Императорская принцесса. Начало.

Глава одиннадцая

Покои Эйдена в Южном замке тонули в полумраке, освещённые лишь камином и парой свечей на массивном столе. Сам принц сидел, уставившись в огонь, его поза выражала крайнюю степень усталости и опустошения. В его руке покоился окровавленный фамильный медальон.

Дверь скрипнула, и без стука вошёл Пьер, ровесник Эйдена, одетый в походную, запылённую одежду. Его обычно насмешливое лицо было серьёзным.

— Я вернулся. Стоял у дверей пять минут, а ты даже не повернулся. Либо ты стал глух, либо твои мысли громче, чем моё топанье.

Эйден медленно, словно скрипучая дверь, повернул голову. Его глаза были пусты.

— Докладывай. Что говорят в народе? Какие новости с Севера?

— Новости? — Пьер усмехнулся без веселья. — Что ты хочешь услышать, принц? Что они ликуют, что «Кровавый Михей» получил по заслугам?

Эйден сжал медальон так, что костяшки пальцев побелели.

— Они не смеют...

— О, ещё как смеют! Они боятся. Боятся, что твоё молчание — это знак согласия. Боятся, что ты продолжишь дело брата. Или... боятся, что не продолжишь. — Пьер подошёл ближе, вглядываясь в Эйдена. — А что ты делаешь, Эйден? Только не говори, что любуешься видом. Ты здесь заперся с тех пор, как вернулся. Как призрак.

— Что я должен делать, Пьер? Скажи. Ты всегда знал, что делать.

— Что должен делать принц, чей брат пал в бою с королевой и королём Севера? Варианты, как я понимаю, таковы... Объявить траур и потребовать выдачи тел для почётного погребения. Или... объявить тотальную войну и стереть Север с лица земли, чтобы даже вороны не нашли, где каркнуть над их пеплом. Многие ждут именно второго.

Эйден резко встал, отворачиваясь к камину.

— Война... Месть... Это то, чего он хотел. Он всегда шёл напролом. И куда это его привело? Он лежит мёртвый, пронзённый клинком старухи, которую презирал!

— «Старуха», которая убила его в честном бою, если верить слухам. Так чего же ты хочешь? Простить и забыть? Твои сторонники сожгут тебя на костре из фамильных штандартов.

— Я хочу правды, Пьер! — Эйден обернулся, и в его глазах горел странный огонь. — Зачем? Ради какой «великой цели» он все это затеял? Что за «сила Леса», о которой он кричал? Он был орудием, я это чувствую! Кто-то направил его, как заточенный клинок, в сердце Мег и в итоге — в её клинок! Я не буду слепым орудием мести, как он был слепым орудием чьей-то воли!

В ярости Эйден провёл рукой по каменной полке камина. Раздался резкий звук, на его костяшках проступила кровь. Он не замечал боли. Пьер замер, его взгляд прикован к руке Эйдена.

— Принц... Твоя рука.

Эйден посмотрел на сбитые костяшки. Из царапин сочилась алая кровь, но на секунду ему показалось, будто она... гуще. Темнее. Он сжал кулак, пряча руку.

— Неважно.

— Нет, важно. Я с тобой с семи лет. Я знаю каждую твою родинку. Ты... ты меняешься. С тех пор, как вернулся. Ты стал бледнее. Двигаешься тише. А твои глаза... в них иногда появляется что-то... желтоватое.

Эйден закрыл глаза, будто от удара.

— Помнишь истории, которые нам рассказывали няньки? О Вратах. О том, что наш Прародитель... пришёл не из наших земель.

— Детские сказки. Чтобы пугать непослушных детей.

— А если нет? — Эйден открыл глаза, и в них горел холодный, бездонный ужас. — Что если «нечисть», о которой говорится в легендах... это не метафора? Что если это в крови? В нашей крови. В моей крови.

Он смотрел на свою руку, разжимал кулак.

— Я чувствую, Пьер. Внутри что-то... шевелится. Просыпается. От запаха крови, от гнева, от этой безысходности. Оно голодное. И оно не хочет ни траура, ни переговоров. Оно хочет... силы. Хаоса.

Пьер бледнел, но не отступал. Он сделал шаг вперед.

— Твоё молчание... твои метания... это не просто горе. Это борьба. Ты борешься с самим собой.

— И я проигрываю! — голос Эйдена сорвался. — Я хочу мстить, Пьер! Я хочу найти того, кто погубил Михея, и разорвать его! И эта мысль... она кажется мне такой... правильной. Естественной. Как дышать. Это он во мне говорит? Или это... та самая кровь?

Он тяжело дышал, опираясь о камин. Пьер молча подошел, налил два бокала вина и протянул один Эйдену.

— Знаешь что? Забудь на минуту, кто ты — принц, наследник, потомок демонов или кого там ещё. Ты — Эйден. Мой друг. Который потерял брата. И хочет понять, как жить дальше. Так давай решим это, как решали все наши проблемы с семи лет. Вместе.

Эйден смотрел на бокал, потом на Пьера. Напряжение в его плечах немного спало.

— И что же мы будем делать, о мудрый советник?

— Сначала выпьем. За упокой души Михея-воина. Какого бы черта он ни творил, он был твоим братом. А потом... — Взгляд Пьера стал жестким. — ...потом мы начнём нашу собственную войну. Тихую. Мы не пойдём армией на Север. Мы пошлём шпионов. Мы найдём этих «верных людей» короля Демида, этих хранителей «силы Леса». Мы узнаем, кто стоит за всем этим. А уж потом... — Он посмотрел на руку Эйдена. — ...решим, какое оружие использовать. Сталь... или то, что проснулось в тебе. Но решим это сами. А не по указке совета или шёпота крови.