Игры на выживание

20

     После услышанного, о возвращении в блок не могло быть и речи. Мысленно я тут же перебрала в уме, что именно обнаружат незваные гости, когда ворвутся в комнату.  Несмотря на то, что чемодан с моими вещами остался в номере, ничего интересного для себя в нем они не найдут. Разве что мое нижнее белье. Пусть и не новое, но довольно красивое. Надеюсь, они не фетишисты. Мысль о том, что кто-то будет лапать или еще что-то делать с моей одеждой, была неприятна, но это  уж я как-нибудь переживу.

     Так, что еще?  Парик и линзы спрятаны в воздуховоде в туалете. Все инструменты, которые мне могут понадобиться, и карточки с кредитами у меня с собой. Видео я подменила. Так что никто не сможет определить, ни куда я делась, ни когда вышла из комнаты, ни в каком облике. Ну, хоть за это волноваться не стоит. Правда остается еще одна неприятная возможность меня обнаружить. Но она сработает лишь в том случае, если эти головорезы заодно с администрацией базы, и если здесь имеется в наличии компьютерная программа, которая считывает и определяет личности по лицу. При этом в системе комплекса должна быть база данных на всех работников. Мало того, она должна постоянно обновляться за счет экипажей  грузовозов и других кораблях. Насколько я знаю, почти во всех крупных терминалах и космопортах такие системы есть. Даже несмотря на то, что стоит это удовольствие недешево. Но тут отдается приоритет безопасности.

   Хорошенько подумав и вспомнив, в каком состоянии вся техника на комбинате, последнюю возможность я отбросила. Тут явно всем управляет жлоб, так что он скорее удавится, чем выкинет деньги на то, без чего эта рухлядь точно не развалится. Так что можно смело валить отсюда. У кого-кого, а у местных бандюков найти меня, точно нет никаких шансов. Ведь Аниты Вилл не существует, а настоящего моего имени они не знают. Так же как и того, как я выгляжу на самом деле. Вот только не получится ли так, что именно на меня попытаются повесить смерть Идигера. Ну или то, что с ним произойдет, если уже не произошло. Последняя мысль пришла как-то внезапно и была очень неприятной.

   Продолжая следить с помощью камер за опасной четверкой, я обдумывала возможность меня подставить.  Если бы я была уверена в том, что в этом деле замешаны лишь члены команды  Клайсдейла, то можно было бы ни о чем не волноваться. Вот только мужчины слишком уверенно себя чувствовали на базе. Да и сейчас, лишь прибыв на станцию, они не только точно знали, где им оставить тело Идигера, чтобы на него никто не наткнулся, но еще и двигались в сторону выделенного нам блока, не уточняя его расположения. Выходит, что им помогает кто-то из администрации. А это уже совершенно другой расклад.

    И даже несмотря на то, что никто из головорезов не знает, кто я на самом деле, достаточно будет уже того, что исчезнет якобы невеста Тсермира. Ведь именно так он представил меня местному начальству. При этом нуарцы точно знают, кого именно искал их человек. А это значит, что они могут предположить, что он не только искал, но и нашел. После чего, в попытке вновь сбежать я... А вот что именно я сделала с Идигером, еще неизвестно. И попробуй потом докажи, что ты тут ни при чем, и даже мимо не проходила.

    Вот же гадство! Получается, у меня просто теперь нет выбора. Это если я не хочу, чтобы на меня повесили труп. А ведь они наверняка что-то такое попытаются провернуть, чтобы снять с себя подозрение.  Поэтому оставить все как есть и просто сбежать я не могу.

    Выругавшись, я проследила за тем, как головорезы вышли из лифта и уверенным шагом стали пересекать местный бар, точно направляясь в сторону подъемника в мой блок. Ну что же, с таким успехом максимум минут через пятнадцать они не только доберутся до выделенной для нас комнаты, но и вскроют дверь, после чего обнаружат, что меня там нет. Предсказать, как события будут развиваться дальше, я не могла. И это очень плохо. А все потому, что не понимаю, во что вляпалась. Но как бы там ни было, а мне необходимо дополнительное время, для того, чтобы проверить, что с Тсермиром. Если он все еще жив, попытаться его спасти. После чего можно будет и отчаливать.

   Как именно все мне провернуть, я придумала мгновенно. Все же не зря, пока я училась на пилота, нас постоянно поднимали по тревоге и заставляли решать всевозможные нештатные ситуации, когда необходимо срочно спасти не только корабль, но и всех кто на его борту.

    Быстро передвигаясь по воздуховоду к другой шахте лифта, я одновременно с этим внимательно следила за опасными незнакомцами. И когда они стали подниматься на мой этаж, в соседнем блоке включила пожарную сигнализацию. Стоило разнестись по жилой зоне вою сирены, как я отдала приказ начать работать нескольким спринклерным оросителям.  При этом все получилось настолько удачно, что из-за попадания воды на старую, а главное, требующую уже даже не ремонта, а полной замены электросистему, произошло несколько замыканий. На маленьком экране лэптопа я отлично видела искры, а после, как в темноту погрузилось несколько этажей, между которыми как раз и застрял нужный мне лифт. А тем временем на базе уже поднялась суматоха и паника.  Ну что же, немного дополнительного времени я себе выиграла.

     Сама я подъемником не рискнула воспользоваться. Из-за устроенной мной небольшой диверсии, электричество закоротило еще в нескольких местах, а сработавшие уже самостоятельно опрыскиватели пожаротушительной системы запустили цепную реакцию, из-за чего сигнализация включилась на  других этажах. Боюсь, что дальше все посыплется как в домино.  И как бы эта база, с моей легкой руки, не развалилась окончательно в ближайшие несколько часов.

   Появившееся было чувство вины, я моментально задавила в зародыше и, открутив винты на решетке отделяющей воздуховод от шахты лифта, выглянула наружу, чтобы оценить, где сейчас находится кабина.

    Все это время я надеялась, что подъемником после четырех отморозков никто не пользовался, и он все еще находится внизу. Но нет. Кто-то из работников базы все же поднялся на верхние этажи администрации. А это значит, что пока я буду ползти по скобам шахты, кабина может поехать вниз и тогда... О том, что может произойти в этом случае, думать не хотелось.