Императорская Длань. Зайчик, укротивший молнию

Глава 26. Праздник

Мелодичные звуки скрипок разносились по всему имению Громовых, начиная с раскидистого сада с мощёными дорожками, заканчивая самыми далёкими и высокими уголками поражающего своими масштабами здания. Музыканты играли без устали, стараясь усладить слух многочисленных высоких гостей, прибывших на долгожданное и вместе с тем неожиданное празднование дня рождения наследника одной из самых важных семей в империи.

Неожиданность же заключалась в том, что праздник род Громовых решил провести совместно с родом Ланских — вот уж необычное событие, успевшее породить множество шума, сплетен и обсуждений, что активно бурлили с момента рассылки приглашений и по сей день. Семьи никогда не дружили тесно, не подавали подобных знаков, да и вообще между ними огромная пропасть. Так что же толкнуло их на этот шаг? Какое послание первый род желает передать всему аристократическому свету? Что успели сделать Ланские незаметно для всех, чтобы заручиться его поддержкой?

Пусть формально все пришли поздравлять Виктора и Ивана, истинный интерес знати был не столько в самом празднике, столько в том, кто за ним стоит и какие причины к нему привели. И, конечно, все желали оценить размах, чтобы потом в салонах обсуждать самые яркие моменты и смаковать самые громкие промахи.

Гостей собралось много. Ивану было сложно оценить, больше ли или меньше, чем на балиевском маскараде. Однако уже этот факт говорил о многом. Цифры были сопоставимы. Он не подписывал и не рассылал лично приглашения, так что не мог знать всех присутствующих и едва ли припоминал каждого в лицо. Такие праздники справляли не в тесном семейном кругу, а вот с собой приглашённые нередко захватывали чуть ли не половину своей родни для новых знакомств и укрепления старых связей и союзов.

В чём Ланский точно мог быть уверен, так это в утончённом изяществе устраиваемого торжества. И здесь он с уверенностью мог сказать, что это событие по красоте явно затмевало тайный бал. Оно не было вычурным и кричащим, зато демонстрировало уверенное и степенное достоинство. Хозяева не стремились поразить многочисленных гостей пестрящим богатством, им это было не нужно, все и так прекрасно понимали их власть и статус.

И Иван был горд приложить руку к этой красоте. А то, что Ланские её приложили, было заметно невооружённым взглядом. Достаточно было вспомнить, какие обычно были приёмы и вечера у Громовых и сравнить с тем, что вышел у непредсказуемого семейного союза. Лучшие вина, изысканные угощения, потрясающие музыканты, захватывающие дух украшения — его род кропотливо поработал над каждым аспектом дня рождения, а Громовы, к их чести, не поскупились на средства и принимали все предложения практически без вопросов.

Гости, разумеется, тоже понимали разницу между этим торжеством и ярким маскарадом. Иван был уверен, что как минимум половина присутствующих была и там, и там, однако ж в этот раз не было пёстрых нарядов, поражающих воображение своей выдумкой, не было дорогих и не подходящих по сезону мехов, не было слепящих сиянием бриллиантов и тяжеленных золотых браслетов. Лишь стать, элегантность и достоинство. Семьи Длани, чиновники, даже тайные служащие, которых Иван украдкой пропустил на день рождения — все подхватили и соблюли нужное правильное настроение. Почти.

Предсказуемо выделялись Балиевы. Их семья прибывала постепенно, разбившись на несколько группок из-за своей численности. Многие честно старались пригасить привычное великолепие, кто-то легко сливался с толпой, особенно учитывая, что большинство надели перчатки. Оксана, ведомая коварством Надежды Леоновны, не старалась. А точнее старалась в совершенно другом направлении. Шутка ли, но и её родители не отбросили обычную вычурность, бьющую по глазам небывалой роскошью. Супружеская чета с дочерью тут же вызвали осторожные шепотки и пересуды.

Оксана же сияла во всех смыслах и это сияние переплюнуло её обычный облик едва ли не троекратно. На ней была и золотая парча, расшитая алыми и розовыми цветами с листьями из серебряной нити, и жемчуга, и перья, и меховой отрез. Что говорить об украшениях? Девушка не скромничала и в обычные дни, а уж сегодня надела больше десятка колец и браслетов.

Шиповник прибыл с ними, но держался чуть поодаль и старшие родственники не спешили эту ситуацию исправлять. Он снова выбрал скромный облик, не лишенный строгого достоинства. И изредка бросал на родных короткие укоризненные взгляды. Сам Дмитрий был так умерен в своём наряде, что его замечали в последнюю очередь и тихо, но живо интересовались, что за юноша прибыл вместе с Балиевыми и чей он будет.

Все внимание Ивана было приковано к ним и прибывающим Кологривовым. В том, что заговорщики праздник не пропустят, Ланский не сомневался, но вот вычислить их среди толпы гостей было той ещё задачкой. Было бы проще, если бы руки были открыты, но многие комплекты предполагали ношение перчаток, так что по метке Балиева было не опознать. Впрочем, оставался ещё страх огня и его сообщница — тётушка Демьяна с интересной для её рода любовью к синим драгоценным камням.

Как удобно, что виновникам торжества предписано принимать многочисленные подарки и поздравления, даже если с этими гостями они встречаются первый раз в жизни. Так легко охватить всех и осмотреть не вызывая подозрений. Иван улыбнулся этой мысли и бросил короткий взгляд на стоящего рядом невозмутимого Виктора.

Будто жердь проглотивший, Громов стоял идеально ровно, осматривая всех присутствующих ясным взглядом голубых глаз. Ему недоставало утончённой манерности, но от наследника такой семьи, впрочем, её и не ждали. Виктор брал спокойной уверенностью: благодарил гостей за визит и внимание, искренне надеясь, что праздник придётся им по душе, ведь все старались на совесть. От необходимости обронить пару-тройку фраз в бессмысленном светском разговоре, который с Громовым тут же начинал становиться несколько неловким, юноша пытался посетителей избавить.