Иллюзионист, или Видящая свет

Глава 28

Лес вокруг них был адом из огня, стали и криков. Маркус тащил Киру за руку, продираясь сквозь густой подлесок. За их спинами рушились деревья, сраженные шальными заклинаниями, а воздух дрожал от магических разрядов.

— Быстрее! — рычал он, перепрыгивая через поваленный, дымящийся ствол.

Они вырвались из горящего леса на небольшую, укрытую скалами поляну. Здесь, у маленького родника, окутанного туманом, они на мгновение оказались в безопасности.

Кира рухнула на мох, пытаясь отдышаться. Адреналин отступал, и на нее разом навалилась вся тяжесть произошедшего.

— Николас… — прошептала она.

— Он воин, — жестко ответил Маркус, смывая с лица кровь ледяной водой из родника. — Он сделал свой выбор. Как и остальные. Они сражались, чтобы ты могла жить, Кира.

Внезапно деревья на краю поляны затрещали. Из леса, шатаясь, вышли двое воинов из армии Вэйлайза. Их ледяные доспехи были покрыты трещинами, из которых сочилась темная жижа. Их глаза горели не голубым огнем, а мертвенным, фиолетовым светом. Это были воины, павшие и тут же «возрожденные» темной магией Иллюзиониста.

Маркус, не раздумывая, бросился на них.

— Кира, беги!

Но Кира не побежала. Она вскочила на ноги. Она видела, как Маркус вступил в бой с двумя corrupted воинами. Он был силен, но они были бесчувственными машинами для убийства. Один из них отбросил Маркуса ударом щита, а второй занес над ним свой зазубренный ледяной топор.

Кира выставила руку вперед. Она не стала тратить время на ледяные стрелы. Она ударила по земле. Десятки острых, как копья, шипов из черного льда вырвались из-под ног corrupted воинов, пронзая их насквозь. Твари застыли, а затем с хрустом рассыпались в прах.

Маркус, поднимаясь, посмотрел на нее с удивлением и гордостью.

— Ты… научилась.

— Мне пришлось, — ответила она.

В этот момент из леса донесся рев — на этот раз гораздо ближе. Целый отряд «возрожденных», ведомый гигантским, похожим на быка чудовищем, проламывался сквозь деревья, направляясь прямо к ним.

— Их слишком много, — сказал Маркус. — Мы не сможем их сдержать.

Он достал из-за пояса «Серебряную слезу».

— Дед велел передать это тебе. Теперь ты — его хранительница. Храни ее. Защищай.

Он вложил холодный кристалл ей в руку.

— А теперь слушай меня, — быстро заговорил он. — Я выведу тебя к старому ручью. Он течет на север. Иди вдоль него, не останавливайся. Короли найдут тебя.

— Ты пойдешь со мной! — воскликнула Кира. — Ты не оставишь меня одну!

— Я не могу! — он посмотрел в сторону приближающегося отряда. — Я должен их остановить. Задержать. Если мы побежим вдвоем, они настигнут нас обоих. Но если я дам им бой…

— Они убьют тебя! — закричала она.

— Может быть, — он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде была стальная решимость. — Но они заплатят за каждый шаг. Я выиграю тебе время. Это единственное, что сейчас имеет значение.

Рев раздался совсем близко. Из-за деревьев уже показалась первая фигура.

— Нет времени спорить! — рявкнул Маркус.

Он схватил ее за руку и потащил в противоположную сторону, к ручью.

— Обещай мне, Кира! Обещай, что не остановишься!

— Я не могу! — рыдала она.

Они добежали до ручья. Маркус с силой толкнул ее в сторону воды.

— Беги!

Он не стал ждать ее ответа. Он развернулся и с яростным ревом бросился навстречу своим врагам. Кира увидела, как он врезался в передовой отряд, как его кулаки крушили обугленные кости. Он был не человеком, а стихийной силой, воплощением чистой ярости.

Она хотела броситься за ним, помочь ему. Но слова его — «Выиграю тебе время» — горели у нее в мозгу. Его жертва. Жертва Николаса. Они умирали, чтобы она жила.

Она развернулась и побежала. Она бежала вдоль ручья, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни, царапая лицо о ветки. За ее спиной слышался грохот битвы, рев Маркуса и предсмертные вопли монстров.

Она бежала, пока звуки боя не стихли, сменившись лишь шумом воды и ее собственным сдавленным плачем. Она выбежала на туманную поляну, ту самую, где они должны были попрощаться.

Она рухнула на колени, обессиленная. Она потеряла все. Снова.

Она плакала, пока слезы не кончились. А потом она встала. Она вытерла лицо рукавом. Ярость, холодная и чистая, как лед Вэйлайза, вытеснила горе.

Он не просто отдал ей «Серебряную слезу». Он передал ей свою миссию. Свою ярость.

Она посмотрела на север. Она не знала, куда идти. Но она знала, что должна двигаться. Она сжала в одной руке старого плюшевого мишку, которого Маркус успел сунуть ей в руки — память о ее прошлом. А в другой — «Серебряную слезу» — наследие ее матери, ключ к ее будущему. И, сделав первый шаг в неизвестность, она пошла прочь с поляны, вглубь туманного леса. Она больше не была жертвой. Она была наследницей. И она шла, чтобы заявить о своих правах.