Игры двойников

12. На орбите

Через два часа энергостанция уже вращалась по орбите вокруг Виты. Десантники и охрана дремали на своих местах. Балиани равнодушно крутил мираж своего микрокомпа с какими-то графиками. Подгорецкий, в коричневом биоволновом шлеме, увлеченно разглядывал Виту, наплывающую круглым красным боком на обзорное окно.

Гонта уселся рядом со Славкой, небрежно, будто напоказ, обняв ее за плечи.

- Фред, отставить нарушение субординации! Мне не до того! - скомандовала Славка и стряхнула его руку. Отлично, победитель и герой войны, конечно, вне конкуренции в глазах женщин, но пусть хотя бы на энергостанции воздержится от любовных дел.

Долонаны беспокойно двигались на своих местах, чувствуя колебания магнитного поля. Сигемон ворошил на себе шерсть, расстегнув скафандр, а Кевиан, пытаясь сохранить достоинство чикальтинана, судорожно поправлял символический багор на поясе.

Картинки и цифры в миражах над пультом беспрерывно мелькали один за другим, я едва успевал за ними следить. Электромагнитное поле Виты менялось каждую секунду, а особенно сильно над знаменитыми энергетическими колодцами. С орбиты колодцы были хорошо видны – черные круглые окна свободной океанской воды среди красно-розового буйства лесной растительности. Над ними магнитное поле бушевало вихрями, но именно там легче всего было откачивать энергию, что и должна была делать наша энергостанция. Потом предстояло отправлять энергию стволами переброски на энергоприемники Дубля и использовать на заводе искусственного регдондита. Чип то и дело поднимал передо мной то колонки с показателями электромагнитного поля в очередном колодце, то картинки с круглыми окнами черной воды среди бело-розовых и красных растений. До расчетного времени спуска оставалось меньше пятнадцати минут. Пульт дал первый сигнал.

- Отряд, по местам! К спуску готовься! - энергично распорядилась Славка, освобождаясь от руки Гонты и выпрямляясь в кресле. Десантники зашевелились.

- «Центурионы» на какой режим ставить? Или вообще отключить? - спросил Василь Симаков. В новом форменном комбинезоне, с наградами и при оружии, он выглядел таким же рекламно-красивым, как в день парада, когда шел со знаменем.

- Идем в легких экзоскелетах, - объявила Славка. – На Вите не до того будет, чтобы на себе лишний груз таскать! «Центурионы» берем с собой в ящиках, а вместо лучевиков – «Амфибии».

- А может, в одних комбинезонах? - поинтересовался бывший знаменосец Василь Симаков. – С кем там на Вите бой вести?

- Отставить возражения! - отрезала Славка. - Это техника безопасности!

- Молодец, генеральша, правильно!– улыбаясь, одобрил Гонта.– Мало ли что! А лучевик только километрах в двух, а то и трех, от колодца даст луч!

- Замучаемся без усиления, вообще!- затараторил темноволосый и веснушчатый Патрик Берри. – На Вите сила тяжести на пятнадцать процентов больше, чем на Земле! Это у нас на Меркурии можно было хоть в «Легионере» здоровенном ходить и не включать двигатель! Вообще! А я однажды в нем даже спал!

- Врешь ты все, никогда ты в «Легионере» не спал! - страшным басом возразил рослый Йозеф Брачич. – А двигатели у колодца, в переменном магнитном поле, все равно работать не будут, замучаешься «Центурион» на себе таскать!

Славка посмотрела на них так, что оба вмиг замолчали. Я остался в «Берсерке» - он был похож на легкие экзоскелеты десанта. Я не собирался воевать, но все же техника безопасности нужна, а семь килограмм это не двадцать, как у «Центуриона». Стандартный армейский нож и огнестрельная «Амфибия», способная стрелять в любой среде и на любой планете, у меня тоже были. В радиусе двух километров от любого колодца это было все оружие, которым можно было защититься. Весь вопрос — от кого. Каутильцы в последние десять лет с нами войны не вели, а живые существа Виты, как правило, не обращали на людей внимания. Чип немедленно поднял над пультом мираж со статьей. Статья была взята из справочника для отлетающих на Виту, и подтверждала, что стрелять на Вите действительно не в кого.

- А базуки обязательно берите, они везде сработают! - снова подал уверенный голос Гонта. Кажется, он решил единолично распорядиться вооружением не только охранников, но и десанта. Славка явно была недовольна, но вслух не возражала. Я тоже не стал вмешиваться – судя по всему, Гонта был прав. Через минуту огнестрельные базуки, стреляющие тирококсовыми зарядами, уже были в руках у всех десантников, Роди и моего отца. Мануэле базуки не дали – отдачей его сбило бы с ног.

- Верно! – проворчал отец, проверяя тирококсовые заряды, - Человек должен быть хозяином положения в этом гадюшнике.

-Что за выражения, капитан Хальс! - брезгливо покосился на него Балиани. Вслед за мной и он начал величать отца по прежнему военному званию. - Планета Вита не гадюшник, а источник благосостояния акционеров объединения «Энерго-Вита». А ваша непосредственная задача в состоит не в том, чтобы быть хозяином чего бы то ни было, а в том, чтобы выполнять работу, для которой вы наняты руководством объединения.

А вот это он сказал зря, у моего отца еще с довоенных времен было штук пять акций «Энергосектора».

-А я и есть хозяин, если чей-то горшок с ушами не додумался! Акционер «Энергосектора» и вашей загаженной «Энерго-Виты»! - огрызнулся мой родитель, вскакивая с кресла. Акций у отца было две, и доход с них был таким же символическим, как багры и топорики регдондских чикальтинанов.

Кевиан выкатился со своего места, держа ласт на лучевике, Славка привстала в кресле, Роди громко заржал, а Мануэла хихикнул из-за его спины. Да что за бедлам они тут устроили! Почему Гонта не призовет их к порядку? Не может или не хочет? Но командир энергостанции все же я, а значит, отвечаю за всех.