Императорская Длань. Зайчик, укротивший молнию

Глава 12. Ставки и страхи

Иван демонстративно отодвинул выигрыш в центр, приковывая к нему внимание присутствующих. Азартный игрок попался в ловушку. Глазки доктора забегали, загорелись — большая ставка, больше аккуратных боязливых шажков до этого. Широкий жест подстёгивал и остальных вступить в игру по-крупному, честолюбие давило, каждому хотелось рискнуть, выделиться, сорвать куш и пусть на каких-то несколько минут, но снискать себе славу дерзкого и бесстрашного игрока, а главное, не жадного и при этом очень удачливого.

Будто сам воздух в комнате изменился, наэлектризовался. Или то волнение, уже почти привычно покалывающее на кончиках пальцев, готовилось сорваться с рук маленькими молниями? Возможно, всё вместе, ведь Иван заметил, как напряглись все. И пусть лица скрыты масками, позы, взгляды и вздохи говорили без слов. Если дамы и готовы были поступиться игорным величием, то мужчины не желали вот так запросто пасовать перед новичком. В глазах отражались битвы между жадностью и гордыней. Наконец, дрогнул первый оппонент, поднимая ставку. За ним и доктор.

— Ах, чёрт с вами, давайте последний! — выпитое вино разожгло жажду тщеславия и лекарь включился в игру, последний раз взглянув на часы.

«Уверен? — для голоса разума было поздновато, однако Андрей уточнил с едва заметным беспокойством. — Сейчас всё отыгранное и проиграешь».

«Не проиграю», — Иван не сомневался, стоило решиться на такую картинную ставку, как мысль что делать дальше появилась сама собой. Пусть выигрыш не потребовал от него никаких усилий, он уже успел к нему прикипеть и не был готов с ним расставаться.

«Да-да, все картёжники так говорят, быстро же ты втянулся».

«Может, все и говорят, но не все они — Ланские», — и снова в душе взыграла гордость за свою фамилию и принадлежность к семье.

«Ты это к чему?» — уточнил Андрей, пока Иван не сводил взгляд с колоды, тщательно тасуемой банкомётом.

«Как ты говорил? Наши уловки нужны не только для того, чтобы пускать солнечных зайчиков, — Ланский усмехнулся, — хотя фокус будет, признаю. Да, крыса — не благородное животное, но какое есть. Спасибо, что сказал мне это».

Он ожидал ворчания, осуждения, уговоров не делать задуманного. Но не случилось ни первого, ни второго, ни третьего. Громов искренне и громко рассмеялся.

Банкомёт закончил перемешивать карты, объявил начало нового круга и принялся быстро раскладывать колоду по обе стороны от себя. Задача Ивана была обманчиво простой: всего-то, в случае проигрыша, заставить свидетелей поверить, что то легла не его карта, а какая-то другая, а потом «положить» свою на сторону победителя.

Но в этой простоте и крылась ловушка. Запомнить уже выложенные карты — даже не половина дела и не треть, в этом Ланский был уверен, с его-то взглядом и памятью. Тут и с магией в дело вступала удача, ведь если его крестовая восьмёрка слишком рано ляжет направо, то у него и выбор карт, на какую заменить её, слишком большой. Здесь ещё надо держать в голове, что если совершить подмену, допустим, на крестовую шестёрку, то, когда эта самая шестёрка будет выложена, её нужно будет также срочно подменить на восьмёрку, а если и она проигрышная? Впопыхах делать ещё одну подмену с учётом уже выложенного и так до тех пор, пока не окажется в выигрыше нужная сторона. Может как сразу повезти, так и уйти уйма сил на этот трюк, а то и вовсе выжать неопытного мага досуха.

И это при том, что Иван держит на себе иллюзию и уже трижды колдовал за сегодня. На счастье, колода малая, всего 36 карт, будь классического французского образца — было бы тяжелее, игра бы шла куда дольше. Хотя так открылось бы больше возможностей для замены. Не просто так от внезапной прихоти Иван страдал с отцовским плащом и подкладками. Пусть он и был сведущ в иллюзиях, но смелости или наглости ему пока не хватало действовать без подстраховки, лучше когда изменяемый предмет имеет хоть какие-то сходства с желаемым. Оттого и карту масти крестей лучше «делать» из такой же крестовой или пиковой. Колдовать на каком-нибудь бубновом короле Ланский стал бы в последнюю очередь, просто из осторожности, вдруг не повезёт?

Тем не менее, сейчас он был уверен в своих силах, опьянённый успехом и прошлого круга, и своей уловки, сильнее чем от пары глотков уже позабытого вина. В глубине души, Иван даже хотел бы проиграть, как ни странно, просто чтобы попробовать свои силы.

Нет, не попробовать, а доказать Андрею, что он хорош в том, для чего и был рождён. Что Громов мог наблюдать за эти несколько дней много неприглядных моментов, видеть его слабости, чувствовать сомнения и страхи. Но сегодняшний бал должен был стать особенным, таким же важным, как утренняя дуэль, где он победил благодаря не своим силам. Даже ещё важнее. Кто будет хвалится шулерством? Никому не расскажешь об обмане. Но Андрей был вынужден стать свидетелем всего произошедшего. Так пусть он запечатлеет в памяти пусть маленький, но триумф его фамилии.

Можно ли сказать, что удача отвернулась от того, кто не желает выиграть? Как бы там ни было, Иван на подходе заметил, как нужная восьмёрка молниеносно опускается направо, что в любой другой момент означало бы проигрыш и прощание с выигранным кушем, который стал за эти десять минут ему родным. Но он не горевал, вовсе нет, юноша усмехнулся и столь же быстро одними губами прошептал заветное заклятие, превращая крестовую восьмёрку в пиковую. Он не издал ни звука, а если бы и был неосторожен, то гомон из соседней комнаты и комментарии партнёров по игре скрыли б эту оплошность. Замутнённое сознание других картёжников также играло на руку.

Ланский принялся про себя считать уже отложенные банкомётом карты. Шёл третий десяток, а пиковая восьмёрка не желала показываться. Уверенность дала трещину, но он продолжал за неё цепляться, ведь ничего иного больше не оставалось. Только вера в свои силы и надежда на успех. Эти чувства таяли с каждой секундой. Осталось всего шесть карт. В голове проскочила предательская мысль, едва ли не выбивающая почву из-под ног: что если он просчитался и от волнения что-то не заметил или перепутал? Глаза забегали по столу, впиваясь в неаккуратные промётанные стопки. Большая часть карт была перекрыта соседками по колоде и перепроверить себя за доли секунд не удавалось.