Императорская Длань. Зайчик, укротивший молнию

Глава 14. Неожиданная встреча

Банкомёт задорно раскидывал карты, заходя уже на который круг. Весёлая игра во дворе закончилась, игроки разбрелись кто куда и Иван отправился снова испытать удачу в картах. Пара раундов прошла спокойно, его мысли были вовсе не о победах и поражениях, а об услышанном и узнанном. Несведущему зрителю могло бы показаться, что он просто витает в облаках. На деле же он связывал воедино все разрозненные ниточки информации, полученные на балу, припоминал каждое слово, взгляд и жест, какие только смог уловить.

Любительница сапфиров из рода Кологривовых, могла ли то быть таинственная «Клеопатра»? В глубине души, Иван был уверен, что это она и есть. Та самая любимая тётушка Демьяна. Он не знал близко многих представителей Длани и общался в основном только с молодыми людьми, посещающими академию. Слышал почти обо всех видных персонах, конечно, с некоторыми был лично знаком, ещё больших — помнил в лицо. Но всё же иные семьи были столь велики, что знать каждого не представлялось попросту возможным. И, как назло, Балиевы и Кологривовы как раз являлись самыми крупными по численности родами. Была ли среди них властная поклонница синевы? Стоило уточнить у родителей, они явно знали куда больше.

А Балиев со странными припадками, которого так легко сдал другой, теперь не менее необычный, Балиев? Мог ли он быть участником заговора? Иван помнил, с какой неожиданной резкостью тот треснул табакеркой по столу, как был несвойственно груб. С другой стороны, знать он его не знает и длилось это все с минуту. Может он, как Громов, вспыхивает и отходит, когда погасает искра? Впрочем, вспоминая, как он чурался огня, «вспыхивает» — не совсем то слово, что подошло бы незнакомому господину.

Третий же человек оставался пока неизведанным темным пятном. Тоже кто-то из Длани или таинственный слуга более высокого ранга чем пьяница-доктор, или чиновник, решивший вмешаться в игры высоких родов — Иван мог только гадать о личности незнакомца.

Однако его размышления прервал неожиданный визит. Дверь в игорную комнату открылась и рыжим пятном в комнату проскочила знакомая Лиса Патрикеевна. Девушка, совершенно не стесняясь, присоединилась к игре, занимая место прямо рядом с Иваном, ведь теперь они «добрые знакомые, может даже приятели и почти что друзья». Он насторожился, но против не был. Кологривова, видно прочитав его недавние мысли о дикости их рода, явно была настроена на какую-то свою игру и Ланский не желал ей поддаваться. Да и вежливость никто не отменял, как можно прогнать даму в такой момент? Он бы перестал себя уважать после этого. Спокойно и доброжелательно он поприветствовал нового игрока и пожелал ей удачи.

Лиса если и замыслила что-то против Ивана, то не подавала виду. Может следила, может подозревала, а может он надумал себе лишнего и девушка была просто рада видеть знакомое лицо, пусть вместо лица сейчас на нём была маска. Эмоциональная девушка лихо влилась в партию. Она ярко реагировала на победы и поражения, то хлопала в ладоши, то злилась, топая сапожком, то едва сдерживалась, чтоб не озвучить проклятия карте, лёгшей не на ту сторону.

Постепенно и Иван расслабился, перестал видеть в Кологривовой угрозу и подозревать её в злом умысле. Даме просто захотелось развеяться. Ничего удивительного. В общем-то, он и сам разделял это желание.

Ланский играл аккуратно, ставил пусть и на руте, но понемногу, где-то проигрывал, где-то отыгрывался, где-то мухлевал, прибегая к силам своего рода. После услышанного это не приносило былого азарта и удовлетворения, а просто было. Не хотелось слишком часто проигрывать, нужно принести хоть какой-то улов домой, вот и всё. В конце концов, он уже взрослый совершеннолетний мужчина и пора брать ответственность за благосостояние семьи в свои руки. Раз пришёл на такое мероприятие, то вынесет с него не только слова, которые, в карман не положишь.

Глаза от таких манипуляций порядком замылились, опаловая пыль мерцающей поволокой застилала взгляд и, с каждым разом, плёнка все сильнее закрывала обзор, размывала происходящее, отвлекала своими переливами.

В этот раз прибегать к хитростям было не нужно — ставшая уже родной крестовая восьмёрка легла на левую сторону. Иван улыбнулся. Всё-таки это в каком-то смысле успокаивало. Приносило веру в свой успех. Смог совладать с удачей — совладает с недоброжелателями. Расскажет всё завтра новым друзьям, они вместе придумают план... Разве что надо заранее продумать, как успокоить Виктора, в случае чего. Наверняка ведь взорвётся от подслушанных речей, это же Громов.

«Может попросить Надежду Леоновну заколдовать его так, чтобы не сумел убежать и наломать дров?» — вопрос не требовал ответа, просто мысль в пустоту, но ответ Иван услышал.

«А тебе только повод дай, чтобы к ней сходить, да?» — Андрей отозвался снисходительно, не осуждающе, смешливо.

Возможно, отсутствие Шварц в той злосчастной комнате его слегка смягчило. И пусть третьего мужчину Иван не видел, но не признал в нем ни своего «преследователя», ни услышал в словах подозрительное шипение, да и тень его была не чернее, чем у остальных. Ни единого повода для подозрений. Даже акцента не достаточно, всё же половина знати с ним говорит.

«Я не поэтому», — Ланский было начал смущённо оправдываться, как его снова отвлекла открывшаяся дверь.

Он думал, вряд ли что-то сможет его удивить сегодня, уж слишком насыщенный вышел вечер на потрясения. Что ещё может выбить из колеи? Но брови все равно поползли вверх под переливчатой маской. В комнату, опираясь на изящного вида трость, вошёл «пират». Тот самый, игравший на «камушки», едва только Иван оказался на балу. Его встретили с необходимым радушием, ни больше, ни меньше, ни излишнего восторга, ни намёка на грубость. Он кивал, прикладывал руку к груди, склоняясь в полупоклоне, но пока не произносил ни слова. Впрочем, картёжников это не заботило, ведь стоило незнакомцу дойти до стола, прихрамывая по пути, мужчина поставил на бубнового короля внушительную сумму. А это было главнее всего остального.