Иллюзион. Квест на превосходство

Глава первая. Возвращение в родные пенаты

Фокс, точнее Регина Лисовец по прозвищу Фокс, рывком стащила с поезда массивный чемодан, глухо шлепнувшийся на перрон и обиженно крякнувший колёсиками. А что ещё делать? Подобную махину не так просто тащить, тем более хрупкой барышне. И это, слава богу, она последовала совету и согласилась оставить ещё один такой же «сундучок» дома.

Родители пообещали, что потом переправят его с джиннской курьерской доставкой, но зная этих витающих в своем мирке полуматериальных лоботрясов, никто не удивится, если посылка дойдёт неполной, а то и вовсе лишь через полгода, стухшей и воняющей тиной. Кто знает, где они хранят заказы? Порой и на дне океана. Джинны жили по принципу: мы никуда не торопимся и вам не советуем.

В общем, в последний момент, часа за два до поезда, весь багаж был нещадно выпотрошен и поделён на две кучки: «нужное-нужное» и «нужное-нужное, но если хорошо подумать проживём и так». Только вот теперь это «нужное-нужное» настолько раздражало, что готово было перейти в разряд «да пропади оно пропадом».

Голодная, как людоед во время вегетарианского поста, Регина с трудом вытянула заедавшую ручку и покатила чемодан по перрону. Трескучий и рассыпающийся на гайки поезд, почему-то до сих пор остававшийся на ходу, проводил пассажирку оглушающим гудком и чадящим дымом. М-да, давно Алтай не встречал её с подобным пренебрежением.

Обычно ребята заранее договаривались по времени, чтобы потом шумной компанией встретиться в поезде и после, пересев на катающиеся по маршруту дилижансы, отправиться в школу. К сожалению, дилижансы возили учеников только накануне и конкретно первого сентября, так что в этот раз Фокс с привычным распорядком круто пролетела.

Не по своей воле, конечно.

Некая чокнутая бабка, по какой-то там линии состоящая с ней в родстве, нашла очень подходящее время скончаться, аккурат перед новым учебным годом. Ирония в том, что сожалений по этому поводу не высказал никто.

Нелюдимая старая карга, последние полвека проживавшая на отшибе цивилизации и балующаяся от скуки магией вуду (это по подтверждённым источникам) и ещё кое-чем похлеще (судя по тому, что нашлось в её перекосившейся лачуге), была тихим ужасом для всех родственников.

Она и по молодости-то не отличалась приветливостью, а после того как съехала с катушек и, прокляв всю родню, свинтила в глухие леса тайги, стала вконец невыносимой. Так что последние несколько лет все семьи Лисовец жили под молчаливым, но нерушимым девизом: не видели, не знаем, мы тут ни при чем, отвалите и вообще — сами разбирайтесь.

Однако из-за совести, традиций и долга похороны пришлось устроить. Однако и тут старуха осталась в своём репертуаре: умудрилась превратить разваливающуюся избу в минное поле. Кости какого-то убийцы под порогом едва не оттяпали головы первым приехавшим родственникам, а трещавшие как счетчик Гейгера амулеты метали молнии во всё, что могло хотя бы в теории дышать и двигаться.

Пришлось выкручиваться и разбираться с наложенным на прощание подарком. И не плюнешь на нервную старушенцию, вот в чем беда. Если не провести положенное по правилам ритуальное погребение, родственница с отвратительным характером сможет достать всех и на этом свете. Призраков и неупокоенных духов никто не отменял, а уж с таким багажом знаний, как у неё…

Так что вместо положенных трёх дней Фокс застряла с семьёй в тайге на целую неделю, в школу же было отправлено письмо с извинениями. И вот теперь она брела одна вдоль рельсов, запоздало вспомнив, что дилижансов ждать не приходится. И как добраться? Телепортироваться до совершеннолетия и сдачи итоговой экзаменационной аттестации, проводимой в конце одиннадцатого курса, было запрещено.

С одной стороны, руководство можно понять — если каждый начнет скакать туда-сюда, ни к чему хорошему это не приведёт. Либо обычный народ начнёт что-то подозревать, а уж подозрительности им не занимать; либо недоучившийся недотепа попросту промахнётся и застрянет где-нибудь в стене или в асфальте. Зрелище не для слабонервных, но вот же удивительно, даже это не отпугивало малолетних оболтусов, ищущих приключений на свою задницу.

Конечно, Фокс давно была не невинной пятикурсницей, неспособной отличить берегиню от ки­киморы, и по-тихому на летних каникулах уже практиковалась в телепортации на небольших расстояниях, правда, не очень удачно. Родители, когда увидели, чуть её не убили. Регина тогда чудом умудрилась избежать столкновения с чугунной сковородкой и взбешенной мамочкой.

В любом случае сейчас этот вариант тоже отпадал. Она даже не сомневалась, что Савин Леонид Афанасьевич, обожаемый учениками заместитель директора и самый добрый человек в мире (всё это, разумеется, в кавычках), именуемый за глаза просто и незатейливо Феня, нацепил на школьную территорию столько охранных заклинаний, что приземлилась бы на главной площади Фокс уже в образе небезызвестной царевны-лягушки. Квакающей, склизкой и зелёной.

Последствия недолгие, где-то на пару часов, но обычно их хватало, чтобы больше не искушать судьбу. А заодно и отбить желание проказничать у других. На время. Потом рано или поздно очередная жертва находилась. Ну да это в порядке вещей.

Вот только сегодня Регина была решительно не готова на романтический вечер в окружении квакающих сородичей. Однако и тащиться пешком тоже жуть как не хотела. За горами уже разливались первые всполохи заката, а в главном зале школы вот-вот должен был начаться ужин.

Как по заказу, ещё и в животе гневно заурчало. Кажется, ему катастрофически не хватило той шоколадки и бутерброда с позавчерашней колбасой, что удалось вырвать на последней стоянке.