Иль-Зира: рай для землянки

Глава 7. Часть 2. Тотем

Василь сидел в тени купола, наблюдая, как сервомеханизмы на дальнем плане укладывают новые панели солнечных фильтров. Он числился образцовым специалистом. С раннего возраста брат Розы изучал коды, проектировал распределённые сенсорные поля, а в юношестве предложил протокол перенастройки для астероидных дронов. С младенчества за ним с сестрой был пристальный надзор, поэтому выделяться лишний раз не стоило. Вот и теперь, когда он не мог себе объяснить, как он почувствовал боль Розы на таком большом расстоянии, он решил никому не рассказывать.

Во что бы то ни стало он должен разгадать эту загадку самостоятельно – ради своей сестры.

Василь сидел в тени купола, наблюдая, как сервомеханизмы на дальнем плане укладывают новые панели солнечных фильтров. Ему нужно было обдумать план – как вызволить Розу, не вызывая подозрений. Он числился образцовым специалистом. С раннего возраста брат Розы изучал коды, проектировал распределённые сенсорные поля, а в юношестве предложил протокол перенастройки для астероидных дронов. С младенчества за ним с сестрой был пристальный надзор, поэтому выделяться лишний раз не стоило. Вот и теперь, когда он не мог себе объяснить, как он почувствовал боль Розы на таком большом расстоянии, он решил никому не рассказывать.

Во что бы то ни стало он должен разгадать эту загадку самостоятельно — ради своей сестры.

Город Тесс жил по своим законам. Здесь каждый знал своё место, свои функции и свою долю ответственности. День начинался с подъёма по биоритмическому сигналу — мягкий свет, имитирующий рассвет, пробуждал клетки организма, вентилируемые панели медленно насыщали воздух кислородом и ароматами — смесь хвойных смол и озона, созданная нейрохимиками специально для стимуляции концентрации.

Василь любил этот город за его чёткость. Здесь всё имело форму. Даже надежда - здесь она измерялась в процентах выполнения плана. Здесь не было случайных разговоров, неуместных улыбок, а смех был прерогативой детских секторов. Здесь взрослые... функционировали.

По прозрачным коридорам двигались люди. Часть — на транспортных платформах, остальные — пешком, ровно, синхронно, словно всё человечество, оказавшееся в этом куполе, стало единой нейросетью, движущейся в заранее заданном векторе.

Гидропонные сады тянулись вдоль западного сектора — вертикальные фермы, где росли синтезированные злаки, протеиновые водоросли и фруктовые гибриды. Василь любил смотреть, как автоматические манипуляторы собирают урожай, словно это была не рутина, а сакральный акт.

За спиной, за полупрозрачной перегородкой, двое — он знал их в лицо, но не по именам — говорили вполголоса, стараясь казаться занятыми просмотром диагностических данных. Василь настроил свои тайные наушники, позволяющие расслышать звуки даже на большом расстоянии – он разрабатывал их для разведывательной группы.

— ...всё уже решено. — Первый, с резкими движениями, периодически оглядывался. — Совет дал добро на переговоры. Они вернутся. Высшие.

— Ты уверен? — Второй, помедленнее, но голос дрожал. — Мы же... мы же договаривались, что это... слухи.

— Уже не слухи. Я видел протокол. Им нужны биоматериалы. И кое-что ещё. Наши дети... наши ресурсы... Понимаешь, к чему это приведёт?

— Зачем тогда весь этот театр с самоуправлением... — второй осёкся.

— Потому что иллюзия выбора — самый дешёвый способ контроля. Они возвращаются. Потому что их корабли вымирают. Потому что они сами больше не могут воспроизводить людей. Им нужна Земля. Или то, что осталось от неё в нас.

Василь почувствовал, как внутри сжалось. Его пальцы невольно стиснули край панели стола так сильно, что побелели костяшки. Он хотел бы сказать, что не верит. Но компас... компас уже несколько дней показывал сигналы, которые невозможно было интерпретировать обычными протоколами.

Василь понял, что Тесс — место, которое они, земляне, наконец-то могли назвать своим домом, его мир, его идеальная матрица — больше не безопасен. Всё, что он считал фундаментом, трещало. Воздух под куполом был таким же чистым, но казался теперь вязким, словно насыщенным невидимой угрозой.