Императорская Длань. Зайчик, укротивший молнию

Глава 19. Бретёр

Хмурое небо совсем не радовало солнцем, заставляя вспомнить, что лето кончилось и скоро начнётся пора дождей. Иван взглянул на серые облака и с тоской представил, как опадёт листва, отставляя деревья и кусты с одними лишь голыми чёрными ветками, посереет даже воздух, а воды станет так много, что дороги станут невыносимыми. Пока ещё было время насладиться приятными днями, но первые звоночки самого угрюмого сезона уже начались. Ланские особенно сильно любили свет, куда больше, чем другие люди, потому и яркие солнечные времена года ценили гораздо сильнее. Иван не был исключением.

Прошёл день с момента его незапланированного визита к Громовым. Неосторожные слова о свободном выходном Виктор воспринял слишком серьёзно — и вот, они прибыли на дуэль. А вместе с воинами явилась и Надежда Леоновна, которую любезно пригласил ближайший сосед.

Дуэлянты собрались где-то рядом с имениями Громовых и Шварц, в убранном чистом и кажущимся почти бескрайним поле — с одной стороны к нему всё же подобрался знакомый болотистый лес. В оживлённой части города драться нет ни возможности, ни смысла, как и во дворе чьего-то из имений. А здесь достаточно далеко от центра и если и появятся какие-то свидетели, то лишь из чистой случайности. Да и вряд ли кому-то надо ехать в такую даль.

Они не виделись не долго, и двух дней не прошло, но Иван не смог скрыть радость от встречи. Впрочем, он и не пытался. Само присутствие Шварц рядом мигом приукрашивало этот унылый день, делая его хорошим и приятным, грело сильнее редких лучей исчезающего солнца. Тем более, что ей так идёт серость и полумрак, а это значит, что он переживёт любую непогоду. Сегодня Надежда снова была с зонтиком, только чёрным и плотным. Видно, не сомневалась, что будет дождь.

— Добрый день, Надежда Леоновна, Виктор, — широко улыбаясь, Иван поприветствовал и её, и своего будущего соперника.

— Давно не виделись, Иван Анатольевич, — Шварц улыбнулась в ответ и эта улыбка быстро переросла из лёгкой и вежливой в коварную, предвкушающую. — Слышала, у вас были насыщенные дни, столько всего интересного.

— Добрый, — Виктор коротко кивнул. В отличие от друзей он не улыбался, был хмур, суров и сосредоточен, что даже удивило Ивана на мгновение. Опечален чем-то или, может, видит в нем достойного соперника?

— Да, я всё думал, как расскажу вам про бал, а вчера случилось... Ну, вы наверное и так знаете, да? — Иван был уверен, что знает, если не рассказала мать, в чём он сильно сомневался, то Громов рассказал точно. Он перевёл взгляд на Виктора: — как себя чувствует хранитель?

— Лучше. Гораздо. Даже хворь старая сходить начала. Подсобил Шиповник, молодец, — Громов даже чуть расслабился, говоря хорошую новость.

А вот Надежда Леоновна недоумевала. Очевидно, Виктор не рассказал про его наблюдение и, на самом деле, Ланский был этому рад. Ему бы очень хотелось самому всё поведать.

— Шиповник? Полагаю, речь не о простом кусте? Что за тайны у вас появились? — на секунду Ивану показалось, что в её голосе мелькнули нотки ревности, но он быстро отмахнулся от такого предположения.

«Просто показалось».

— Никаких тайн, Надя. Но мы ж драться сюда пришли, а не языками молоть. Вот пусть бретёр твой всё и расскажет, — он хмыкнул. В один миг вся хмурость и серьёзность сменилась бравадой и самодовольством. Громов взял паузу и после добавил с кривой ухмылкой: — когда на раны ему будешь дуть.

От нахальных слов Виктора, Иван потерял дар речи. Одновременно и стыдно, и глупо, и приводило в полное недоумение, и смущало так, что он пожелал провалиться сквозь землю, а перед этим тысячу раз извиниться перед Надей... Он помнил, как Шварц помогала ему с ранением и это был, не смотря ни на что, приятный личный момент, но старосту за такие предположения захотелось по итогу хорошенько встряхнуть. Ланский насупился. В груди уже привычно закололо рвущимися наружу искрами.

— Позаботься о том, чтоб тебе на раны подули, а они будут, не сомневайся, — не сдерживаясь, прошипел Иван.

Громов снова его взбесил, ничего нового.

Андрей смеялся. Громко, от души, и Иван совершенно не понимал, на чьей он стороне. Догадывался, что далёкий потомок его позабавил. Всё же громовская суть, одна порода. Иногда они казались Ланскому настолько похожими, что чуть ли не одинаковыми.

Виктор же на угрозу ответил смешливым фырканьем:

— Жду не дождусь.

— Он дурной, Надежда Леоновна, не слушайте его, — видя, что и Шварц не осталась равнодушной к таким шуточкам, Иван выдохнул и быстро попытался её успокоить.

Впрочем, колдунья хорошо владела лицом и лишь брови подняла на подобную бесцеремонность.

— Друг мой иногда заговаривается, — она вздохнула с напускной усталостью и плавно придвинулась к Ланскому. — Но в одном он прав: вы всё мне расскажете.

— Расскажу, конечно, не переживайте об этом, — Иван решительно кивнул.

— Чудно.

— Будет тебе повод дождаться, — Виктор остался доволен своей выходкой.

Словно вторя его смеху, небо загремело. Впервые за последние несколько недель собирался дождь — не иначе как почувствовал близость битвы. И без того серо-синее небо стало ещё темнее — за секунду над головами сгустились плотные облака. Виктор смотрел на это с радостной улыбкой, да и из-за Андрея чувствовалось подступающее бурлящее предвкушение.