Имбирные духи

Глава 35. Стена, ограждающая от смерти

ВАЛЕРИАН

Мы наконец покинули графство, но давящее чувство никуда не исчезло. Предчувствие опасности, словно я допустил ошибку, сжирало меня изнутри. Я списывал все это на то, что Валери так и не проснулась, но себя не обмануть. Я знал в чем дело, но не хотел признаться в своей слабости.

Пока Стефани смотрела на меня как на чудовище, я перестал быть им в ту минуту как сделал выбор. Больше всего я боялся, что это выбор навредит кому-то из них.

Я не смог ее убить. Стоило увидеть девушку недалеко от домика, где я оборвал жизнь того парня, как все встало на свои места. Его сестра вероятно не умирала. Эйр Люфьяберг ошибся. А может намеренно дал мне ту информацию, чтобы я не искал бедную девушку, чьего брата уже убил.

Я не был уверен, что это она. Не видел ее глаз или цвет волос, их было не разглядеть. А вот скорбь. Я не раз видел такую в глазах сестры.

Ханс похоронил того парня совсем недалеко, очевидно она пришла с ним проститься, в тот момент, когда я пришел убедиться, что Ханс все сделал. Я словно чувствовал, что мне нужно прийти на то место, несмотря на то что это было ни к чему. Ханс никогда плохо не выполнял работу, а в этот раз меня буквально потянуло туда.

Я мог сделать все быстро. Мог проследить за ней. Но я просто отпустил ее. Сможет ли она мне отомстить когда-нибудь? Слабая девушка, потерявшая брата, на что она будет способна? Возможно, когда-то стать моим палачом. Что ж от нее я приму расплату. Ни от дяди, ричаргерских или Эрика. От нее, пожалуй, будет честно, даже если ее брат такой же отброс, как и я.

Буду ждать тебя.

Я почувствовал на себе взгляд Стефани и повернулся к ней. Девушка тут же перевела взгляд в сторону, пожалуй, даже слишком поспешно. Натянув рукав почти до кончиков пальцев, она смотрела в огонь, словно мои мысли можно было прочесть в языках пламени.

Я не знал как сказать, что знаю, на ней нет браслета, более того, я сам от него избавился и нет смысла так старательно прятать руку, но лишь молчал.

Глупая. Придумала себе правила игры, играет в них, думает, если будет спасать мою сестру, рисковать жизнью, я признаю ее. Ересь. Во мне поднималась ярость, которую я с трудом мог сдержать при ней. Я злился не на нее, но еле останавливал себя, чтобы не накричать и не обидеть девушку. С каждым новым ее заблуждением это становилось все сложнее.

Она не понимала меня, а я не понимал откуда в ней такое желание стать полезной нам с сестрой. Я использовал тех, кто мне попадались, не кривя душой, не испытывая угрызений совести, но даже для меня это было слишком. Для того что бы я заботился о ней не нужно было становится стеной, принимающей все удары на себя.

Ради чего все это, я никак понять не мог.

Сестра Стефани уже должна была появится, прошло достаточно времени, но быть может, она сидит в седле хуже сестры. По девушке сложно было сказать, переживает ли она, о том, что ее до сих пор нет.

Я думал о том, что возможно, после вчерашнего разговора она размышляет о том, что не поздно вернуться обратно с сестрой. Это портило и без того плохое настроение. С другой стороны, разве не этого я хотел? Чтобы она забыла нас и жила в безопасности.

- Когда Валери очнется, ты можешь покинуть нас вместе со своей сестрой, - сказал и почувствовал комок в горле. Горечь словно обожгла язык. Нельзя придавать этому значение.

А потом я увидел ее взгляд и замер. Он и обвинял, и просил, и ненавидел. В нем смешалась боль и ненависть. Я отвел глаза, чтобы его не видеть.

Она молчала. Тишина затянулась.

- Ты совсем не переживаешь о своей безопасности? Я не знаю есть ли шпионы в графстве Люфьяберг. Не знаю безопасно ли там. У нас нет выбора, но у тебя он есть. Зачем собой так рисковать?

Чувствую, как к концу фразы, мой тон стал выше и жестче. Я не мог говорить об этом спокойно.

- Думаешь, я не понимаю?

В ее глазах появилась решимость, словно она сделала какой-то выбор для себя.

Она усмехнулась, но слишком горько, для той, кто остается здесь по доброй воле.

Может она боится, что ее будут преследовать после всего в графстве Ричаргерских?

- Знаешь, что самое страшное во всем этом? Я знаю, что когда-нибудь, мне придется умереть из-за тебя.

Это фраза бьет меня под дых. Если бы она воткнула внутрь меня кинжал, я бы сейчас и не почувствовал. Челюсти сжались до скрежета. Что она опять несет... В ее глазах есть грусть, но нет осуждения. Та девушка, что никогда не унывала, даже когда я заставлял ее исполнять мои поручения, та, что была весела даже при смертельной опасности, говорила такие дикие вещи с такой легкостью. Это не просто поражало, это выбивало дыхание из груди.

Она усмехнулась и посмотрела мне прямо в глаза.

- В один из дней ты не успеешь, и я умру, потому что моя жизнь в отличии от твоей ничего не значит. Этот мир, ты задолжал ему за такую силу, что есть в тебе, и ты еще многое должен будешь сделать, как и твоя сестра, как и мой брат. Но я, моя жизнь не имеет такого веса. И однажды наступит день, когда я стану ступенью к твоему величию.

- Что за бред ты несешь! - ярость вырывалась из меня как раненный зверь, внутри ей было уже не поместиться. Впервые кто-то смог мне сделать больно своими словами, кроме сестры.