Императорский отбор для попаданки

- 11 -

Соперницы не уступали Димее в желании заполучить принца.

Про них судачили разное, но я не была уверена, что всё сказанное – правда, пока прислуга из первой смены не стала собираться вечером на кухне, чтобы поужинать и годтовиться ко сну.

Рассматривая синяки, царапины и оплеухи, что «коллеги» получили на смене, я впала в ужас. Правда, некоторым от гостей резиденции достались более приятные подарки: деньги, простенькие украшения, сладости…

Если бы я в тот момент достала свою колбаску – смогла купить служанок скопом, только боюсь, хитренькие девицы сослужили бы Димее дурную службу. То-то собравшиеся хвастались друг другу, как обвели фреек вокруг пальца, продав несуществующие тайны.

– Видела бы ты, как у неё вытянулось лицо, когда я сказала, что принц предпочитает хрупеньких, – смеялась одна из находчивых служанок, складывая подарки в свой сундучок под завистливые взгляды сотоварок.

– И поверила тебе?

– Сама же видишь! Завтра откажется от обеда. Вот повезёт!

– Не взвизгни от радости, – предупредила её подружка, но мне почудилась в её тоне зависть.

– Давайте спа-ать! – зевая, предложила Розалия и, пока соседки не заняли удобные места, я поспешила постелить себе тюфяк на полу, поближе к плите. Другие служанки последовали примеру. Кухня на глазах превращалась в спальню.

Я бы рада была уснуть, но моя работа не закончена. Да, я влилась в коллектив, важные сведения намотала на ус, но надо теперь вернуться к Димее, не выдав себя, а потом попасть на кухню снова...

Старуха Эми та ещё церберша – устроила мне, Рейде и Толли боевое крещение. Весь день не спускала с нас глаз, даже по нужде на задний двор выпускала только стайкой. И позволила другим над нами, новенькими, шутить. Теперь у нас от щёлочи, кем-то с излишком добавленной в воду, зудела кожа.

– Ты кто? – в полумраке надо мной склонилась незнакомка. – Это моя лежанка!

Я не стала препираться, встала – как раз искала предлог, чтобы уйти.

– Поищи местечко в прачечной, – посоветовал мне кто-то. – Там не так тепло, но на белье можно прикорнуть.

Я кивнула и «в поисках прачечной» выскользнула из кухни.

Поплутав немного, дошла до лестницы, поднялась на третий этаж. После нескольких попыток чудом нашла нужную дверь… – и нарвалась в парадном коридоре на сердитую незнакомую служанку.

– Чего без дела шляешься? – Она махнула рукой, приказывая следовать за ней. – Одна из претенденток устроила скандал, перебила всю посуду. Магия в крыле заблокирована, поэтому быстрее!

Да уж. С тоской поглядывая в другой конец крыла, я вошла в чужие покои.

Там царил хаос: битое стекло, перевёрнутая еда, разлитые соки уродовали светлую комнату с приятными сиреневыми занавесками и белой мебелью.

– Ведро! – спохватилась я, хотела бежать за инвентарём, но прежде в комнату вбежала ещё служанка, кажется, Эниль, уже с ведром. Увидев меня, она удивилась.

– Что ты здесь делаешь?

– Быстрее, пока не вернулась фрея Рилея! – шикнула на нас старшая служанка по этажу.

Вдвоём мы торопливо принялись за дело. Но спешка к добру не привела – я не заметила тоненького острого куска стекла и порезалась.

– Ой… – стоило охнуть от боли, Эниль прошептала:

– Вот и узнаем: отравлена ли еда?

Я опешила, и она улыбнулась.

– Да глупости это, не бойся.

– Да быстрее же, неумехи! – зарычала старшая служанка.

Вдвоём мы справились быстро, но едва разогнули спины, старшая по этажу выдохнула:

– Что за день? Ещё одна скандал закатила. Крайняя дверь налево!

У меня сердце ёкнуло.

– Всё сделаю, – я вскочила, с трудом скрывая радость, потому что эта крайняя дверь Дименькина.

Когда я вошла в наши покои, маркизета поморщилась.

– О, мрак! – прикрыла она нос. – Задохнуться от вони можно! В луже с отходами валялась?

– Вливалась в трудовой коллектив горничных. Знаешь ли, информация – сокровище, добывая её, приходится совершать подвиги, – съязвила я.

– Ну и? – на радостях Дименька позабыла про ароматы, что я собой принесла, подошла ближе.

Я усмехнулась, и она, спохватившись, ткнула пальцем в сторону ванны. Чему я была только рада.

За окном давно стемнело, запели колыбельную сверчки и цикады, а я продолжала пересказывать слухи.

Маркизета внимательно слушала, но стоило упомянуть о даре принцессы-эвискарки, побледнела.

– Зачем Селебрину целительный дар невесты? Своих лекарей не хватает? – простодушно поинтересовалась я.

– Не твоё дело, – настроение Димеи явно испортилось. – Завтра первый официальный завтрак. Ты должна помочь мне собраться утром, а сейчас спать.

Я не поверила ушам. Спать? Да только что у маркизеты сна ни в одном глазу не было!

Обычно я так делаю, когда волнуюсь и хочу в одиночестве обдумать что-то важное. Неужели маркизета расстроилась?

Помогла Димее переодеться в красивую сорочку, расправила шторки балдахина, потушила свет и тоже легла на софу.

Едва голова коснулась диванной подушечки, я заснула.

Разбудил меня настойчивый зуд. С трудом разлепив глаза, я глянула в окно и едва сдержала бранные слова.

Светало. Ещё спать и спать, но дурная метка Эверия не давала покоя: стоило принять горизонтальное положение – начинала неистово чесаться.

Чего ему надо? Самому не спится и мне не даёт? Потом спохватилась: как служанка я должна явиться на кухню, ведь рабочий день начинается рано! А перед этим надо помочь Димке подготовиться к завтраку…

Конечно, до него достаточно времени, но потом я не смогу: с кухни не отпустят.

Пришлось будить Димею на свой страх и риск.

Вставать она не желала. Обозвала меня идиоткой и накрылась с головой одеялом.

– Вставай! Иначе я опоздаю на кухню, и твой план по внедрению накроется медным тазиком, – перешла я сразу к шантажу.

Подействовало. Селебрин – красный флаг, которым влюблённую маркизету можно заманить хоть на кактус – будет знать, что больно, но пойдёт.