Иллюзия Свободы

Глава 11. Бунт

Эбен скрылся в коридорах, а я заперлась в кабинете. Снизу еще доносились голоса, но я не смогла разобрать, о чем так громко говорят люди. Затем послышались звуки борьбы, грохот, крики. Все это перебивал звук непрекращающейся сигнализации.

Минут через десять стало тише. Эбен все еще не вернулся, но выходить за ним я не стала. Лекарь настоятельно требовал оставаться внутри.

Десять, двадцать, пол часа. Время тянулось вечно, а я сходила с ума от волнения, оставаясь запертой в четырех стенах. Что можно было делать там так долго? Эбен наверняка бы уже вернулся, но что-то помешало ему. Что-то плохое.

— Я не могу больше ждать.

Решилась. Собрала волю в кулак и отворила дверь. В коридоре не было пациентов и лекарей. Никого. Только перевернутые стулья и битое стекло от упавших картин на полу. Оно хрустело под ногами.

Я осмотрелась. За окном вовсю бушевала метель. Белая мгла скрыла очертания домов, ветер гнал снежную крупу с такой силой, что она россыпью бисера громко врезалась в стекла. Начался комендантский час? Но еще рано.

Я решила спуститься вниз. Подошла к лестнице и тихо засеменила по ступеням. Но первый этаж пустовал, как и второй. Здесь никого.

Все пациенты, лекари и персонал словно испарились. Но магии в этом не было. Позже я заметила следы бегства. Право за поворотом, в просторном холле развернулась удручающая картина: входная стеклянная дверь расползлась длинными трещинами, похожими на раскат молний. Они исходили от центра, где белое осталось белое пятно от удара чем-то тяжелым. Будто кто-то швырнул в дверь камень.

— Что здесь произошло?

И где Эбен?

Повсюду разбросаны вещи, бумаги и обувь. Стулья перевернуты, за стойкой рецепции битые стекла витрин. А на крыльце у клиники лежал булыжник. Похоже тот самый, которым пытались выбить дверь.

— Эбен? — Тихо позвала я, — Эбен, ты здесь?

Тишина. Только ветер завывал за окнами.

Переступая через одежду и мусор, я прошла в сторону гардеробной. Это было единственное место, где все еще горел свет. Люминесцентная лампа повисла на шнуре и моргала от покачивания. Половина вешалок в комнате были завалены, как будто на них кто-то налетел.

— Здесь есть кто-нибудь? Эй? Кто-нибудь! Вы меня слышите?

Я прошла вглубь комнаты в надежде увидеть хоть кого-то, но нет. После гардеробной прошла дальше по коридору, заглядывая в каждую открытую дверь лекарей. Картина была той же.

Впереди показался тупик, и я свернула направо, к технической комнате, напротив которой располагалась зона ожидания с огромным панорамным окном. Прямо за стеклом стояло двое высокий крепких мужчин. Я вышла к нему слишком быстро, чтобы ретироваться, оставаясь незаметной. Незнакомцы выглядели странно. В огромных темных костюмах, похожих на робы, с длинными бородами и дубинками в руках. Они громко орали друг на друга и один из них обернулся к окну, когда появилась я.

— Ох, нет…

Бугай указал пальцем на меня и что-то громко рявкнул второму. Тот кивнул и быстро зашагал в сторону. Он направлялся к входной двери клиники.

— Нет, только не это, — Руки похолодели от ужаса. Я побежала назад по коридору к лестнице. Хотела скрыться в кабинете Эбена, но двое нападавших оказались быстрее. Один из них схватил меня за плечо и одернул назад. Второй закричал напарнику вослед.

— Тащи эту к остальным! Нам нужно больше Андарионовских девок.

Я закричала. Мужчина вцепился пятерней мне в волосы и очень сильно дернул назад с лестницы.

— Нет, пусти… Отпусти меня!

— Тише, не шуми, а то шею сверну!

— Нет, нет…

Я царапалась, кусалась, но никак не удавалось встать на ноги, я едва могла удержаться на пятках и носках, чтобы не убиться. А бородатый и дурно пахнущий здоровяк плевать хотел на осторожность. Он тащил меня грубо, точно возвращал в стойло сбежавшую овцу. Проволок по полу клиники и вытащил на улицу. Я потеряла обувь, осталась босиком. Ткань сорочки рвалась, я царапала ноги о ледяную корку льда.

Уже на крыльце мужчина замешкался, а я смогла подняться. Пнула его коленом в живот, отбивалась руками, пытаясь выцарапать глаза, но он перехватил мою руку, а второй сжал горло. Твердые пальцы мужчины сдавливали шею так, что в груди разгорелся болезненный спазм. Я кашляла, в глазах темнело. В этом кошмаре, сливаясь с шумом ветра, до слуха доносились женские вопли.

— Хватит, слышишь! Перестань сопротивляться, идиотка.

Нападавший насытился жестокостью и отпустил меня. Я упала на колени, жадно хватая воздух ртом.

— Чего развалилась? Пошли!

Он прихватил меня за плечи и поволок вперед. Теперь я увидела откуда доносятся крики о помощи. Это огромная телега с железной клеткой. Внутри нее сидели испуганные девушки в сорочках, пациентки клиники и несколько медицинских работников. Их одежда перепачкана в крови и земле.

— Чего ты топчешься? Уходим.

— Эту посажу и двигаем.

Тяжелая щеколда с грохотом подалась в сторону, мужчина снова схватил меня за волосы и толкнул к открытой двери. Я закричала и что есть сил вцепилась в металлические прутья руками, не позволяя меня затолкать.