Иллюзионист, или Видящая свет

Глава 8

Каменный лес был настоящим испытанием на прочность. Каждый валун казался зубом древнего чудовища, каждая расщелина — ловушкой. Они шли уже третий день, и мир вокруг превратился в бесконечную череду серого камня и скрюченных, цепких деревьев. Ноги Маркуса гудели от усталости, а плечи ныли под весом скромной поклажи. Но он не жаловался. Он шел вперед, подгоняемый образом пустой комнаты Киры и холодной яростью, что поселилась в его сердце.

Опасность пришла внезапно. Они как раз пересекали дно высохшего ущелья, когда земля под ногами содрогнулась. Сверху, с края каньона, раздался низкий, гортанный рев, от которого, казалось, задрожали сами скалы.

— Назад! — рявкнул Николас, молниеносным движением отталкивая Маркуса за большой валун.

В тот же миг на то место, где они только что стояли, с оглушительным грохотом обрушилась лавина из камней и щебня. Когда пыль осела, Маркус, выглянув из-за укрытия, увидел причину обвала. На краю ущелья, на фоне серого неба, стояло существо. Оно было похоже на гигантского, уродливого горного козла, но его шкура была не из шерсти, а из серого, потрескавшегося камня, а из глаз горел тусклый, злой оранжевый свет.

— Каменный тролль, — прошипел Николас, выхватывая из-за пазухи свой короткий, но смертоносный меч. — Их не было здесь двенадцать лет. Что-то их разбудило.

Тролль издал еще один рев и, ударив массивным каменным копытом по краю ущелья, отправил вниз новую порцию смертоносных снарядов. Камни со свистом врезались в их укрытие.

— Он не даст нам пройти, — крикнул Маркус, пытаясь перекричать грохот. — Он загоняет нас в ловушку!

— Значит, мы не пойдем по его правилам! — глаза Николаса хищно блеснули. Он огляделся, оценивая обстановку. — Наверх! В ту расщелину! За мной!

Он указал на узкую, почти вертикальную трещину в стене ущелья. Это было чистое безумие, но оставаться на дне означало верную смерть. Николас, отбросив свою трость, первым ринулся к стене. Он двигался с ловкостью и силой, невозможной для старика. Он цеплялся за малейшие выступы, подтягивался, используя каждую мышцу.

Маркус, преодолевая страх, полез за ним. Камни под руками и ногами крошились, ветер свистел в ушах. Внизу ревел тролль, яростно молотя копытами и отправляя им вслед целые очереди камней. Один из валунов пролетел так близко, что Маркус почувствовал его смертоносное движение всем телом. Он сорвался.

Одна его рука соскользнула с мокрого выступа, и он повис над пропастью, держась лишь одной рукой. Внизу зияла бездна.

— Дед! — закричал он, чувствуя, как пальцы начинают разжиматься.

Николас, уже забравшийся на несколько метров выше, обернулся. Не раздумывая, он расстегнул свой пояс, крепко зажал один его конец в зубах, а другой бросил вниз.

— Хватайся!

Маркус изловчился и вцепился в кожаный ремень.

— А теперь лезь! — прорычал Николас сквозь стиснутые зубы. — Лезь, я сказал! Работай ногами!

Маркус, мобилизовав все свои силы, начал карабкаться, отталкиваясь от отвесной стены, в то время как дед, напрягая все мускулы, тащил его вверх. Наконец, выбившись из сил, грязные и ободранные, они ввалились на небольшое плато выше ущелья. Тролль остался внизу, яростно ревя им вслед.

— Он не полезет сюда, — выдохнул Николас, забирая свой пояс. — Не его территория. Но это плохой знак, Маркус. Очень плохой. Древнее зло просыпается.

Отдышавшись, они продолжили путь. К вечеру, когда тени стали длинными и зловещими, Николас наконец остановился у подножия одинокой скалы.

— Пришли.

Он провел их по почти невидимой тропке к замаскированному входу в пещеру и издал тихий, пронзительный свист. После долгой, напряженной паузы из глубины донесся скрипучий голос, а затем в проеме показалась иссохшая фигура Кассиана.

— Убирайтесь! — прошипел он, но Николас остановил его.

— Нам нужна помощь, Кассиан. Речь идет о дочери Элизабет. Ее забрали в Академию.

При слове «Академия» лицо Кассиана исказилось, но он все же впустил их, проведя вглубь своей пещеры-лаборатории. Внимание Маркуса тут же привлекла клетка в углу, в которой металась черная, дымная тень — пленный «возрожденный».

— Что… что это? — прошептал Маркус.

— Это? — Кассиан бросил на клетку полный боли взгляд. — Это мой пациент. И мое главное доказательство. Это то, во что Иллюзионист превращает души павших воинов.

Он начал свой рассказ — о заговоре, о проклятии, о пророчестве. Но его монолог был прерван. Возрожденный в клетке вдруг забился с удвоенной силой, издавая отчаянный, беззвучный вопль и указывая бесплотной рукой в сторону входа.

— Что с тобой? — Кассиан подбежал к клетке, но тут же отшатнулся. — Нет…

Он бросился к замаскированному входу и осторожно отодвинул лиану. То, что он увидел, заставило его лицо окаменеть.

— Плохо, — прошипел он. — Очень плохо. Вы все-таки привели хвост.

— Тролль? — спросил Николас, выхватывая свой меч.

— Хуже. Ищейки Академии. Двое. В зачарованных доспехах. И они не одни. С ними «чистильщик».

Николас и Маркус переглянулись.

— Что за «чистильщик»? — спросил Маркус.

— Тварь Иллюзиониста, — бросил Кассиан, лихорадочно роясь в своих свитках и колбах на столе. — Полумеханизм, полудемон. Создан специально для охоты на магов. Похож на гигантского металлического паука. Чует магию за километр. Его когти пробивают любой щит. Нам нужно уходить. Сейчас же!

Снаружи раздался громкий, лязгающий звук и чей-то самоуверенный голос:

— Он здесь! Я чувствую его поганую ауру! Кассиан, выходи по-хорошему! Директор Хамс обещал сохранить тебе жизнь, если ты вернешься добровольно!

— Лжецы! — прошипел Кассиан. Он схватил со стола несколько склянок с бурлящими жидкостями. — У этой норы есть и другой выход. За мной!

Он ударил посохом по полу в дальнем конце пещеры. Каменная плита с грохотом отошла в сторону, открывая узкий, темный тоннель, из которого несло сквозняком и запахом дикого зверя.

— Но сначала — небольшой сюрприз для наших гостей!