Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола

Глава 13

Я затаила дыхание, наблюдая за происходящим через маленькое окошко буфетной. Чего?! Купить меня?! Этот рабовладелец вообще понимает, что говорит о живом человеке?! А что если здесь это в порядке вещей?

По коже пробежал мороз.

- Тонь, ты только не нервничай! – прошептала Броня. – Пусть только попробуют провернуть это мерзкое дело! Мы сбежим сразу! Но перед этим я япошке морду-то начищу!

- Я и сама приложусь… - прошипела я, навострив уши.

- Прошу прощения, господин Танака, но это невозможно, – голос лорда Блэквиля прозвучал подчеркнуто вежливо, но твердо. - В Талассии не принято торговать людьми. Девушка – свободный человек.
Я почувствовала, как Броня ободряюще сжала мою руку.

- Я готов предложить очень щедрую сумму, – тем временем продолжал настаивать гость, его голос стал почти вкрадчивым. – В Аматерасу такой талант бесценен. Ваша повариха обладает исключительным чутьем к нашей кухне. Это дар, который нельзя приобрести только обучением.
Лорд Блэквиль медленно отложил столовые приборы. В его глазах появился стальной блеск.

- Господин Танака, – произнес он с холодной учтивостью. – Я понимаю, что в вашей стране могут быть иные обычаи. Но здесь, в моем доме, каждый человек волен распоряжаться своей судьбой сам. Девушка — не товар для продажи. Давайте лучше поговорим о наших торговых делах.

Я прижала ладони к пылающим щекам, чувствуя признательность к лорду Блэквилю. Броня тихо выдохнула.

- Хорошо, оставим эту тему, - голос господина Танаки не выдавал своих эмоций. – Поговорим о чае. Я знаю, что ваша компания «Империал» ищет поставщиков по всему Востоку. А я имею плантации, которые обеспечат стабильные поставки высшего сорта чая.

- Очень интересно. И какое же у вас предложение? – сразу заинтересовался лорд Блэквиль.

- Я предлагаю эксклюзивный контракт на десять лет с фиксированной ценой, - продолжил тем же вкрадчивым голосом господин Танака. – Взамен «Империал» обязуется закупать весь объём только у меня. А я гарантирую цену на пятнадцать процентов ниже рыночной. Это отличное предложение.

Я нахмурилась, прислушиваясь к их разговору. Броня тоже.

- Фиксированная цена на десять лет вперед? Но цены на чай могут расти. Вспомни викторианскую эпоху! – прошептала я. - И почему такая жёсткая привязка к единственному поставщику? А если его плантации пострадают от непогоды или болезней растений? Компания останется без товара, но не сможет закупать у других!

- Да это же кабальный договор! – соглашаясь, кивнула Броня. - Через пару лет компания окажется полностью в руках этого профуры!

- Я подумаю над вашим предложением, - уклончиво ответил лорд Блэквиль. – А вы пока погостите в моём клубе. Завтра здесь будет приём. И вы, господин Тан, сможете познакомиться со многими полезными людьми.

Я дёрнула Броню за юбку, привлекая внимание.

- Давай уйдём отсюда. А то ещё обвинят, что мы подслушиваем.

Уже в коридоре, направляясь на кухню, я задумчиво произнесла:

- Нам нужно предупредить лорда Блэквиля. Он не должен принимать предложение Танаки.

- Думаешь, он станет нас слушать? – усомнилась подруга. – Каких-то служанок?

- Наше дело предупредить, а Блэквиль пусть сам решает, - со вздохом ответила я. – Иначе меня совесть замучает.

- Тоже мне, борец за справедливость, - фыркнула Броня. – Пусть бы обанкротился…

- Не будь злюкой, - подтолкнула её локтем. – Ты же не такая.

- Такая-такая… - широко улыбнулась девушка. – Ладно, поговорим с Блэквилем. Он всё-таки сегодня показал себя с хорошей стороны. Как резко ответил этому япошке!

Я улыбнулась, вспомнив, с какой резкостью светлость отмёл предложение господина Танаки. Может, и правда не всё так плохо?

Время уже приближалось к одиннадцати, когда на кухню вошла одна из служанок.

- Лорд распорядился подать чай в кабинет. Они с мистером Мэйсоном обсуждают какие-то дела уже второй час! А гость не вылезает из ванной! Только и просит, чтобы ему подливали горячую воду!

- Сейчас сделаю! – Лора засуетилась у очага, а мы с Броней переглянулись. По-моему, самое подходящее время для того, чтобы раскрыть Блэквилю глаза!

Мы поспешили незаметно выйти в коридор и почти бегом рванули к кабинету. Задерживаться было опасно, а то, не приведи Господь, появится экономка. Она же не отцепится!

Перед тем как постучать в дверь, я шумно выдохнула. Нужно успокоиться, просто дышать носом.

- Войдите! – раздалось из кабинета, и я надавила на ручку. И тут, словно в насмешку над нами, латунная ручка с жалобным скрипом отделилась от двери. От неожиданности я потеряла равновесие, толкнув дверь всем телом. Броня не успела затормозить и влетела мне в спину. В результате мы обе, словно в дурном водевиле, кубарем ввалились в кабинет, а злополучная ручка со звоном покатилась по паркету.
Лорд Блэквиль поднял голову от бумаг и недоуменно приподнял бровь.
- Ого! - он откинулся на спинку кресла. - Чем обязан столь фееричному появлению?

Мэйсон же хмуро наблюдал за нами, скрестив на груди руки. Похоже, мы его дико раздражали. Ну ничего, придётся потерпеть!

- Простите, ваша светлость, - я чувствовала, как горят щёки. - Но нам срочно нужно поговорить с вами. Это важно.

- О чём? – правая бровь Блэквиля поползала ещё выше.

- О предложении господина Танаки. Оно... – я подбирала слова.

- Совершенно возмутительно! – не выдержала Броня. – Это грабёж среди белого дня!

Мужчины переглянулись. Мэйсон поднялся и, заложив руки за спину, подошёл к нам.

- Вы подслушивали?

- Нет, случайно услышали разговор лорда Блэквиля и его гостя, находясь в буфетной, - ответила я и, повернувшись к хозяину клуба, перешла на деловой тон. - Фиксированная цена на десять лет при растущем рынке - это финансовое самоубийство! А эксклюзивность поставок - это вообще петля на шее! Через три года "Империал" будет умолять о пощаде, а через пять просто перейдет в руки господина Танаки!
- Значит, вы, похоже, разбираетесь в коммерции лучше моих советников, - задумчиво протянул хозяин клуба. - Они почему-то сочли предложение весьма выгодным...
- Потому что ваши советники… Наверное, в жизни не торговались на рынке за связку редиски! – фыркнула Броня.
Мэйсон вдруг не выдержал и расхохотался, что выглядело весьма странно. Я никогда даже улыбки на его лице не видела. Блэквиль тоже широко улыбнулся.