Иллюзия Свободы

Глава 23. Воспоминания

Первая ночь в гарнизоне, когда я смогла спокойно спать. Меня не тревожили мыли о случившемся расставании, как и мысли о предстоящем отъезде. Я будто отрезала от себя прошлое во второй раз и начала новый путь.

Адам тоже стал спокойнее. Мужчина не задавал мне вопросов об отъезде Деметры и Эбена. Он все принял так, как есть. И пусть наши чувства друг к другу еще не понятны, я свой выбор сделала, осталась с ним и готова пройти большой путь, как супруга командующего Даттона.

Прошло три дня. Чтобы не сидеть взаперти без дела, я вызвалась помощницей в восстановлении гарнизона. Небо над приграничьем вновь стало голубым. Мерцающие экраны заменили, добавили яркости.

Мужчины выполняли трудную работу, а женщины занимались мелкой покраской деталей, уборкой и посадкой растений в клумбы. Я работала в паре с Анной, а вечерами готовила ужины, ожидая супруга со службы. Адам целовал меня, обнимал, но спали мы, как и прежде, не прикасаясь друг к другу.

Новостей об отъезде не было, но вечером четвертого дня в дверь квартиры настойчиво постучались. Это точно не Адам, еще слишком рано. Я открыла и на меня вихрем налетела Анна.

— Виделись, — бросила женщина и завела за собой двоих детей, — Посидишь с ними? Диана и Томас, ведите себя хорошо с тетей! И тихо! Очень тихо, чтобы никто вас не слышал!

— Да, конечно, — едва проговорила я, — А что случилось?

— Ты еще не в курсе? Срочные сборы. Завтра колонной выезжаем в Пустошь. А где твой?

— На службе еще.

— Хм…, — Анна осмотрелась, — Ладно. У тебя тряпок мало, а мебели вообще нет. Собираться будешь быстро. А у меня дома настоящая свалка. Одних детских вещей два баула будет. А сколько мебели… Пойду наберу мешков и буду собирать. Заберу их через пару часов, хорошо? Ты справишься.

Я не успела задать ни одного вопроса. Анна, как ураган, влетела, раздала указания и вылетела за дверь, оставив меня в полном замешательстве с двумя маленькими детьми. Единственное, что было понятно — время вышло. Завтра мы все уедем в Пустошь. Там мне откроется совершенно другая изнанка мира. Та, о которой все говорят, та, с которой воюет Андарион и Приграничье.

Дожидаясь Адама, я дала детям подручные вещи, чтобы они чем-то себя заняли, ведь игрушек в квартире нет. В ход пошли ложки, деревянная тарелка, ваза из камня и пара моих брошек, подаренные супругом. Иголки я предусмотрительно вынула. Надолго бытовых игрушек не хватило. Очень скоро Диана стала задирать братика и тот громко плакал. Горе мальчугана было столь велико, что ни на руках, ни в играх он не успокаивался. Без присутствия мамы справится с маленькими шалопаями я не могла. И тут в дверь позвонили. Я бросилась ее открыть, в надежде, что увижу там Анну, но вернулся Адам. Мужчина окинул комнату удивленным взглядом и поцеловал меня в щеку.

— Ого, как громко! Что тут происходит?

— Анна оставила мне детей на пару часов, — выдохнула я оглядевшись, — Адам, она сказала, что мы выезжаем в Пустошь уже завтра. Это правда?

Мужчина поджал губы, снял с себя кобуру, обувь и прошел в комнату. Дети при нем затихли.

— Значит, да?

— Да. Сегодня объявили сборы. Никто не знал. Завтра в десять подойдут машины. Нужно будет собрать вещи.

Адам сказал это так спокойно, словно мы каждый месяц так выезжаем и нет ничего особенного в том, чтобы перебраться жить в Пустошь.

— Дядя, — воскликнула Диана и забралась на руки к блондину. Мальчик тоже успокоился. Он стал катать вазу о полу у ног моего мужа. Так он привлекал к себе внимание.

— Ты добрый!

— А ты милая пуговка, — Адам посадил девочку на колено и взял вазу из рук Томаса, — Какая у тебя странная машинка!

Супруг выглядел довольным и это действовало на меня успокаивающе.

— Что мне взять с собой, кроме одежды?

— Ничего не нужно, разве что пару полотенец и средства личной гигиены. Я соберу нам еды в дорогу, остальной набор получим по прибытии.

Военный поднялся с кровати и взял за руку мальчишку, приговаривая, — Ты пока собирайся, а я пойду придумаю, чем накормить наших маленьких гостей.

Эбен прав. С Адамом мне ничего не угрожает. Он всегда будет стеной от проблем и опасностей мира за границами дома. Но уехать вот так, внезапно — страшно. Мне страшно уйти за пределы, разорвав связь с этим местом. Казалось, я только нашла покой и вновь его теряю.

Я уединилась, закрылась в ванной и пустила воду, чтобы позволить себе тихонько выплакаться. Накопилось много боли, и я больше не хотела ее держать внутри себя. Я думала об Эбене и о Деметре. Интересно, они добрались до места назначения? Я думала об Адаме. Он будет воевать в Пустоши, а я каждый день молиться, чтобы супруг вернулся живым… Готова ли я к этому? Смогу ли справиться, если станет еще хуже? Я позволила себе упиться страхами и болью, чтобы потом собраться и быть сильной.

Анна пришла спустя час. К ее возвращению малыши поели, а Томас успел заснуть.

— Управилась раньше, — прошептала подруга, приобняв меня.

В гостиной Адам возился с Дианой, рассказывал ей сказку, и та постепенно засыпала на его руках. Анна не стала нарушать идиллию. Осталась со мной в коридоре.