилось. Только что я лежала в полудреме, боролась с тяжестью сумбурных мыслей – и вот снова тигр. Не знаю, почему я решила, что он не придет средь бела дня, и если начнет выслеживать меня, то только ночью. Тентли был прав – это не простой хищник.

Хлипкая хижина, до этого казавшаяся ненужной, внезапно показалась милым домом – сразу, как меня этого дома лишили. Тигр наклонился ко мне, сунул морду ближе. Показал острые клыки. Такой точно не будет питаться фруктами, возникла у меня глупая мысль.

Ему в ухо прилетел камень.

Тигр фыркнул, повернул голову.

Тентли бежал ко мне с какой-то палкой. Даже пребывая в ужасе, я не могла не восхититься храбростью плотника. И тем более не могла поверить, что он может отогнать монстра от меня.

Однако тигр сражаться не стал. Снова фыркнул и длинными прыжками помчался в лес.

Тентли еще смотрел ему вслед, похоже, собираясь погнаться. Я испугалась, что он так и сделает.

– Стой! – сказала я, поднимаясь с хвойной кучи. – Тентли, оставь его.

– Надо было огнем, – произнес плотник, глядя на свою палку и швыряя ее в море. – Какой же я болван!

– Ты хотел поджечь его? – спросила я. – Он мог только разозлиться. Когда я в прошлый раз так попробовала, он как раз взбесился, и потому напал на тебя.

Мы переглянулись. Тентли начал чуть успокаиваться, затем посмотрел на разгромленную хижину и в отчаянии всплеснул руками.

– Не расстраивайся так, – сказала я. – Ты всегда можешь…

Я не договорила. Если Тентли услышит, что он всегда может сделать новую хижину, лучше прежней – то расценит это за высказанную просьбу, или даже приказ. И ринется исполнять, снова позабыв про себя. Такого я не могла себе позволить.

– Эвелина, – произнес Тентли, – это очень странный тигр. Тигры так себя не ведут.

– Ты прав, – согласилась я, тоже глядя на жалкие останки хижины. – Зато у тебя теперь есть дрова для костра. Собери это все и забирай себе. Не нужно строить никакого дома.

– Эвелина, так нельзя, – заговорил плотник, глядя, как я оттаскиваю обломки убежища к его костру. – Этой ночью тигр не напал, потому что нам повезло. Но нельзя жить и знать, что он может всегда вернуться. Надо подумать, как быть дальше.

– Значит, подумаем, – согласилась я, кидая получившиеся дрова у костра. – Вот сейчас и подумаем. Фрукты еще остались?

– Да, половина, – ответил Тентли неуверенно.

Он передал мне разделанный соар.

– Вот и чудесно, – сказала я, разделяя еду на две равные части.

Мы поели молча. Я обдумала все, что знала про тигра.

– Вот что скажу, Тентли, – вымолвила я, вытирая руки песком, чтобы смыть липкий сок соара. – Это и в самом деле не обычный тигр. Смотри, он прибежал, чтобы уничтожить не нас, а хижину. И спокойно ушел. Он не хотел нападать на нас.

– Что это значит, Эва?

– Если бы я знала… – Я пожала плечами. – Когда я его впервые увидела, он так же появился из ниоткуда. Я не слышала, как он подкрался. А когда он протащил тебя до озера, то ушел в никуда. Понимаешь, что это значит, Тентли?

– Понимаю.

Парень поднялся на ноги и погрозил кулаками небесам.

– Эвелина, я поймаю его, – решил он. – Сделаю копье и убью. А из шкуры сделаю…

– Ничего ты не понял, Тентли. Сядь обратно, пожалуйста.

Плотник озадаченно послушался.

Я тяжело вздохнула и продолжила:

– Да, добыть его шкуру было неплохо. Мы могли бы шить себе одежду. Только я не это имела в виду. Не надо никакого копья. Не сейчас. Ты все равно не убьешь тигра, как ни старайся. Хотя бы потому, что не найдешь его.

– Вместе с тобой мы можем обыскать остров! – воскликнул плотник.

– Ты все еще не понимаешь. Мы не найдем тигра, потому что его здесь нет.

– Что?!

– На этом острове нет никакого логова, – пояснила я. – Думаю, что этот тигр, когда мы его не видим, не существует.

– Эва, я не понимаю.

– Я тоже не очень. Поверь мне, Тентли. Этот тигр – не просто зверь. Думаю, что его не было на острове, пока тут не появились мы. И он сам будет появляться, только когда нам суждено сделать что-то определенное. Или отказаться от того, что мы уже надумали.

Тентли долго размышлял над моими словами. Черты его лица отражали внутреннюю борьбу.

– То есть тигр – это сам остров? – спросил он. – И он что-то от нас хочет?

– Может, и так, – не стала я спорить. – Сама точно не знаю. Может, это злой рок, который что-то в наших поступках не одобряет. Знаю только, что ему не понравилась твоя хижина. Он будто бы подождал, потерпел одну ночь, потому что мне нужно было поспать, и половину дня, потому что тебе надо было отлежаться. Но сейчас тигр против того, чтобы мы здесь оставались. Потому он пришел и снес убежище, когда я решила, что могу тут отдохнуть.

Тентли нахмурился. Я покачала головой и продолжила: