Их малышка

1 Глава.

Глава 1. Последний день спокойствия

Адель сидела за партой в просторной аудитории академии «Святая Клэр» и машинально водила пером по полям тетради. Лекция по истории искусства уже двадцать минут как стала для неё фоновым шумом.

— И поэтому, — монотонно бубнила преподавательница мадам Дюшамп, — Ренессанс стал эпохой, когда искусство наконец освободилось от…

Девушка подперла щеку ладонью. Её светло-пепельные волосы, собранные в небрежный пучок, выбились из причёски и упали на лицо. Она с раздражением откинула их назад.

— Ты опять витала в облаках? — шепнула соседка по парте, очаровательная брюнетка Виктория. — Сегодня у мадам Дюшамп не то настроение.

Адель хмыкнула:

— Мне кажется, у неё вообще всегда не то настроение. Просто сегодня оно особенно ужасное.

Виктория прыснула со смехом. Преподавательница резко обернулась, и обе девушки моментально приняли вид примерных учениц.

Академия «Святая Клэр» была не просто учебным заведением. Это был закрытый мир для дочерей знати, политиков и магнатов. Каменные стены, обвитые плющом, ухоженные сады, строгие правила и полное отсутствие парней. За два года здесь Адель привыкла к этому искусственному, но безопасному существованию.

В конце лекции раздался колокол.

— Девочки, внимание! — мадам Дюшамп подняла руку. — Перед тем как вы разойдётесь, важное объявление. Директор хочет видеть всех в главном зале через час.

Академия редко собирала всех учениц сразу. Это означало нечто исключительное.

***

Через час Адель стояла в главном зале вместе с двумя сотнями других девушек. Они шептались, переглядывались, строили догадки.

Высокие арочные окна пропускали лучи позднего утра, играя на мраморном полу. Тяжёлые бархатные драпри красного и золотого цветов создавали торжественную атмосферу. На стене, над камином, висел герб академии — золотая лилия на лазурном фоне.

Воздух в зале был пропитан запахом старинного дерева и дорогих духов. Девушки нервничали, их шёпот перекатывался по рядам, словно прибой.

Двери с грохотом распахнулись.

Вошёл директор месье Валле — сухой, лысый мужчина в безупречном костюме. Но за ним шёл ещё кто-то. Незнакомец в дорогом тёмном костюме, с презрительным выражением лица и холодными серыми глазами, которые сканировали зал, оценивая каждую девушку словно товар на витрине.

Адель почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Незнакомец был ей почему-то противен. От него веяло холодом.

— Дамы и господа, — директор прокашлялся. — У меня радостная новость. Совет попечителей принял решение расширить нашу академию. С нового учебного года «Святая Клэр» станет совместным учебным заведением.

В зале повисла тишина, а потом взорвался шум.

— Это невозможно! — вскричала кто-то.

— Совместным? С парнями?

— Но это же вопреки всем традициям!

Директор поднял руку:

— Спокойствие! Это решение окончательное. Первый курс юношей прибудет уже через две недели. Мы будем первыми, кто предложит образование такого высочайшего качества представителям обоих полов.

Адель слушала, и в груди нарастал холодный ком. Ей вдруг стало страшно, и она сама не понимала почему. Словно над залом нависла неминуемая беда.

Незнакомец, который пришёл с директором, вдруг сделал шаг вперёд. Его холодный взгляд скользнул по залу, остановился на Адель, и в его глазах мелькнуло что-то злое.

— Меня зовут Лоран Сида, — произнёс он с лёгким акцентом. Его голос скользил по коже, словно ледяная змея. — Моя семья будет спонсировать это… расширение. Мы уверены, что смешение воспитания пойдёт на пользу всем.

Сида.

Это фамилия ударило Адель как хлыст. Откуда она знала эту фамилию? Почему от него у неё мурашки по коже?

Потом это вспомнилось.

Ей было семь лет, и она случайно услышала спор родителей. Отец кричал, мать плакала, и сквозь закрытую дверь прорвалось эта фамилия:

— Почему ты заключил тот контракт с Сида!? — кричала мать.

— У меня не было выбора, Марта! Они держали меня за… — голос отца оборвался.

Адель тогда не поняла. Но теперь, спустя двенадцать лет, это имя вернулось.

Лоран Сида улыбнулся, но улыбка была холодной:

— До встречи, мадемуазели.

Он развернулся и вышел, а Адель почувствовала, как её пальцы сжались в кулаки до боли. Сердце колотилось где-то в горле.

— Ты в порядке? — Виктория дёрнула её за рукав. В глазах соседки отражался страх.

Адель кивнула, не в силах выдавить ни слова. Гортло перехватило.

Её мир, безопасный и предсказуемый, только что начал рушиться.

И где-то в глубине души, в том месте, где инстинкты предупреждают об опасности раньше, чем разум успевает это осознать, она знала: это только начало.

***

До самого вечера Адель не могла сосредоточиться ни на чём. Занятия прошли как в тумане, а когда колокол объявил об окончании учебного дня, она почти побежала в свою комнату, словно могла там укрыться от нависшей угрозы.

***

Вечером в своей комнате Адель сидела на подоконнике и смотрела в окно, на освещённую фонарями аллею академии. Осенний ветер гулял по саду, срывая последние листья. Листья шуршали по дорожке, словно шёпот призраков.

Её комната была маленькой, но уютной: кровать, шкаф, письменный стол, зеркало. Её единственное убежище в этом огромном мире.

Она вспомнила своё детство. Большой особняк, где она жила с семьёй. Мама, отец, три старших брата и две сестры. Любящие, заботливые… и всегда хранящие от неё что-то важное.

Она всегда чувствовала себя чужой. Сёстры и братья были ближе к родителям, у них были общие секреты, общие шутки, а Адель всегда оставалась на периферии. Словно она не принадлежала этой семье по-настоящему. Словно была гостем в собственном доме.

А потом, когда ей исполнилось шестнадцать, отец сказал ей странную вещь за ужином. Они были одни в обеденном зале, и он почему-то выпил слишком много вина. Его рука слегка дрожала, когда он поднимал бокал.