Имбирные духи

Глава 37. Возвращение домой

ВАЛЕРИАНА

Мне снились Рума и Рэм. Красивые, гибкие, дикие кошки размером с медведя. Они играли меж редких горных деревьев и кустарников, тех, что смогли пробиться сквозь горную породу, просочиться тонкими стволами сквозь камни. Я сидела на кусочке скалы, удобно выпирающей и нагретой на солнце, наблюдала и смеялась. Мы были одни, вокруг не было ни души, не видно было ни птицы, ни сгрудившихся у берега рыбаков. Только мы. Словно в мире никого больше не осталось. Мне не было страшно, наоборот это чувство давало надежду что они будут со мной всегда, что их никто уже не сможет отнять. Они прыгали, хватали друг друга за хвосты, прикусывали кончики ушей. Иногда подбегали, чтобы ткнуться мордочками в мои колени, желая получить ласку. Их шерсть лоснилась на солнце, переливаясь бликами словно морская гладь. Периодически, Рэм смотрел на меня настороженно, замирая на пару секунд, словно думал, что я могу уйти без них, подглядывал из-за деревьев, проверяя, на месте ли я. Глупый, будто смогла бы их оставить. Я встала со своего места и подошла ближе к берегу. Край скалы был еще далеко, но отчего-то показался мне знакомым, словно таил в себе опасность. Он увидел это и подбежал ближе ко мне, словно перекрывая дорогу. Массивная черная рысь застелила мне все небо.

- Стой, не подходи близко к краю.

Я хотела остановить его, но он попятился назад. Лапы заскользили о край скалы, цепляясь когтями. Я не успела понять, когда он оступился, как его задние лапы оказались внизу. Я прыгнула, стараясь удержать его переднюю часть, но вес тянул камнем вниз. Я кричала, орала что есть мочи, чтобы кто-то помог, но давящая тишина лишь напоминала: "Мы здесь одни". Лапы вырвались из-под моего тела в одно мгновение оставляя дикий скрежет когтей о камни. Он отозвался звоном в ушах. Я видела его зеленые глаза, которые молили о помощи, а затем смиряясь со своей участью отдалялись от меня. Небо на мгновение потемнело, над моей головой пронеслось огромное тело. Белое пятно вслед за Рэмом неслось вниз. Рума прыгнула за ним. Я не успела даже воспользоваться силой. Почему я сразу не сделала этого. Два всплеска известили о том, что они в воде. Мгновение, я смотрела на два круга дуг скользящих по воде, которые постепенно соединялись в один. Еще одно мгновение, чтобы понять, что они не всплывают. Я побежала со всех ног вниз, хотя понимала, что едва ли осилю вытянуть их из морской стихии. Спуск казался слишком извилистым, словно удав он вился между скалами, обвивая, давя в тисках. Не разбирая дороги, я мчалась вниз, спотыкаясь о камни, застревая и цепляясь об острые шипы кустарников и колючек. Я почти не чувствовала боли, она словно огонь обжигала все тело, сливаясь и превращаясь в жар внутри меня. Очутившись на берегу, я увидела лишь ровное гладкое море, как в самый спокойный день.

Затем увидела его.

Эрик.

Он стоял у самого края воды. Темные волосы прядками спадали на виски, не было щетины, которую я видела у него в последний раз. Такой же как раньше, такой же, как всегда. Только глаза отстраненные, невидящие меня. Когда он наконец посмотрел мне в глаза, его лицо не дрогнуло, не появилось улыбки, только взгляд пристально, давяще изучал меня.

Я хотела спросить про рысей, но он лишь покачал головой.

- Ты никого не смогла спасти. Зачем навредила? Почему дала ему умереть, он ведь так тебя любил.

Я с ужасом перевела взгляд на воду и кинулась в гладкое как стекло море. Резко он схватил меня за руку, не давая идти дальше.

- Пусти, - закричала я.

- Уже слишком поздно. Он давно мертв.

Я постепенно начала понимать, что он говорит не о рысях. Он говорит о смерти отца.

- Отпусти меня! - заорала я и резко дернула руку.

Я кинулась в воду, ныряя и ныряя вновь и вновь, но ничего не было видно. Они исчезли, словно никогда и не существовали. Растворились в морской пучине, стали призраками лишь в моих воспоминаниях. Он же лишь стоял на берегу и осуждающе смотрел, словно повторяя вновь и вновь: "Ты никого не смогла спасти. Лишь позволила умереть"

Затем, я наконец открыла глаза.

Я проснулась с чувством горечи, оно жгло горло. Глаза горели, словно в них влили кислоту.

- Она очнулась! - где-то над ухом зазвучал громкий голос, оповещая что я не одна. - О, Боги, наконец-то! Как себя чувствуешь?

- Валери, - я узнала встревоженный голос брата. Зрение постепенно прояснялось. Я больше не видела рысей, не видела серьезное лицо Эрика. Они растворились в моем сне, но все равно напоминая, что реальность ничем не отличается от моего сна. Я проснулась в своем собственном кошмаре, от него нельзя избавиться, открыв глаза. Я в нем живу.

- Прости меня, прости, - я увидела Стефани, девушка тараторила слишком быстро, и я едва различала то, о чем она говорит. - Я правда и представить не могла что так все обернется.

Я молчала. Не понимала, о чем она, кажется, мозг просто отказывался даже пытаться понять.

Брат коснулся моей руки и кажется хотел обнять, однако Стефани кинулась ко мне, чуть не плача, и брат лишь ухмыльнулся, пожав плечами. Спустя пару минут ее рыданий, брат все же оттянул ее от меня.

- Как ты смог нас вернуть? - я повернулась с вопросом к брату.

Он мгновение молчал, словно думал, как лучше б этом сказать.

- Он вас отдал. Я устроил представление, а он подыграл.