Императорская принцесса. Начало.

Глава седьмая

Тишина в покоях королевы была густой и тяжёлой, как предгрозовое небо. Лишь потрескивание поленьев в камине нарушало её, давая призрачное ощущение жизни. Мег стояла у окна, спиной к Демиду, но каждую линию её напряжённой спины он читал как открытую книгу.

— Дорогой, — её голос, обычно такой уверенный и властный, теперь дрожал, срываясь на высоких нотах. — Откуда у нашей дочери магия? Что не так с нашей девочкой?!

Она резко развернулась к нему. Голубые глаза, обычно сиявшие холодной уверенностью, были полны влажного блеска непролитых слез. Она сжала кулаки так, что костяшки побелели.

— Мег... — его собственный голос прозвучал чужим, прокуренным шёпотом. Он сделал глубокий, прерывистый вдох, его пальцы впились в резной дубовый подлокотник кресла. — Я... я должен тебе сказать. То, что должен был сказать давно. — Еще один вдох, будто перед прыжком в ледяную воду. — Я не просто беглый аристократ или путник. Я... прямой наследник Империи Равновесия. Сын убитого Императора.

В комнате воцарилась оглушительная тишина. Мег замерла, словно превратившись в статую. Её глаза расширились, и в них читался шок, сметающий все остальные чувства.

— Ч-что?.. — её шёпот был едва слышен. — Империя?.. Это... как вообще возможно?! — Шёпот сорвался на пронзительный крик. — Ты скрывал это от меня? Все эти ГОДЫ?! — Её лицо исказила гримаса чистейшей боли и гнева. — ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ТЫ ЛГАЛ МНЕ, ДЕМИД?!

В разгар её гнева Демид не стал оправдываться. Он посмотрел на неё прямо, его голос, полный отчаяния, перекрыл крик.

— Да, я лгал. Я лгал, потому что боялся. Но скажи мне, Мег, — его голос дрогнул, — разве за все эти годы все между нами было ложью? Разве наша общая тревога за Рика, когда он болел, была фальшивой? Разве наша гордость за его первые успехи была игрой?

Его слова повисли в воздухе, острые и неотразимые. Истеричный крик застрял у Мег в горле. Поток ярости на миг захлебнулся, отхлынув перед нахлынувшими воспоминаниями.

— Мег, прости! — голос Демида вернул её в настоящее. — Я бежал от короны, от долга, от этой крови! Она несёт не только силу, но и смертельную опасность для всех, кто к ней прикоснётся! Я думал, что смогу быть просто... человеком. С тобой. С нашими детьми. Я боялся, что это знание принесёт беду в наш дом! И... — Его голос сорвался. — ...о Боги, как же я был прав! Посмотри! Это моя кровь горит в ней! Её Императорская кровь пробудилась! И теперь за ней начнется охота!

— Охота?.. — Мег повторила слово, будто не понимая его смысла. — Кто? Кто посмеет?!

— Те, кто убил моего отца! — отрезал Демид. — Те, кто истребляет наш род! В Империи идёт Великая Охота, и Агата... она теперь законная претендентка на трон по праву крови и пробудившейся мощи. Для врагов она — угроза. Для сторонников — пешка. И те, и другие будут пытаться её заполучить.

— Никто не посмеет тронуть мою дочь! — в глазах Мег вспыхнула дикая ярость матери. — Я королева Севера! Я сожгу дотла любого, кто посмеет!

— Мы сможем защитить дворец, удвоим стражу... Но Мег... — Он с мукой отвёл взгляд. — Рик... Наш Рик.

— Рик? — Мег опешила. — Что с Риком? Он здоров, он силён...

Демид резко поднял голову, его глаза, обычно такие холодные и расчётливые, теперь горели лихорадочным блеском. Он шагнул к Мег, схватил ее за плечи, заставляя смотреть на него.

— Мег, послушай меня. Мы не можем рисковать его жизнью. Он обычный мальчик. Единственная и самая явная уязвимость Агаты. Если они узнают, что Рик — её брат, они используют его против Агаты. Ты понимаешь это? Через него её сломают. Или убьют его на её глазах. — Голос Демида опустился до сдавленного шёпота. — Его... его нужно увезти. Немедленно. Спрятать. Это... единственный шанс спасти их обоих.

— НЕТ!!! — Её крик разорвал тишину. — НЕ-Е-ЕТ! Это безумие! Отправить его одного, в никуда?! Должен быть другой выход!

Мег покачала головой, её слезы капали на каменный пол, оставляя тёмные пятна.

— Я не могу... — Она сжала кулаки, ногти впились в ладони. — Как я смогу жить, зная, что он один?

— Мы не можем рисковать его жизнью, — сказал Демид, и в его голосе впервые прозвучала непоколебимая твёрдость монарха, принимающего тяжелейшие решение. — Он должен быть в безопасности. Сейчас. Пока враг не выследил нас.

— Но как я смогу жить, зная, что он далеко? — её голос стал слабым, глаза полными слез.

— Мы сделаем всё, чтобы вернуть его, — ответил Демид, сжимая её руку. — Но сейчас это единственный способ защитить его. Единственный.

— Я не знаю, смогу ли я с этим жить...

— Ты справишься, — его голос смягчился. — Потому что ты сильная. Потому что ты — его мать. И ты сделаешь всё, чтобы он выжил.

Мег закрыла лицо руками, и её тело содрогнулось от беззвучных рыданий. После долгой паузы она кивнула, сжав его руку в ответ.

— Мы вернём его, — прошептала она, вглядываясь в его глаза, ища последнюю опору. — Обещай мне.

— Обещаю, — голос Демида был твёрд, но в его глазах стояла та же боль, что и в её. — Мы вернём нашего сына.

В густой, тягостной тишине комнаты раздался тихий, испуганный голосок из-за приоткрытой двери.

— Мам? Пап?.. Мне правда нужно уехать?