Имею топор - готов путешествовать (книга 1)

Глава девятая

За клинок хвататься не пришлось – я вовремя учуял запах чесночного соуса. Он, да величина тени подсказали – явился мой сводный брат Шатци, любитель мериться размерами мечей и свершенными подвигами, гордость клана Мегарон, то бишь моего клана... Оболтус, габаритами чуть больше платяного шкафа, всегда слегка раздутый от самодовольства… Когда-то я занимался его воспитанием. Теперь при каждой встрече он пытался воспитать меня, на свой, варварский способ.

По древнему обычаю Джарси он был одет в безрукавку из шкуры барса (в полумраке выделялись светлые пятнышки) и меховые штаны до колен. Вместо топора он пользовался двуручником, который таскал за спиной, обернув широкими кусками кожи, благо варварам Джарси дозволялось в Хараште носить не опечатанное оружие в открытую. Замечу, что двуручный меч – крайне несподручная и громоздкая штука, однако в лапах Шатци меч казался тростинкой. Я видел, как умело мой брат обращался с мечом, срывал с плеча, единым движением, как конфетную бумажку, сбрасывал кожаную оплетку, и – превращался в смертельный, сокрушающий стальной вихрь.

Я так не умел. Двуручник мне не особенно давался. Поэтому я завидовал Шатци.

Лучший из моего клана, надо же…

Самый лучший.

- А я все думаю, кто тут сидит, хе-хе-хе!

- А я все думаю, кто тут звенит стальными бубенцами, - в тон ответил я.

Хохотнув, братец шлепнулся на край лавки Олника. Результат превзошел все ожидания – мой напарник взлетел к потолку, затем сполз прямо в объятия Шатци, который не преминул потрепать его по голове.

- Ну ты глянь, как живой! Фатик, тебе еще не надоело таскать повсюду марионетку? Ха-ха, закопайте меня под могильным камнем девственницы!

Еще этот идиотский его юмор…

- Прекрати, Шатци.

- Ха-ха, хе, хо! А то что?

- Я тебя накажу.

Он загрохотал, как весенняя гроза – смеялся. Раньше он был робок, страшился меня, теперь, оперившись, став лучшим в клане – перестал и как бы мстил за ранние годы, когда я пытался вбить в его голову разные премудрости, вбить… иногда в прямом смысле*.

Отплевываясь, Олник вырвался и перебежал на мою сторону.

- Эркешш… Дларма тогхирр**!

Шатци вновь разразился хохотом, от которого на столе задребезжала посуда. Я промолчал, скрипя зубами, хотя Олник и тыкал меня локтем в бок.

- Да-а, все по-старому, - заключил брат, отсмеявшись. – Киснешь в городе, торгуешь чем попало, в кармане ветер свищет. Чем занят сейчас? Ты, случайно, не докатился уже до сбора подаяний? Гритт! Я гляжу, видок-то у тебя задрипанский, хе-хе, хе, хо!

Проклятие, он видел в темноте как кошка. Я промолчал. В другой раз я, может, не сдержался бы и огрел его лавкой по башке (просто дружеское приветствие варваров, ничего личного), но сейчас затевать драку было, все же, не с руки. Нужно терпеливо пересидеть его словоизвержения, и все. Тем более компания Шатци собиралась уходить.

Он еще раз окинул меня взглядом, блеснув квадратной челюстью.

- Да, знатно ты прибарахлился!

- Пожалуйста, не рассказывай никому, что нас здесь видел.

Он снова рассмеялся, добавив громогласно:

- Как скажешь, Фатик!

- Мы здесь не просто так. У нас дело, а вид наш – не более чем хитрая маскировка.

- Вот, манкировка! – важно подтвердил Олник. – Мы полностью заманкировались, ясно?

Шатци кивнул с преувеличенной важностью.

- Ага, ага. Я слышал, у тебя небольшие проблемы с кредиторами, Фатик?

Он знал, как меня поддеть, сукин сын!

- Все уже решено.

- Вот оно что! То-то рожа кислая, будто в помоях купался! А у меня все отлично. Получил новый заказ – отвести кучку каких-то хмырей… Угадай - куда?

- Неужели в ад?

- Ха-ха! В Дольмир. К самому Облачному Храму, к Оракулу! Прикинь, а? Далеко, конечно, две тыщи миль с гаком, ведь пираты закрыли морские пути, так что из Харашты не отплыть. Сперва будем добираться посуху через Фрайтор, Арконию и Мантиохию до самого Ридондо. Трюх-трюх на лошаденках! – Он снова хохотнул. – Но зато оплата – пальчики оближешь! Я уже и отряд сколотил… - Он сделал паузу, такую фальшивую, что в любом театре его бы закидали помидорами. – Я вот подумал… Не хочешь присоединиться? Ну, будешь замещать командира… Не кашу там варить, Гритт упаси! К слову: у меня в отряде есть горячая девчонка, Талин, м-м-м, она любит зрелых мужчин и пока одинока…

Еще одна рваная пауза, достойная тухлых яиц и гнилых помидоров. И ведь знает, что в Дольмир я отправлюсь, только когда к моему затылку приставят заряженный арбалет.

Однако, я оказался прав насчет ада. Давнее воспоминание больно кольнуло. Дольмир… Храм… Оракул… Смерть…

- Считаешь, дело чистое, а? Все идут добровольно?

- Еще бы! Все обговорено, - он покачал над столом громадным кулаком. - Они у меня зде-есь! Задумают купить рабынь – бошки им проломлю, это я сразу сказал. Не-е, там подвоха нет.

А ведь у него получится, я уверен. Он был патологически удачлив, удачлив вопреки, удачлив там, где целая сотня фатиков расшибла бы себе лбы. Это выводило меня из себя больше всего.

- Спасибо, Шатци, я завязал с походами навсегда.

Он, хмыкнув, словно и не ждал другого ответа, обдал нас запахом чеснока и осторожно встал.

- Выхожу сегодня вечерком. На обратном пути заеду к дедуле. Что ему передать?

- Скажи, я пришлю ему с оказией шерстяные носки.

- Хе-хе, хе, хо! – он вдруг резко оборвал смех, в темноте сверкнул направленный на меня серьезный взгляд. – А ведь когда-то ты был лучшим в клане. А потом предал его. Предал своего учителя… Скажи мне, Фатик, ты думал, что чувствовал при этом дедушка?

- Заткнись и вали, Шатци.

Мой сводный брат нагнулся ко мне (мне почудилось, что его поясница скрипнула, как ствол огромного дуба), сказал:

- Из милосердия, я промолчу о тебе в клане.

- Заткнись – и вали.