Императрица: Выход на арену

Искра Петрова

Мы с тобой необычные братья.
И мы должны оставаться вместе,
чтобы ты сумел стать гораздо сильнее,
даже если ты возненавидишь меня.
Это и значит — быть старшим братом.

Итачи Учиха

Белый потолок предстал перед моим взором. «Ну неужели опять?!»- подумала я и повернулась на правый бок. Свет лился из окна так, словно кто-то давал своё благословение на пришествие нового дня. Я зажмурилась и перевернулась на левый бок.

-Кто-нибудь, ради бога, закройте шторы!- промолвила я. А потом будто бы в себя пришла. Какие шторы? Дёрнувшись я села и начала тревожно осматривать всё вокруг себя. Где я вообще нахожусь?

Я лежала на большой кровати в изголовье которой располагалось огромное количество подушек. Окна с плотными шторами, что расшиты золотом. Небольшой диванчик и столик подле него. Камин, несколько больших ваз с цветами, туалетный столик и кажется стол для письма и два стула. Казалось набор того что есть в комнате каждой девчонки, но нет, у меня то раньше такого не было. Откуда это всё, да ещё и такое роскошное... Не подумают же, что украла. И всё ведь такое красивое, резное как на подбор.

Пока я удивлённо осматривала комнату не заметила, как в неё вошли.
-Елизавета, дорогая, как ты?
-Маменька, будьте осторожнее она же только очнулась.
-И то верно, Екатерина, не волнуйся ты так. К тому же искра наша в себя уже пришла, что само по себе чудом является.

Эти трое окружили меня, а я смотрела на них наверняка как неадекватная. Мужчина с аккуратными усами, женщина по имени Екатерина и её дочь... И откуда они меня знают? И почему они так одеты? Что за пышные платья?

-А вы что тут экранизацию новую снимаете? Извольте представиться господа и объясниться.

Этой фразой я попыталась соответствовать антуражу, но верно меня не так поняли. Женщина закрыла лицо руками и залилась слезами, мужчина обнял её, а девчушка рухнула возле меня на кровать и крепко обняла.

-Лизавета, что же ты такое говоришь, сестрица, не расстраивай государя с государыней. А вдруг кто решит, что в тебя бесы вселились.

Я окончательно перестала понимать, что тут происходит и с какой такой радости эта девчонка моя сестра. Хотелось начать кричать, топать ногами и качать права, но девчонка, которая так сильно сжимала меня, вдруг тоже расплакалась. И единственное, что я могла в этой ситуации — это тоже обнять её.

И тут ветер распахнул окно, врываясь в комнату ударной волной.
«Возьми их воспоминания!» – эта фраза которую он будто шепнул мне на ухо.
Мужчина поспешил тут же закрыть створки окна. А в моей голове будто началась война, она болела так будто вот-вот лопнет. Но боль быстро прошла, и я успела только поморщится. И тут прежде незнакомое чувство охватило моё сердце. Я сильнее прижала к себе девочку и тоже заплакала. Она будто была тем, кого я так боялась потерять. Будто мы по какой-то причине могли больше никогда не увидеться, а мне этого очень не хотелось.

Сквозь слёзы передо мной всплыло лицо девочки с белыми волосами и румяными щёчками, я кружила её на руках и посадила к себе на колени. А потом она задала вопрос:
-Папенька, а ты правда видел тамошнего короля?
-Да там не король, а целый королище! – ответила я, но почему-то мужским голосом.
-Такой же как вы папенька? Если да, то хочу быть его женой и королевой Франции.

Я рассмеялась и обняла девчушку.
-Если хочешь, значит так оно и будет – вымолвила я.

И картинку будто начало размывать. Перед глазами появился большой зал. За руку меня держала та же самая девочка. Мужчина с усами говорил с молодым парнем лет двадцати.

-Переговоры о возврате земель бессмысленны. Они как отошли нам, так и подарены вам не будут.
-Тогда могу ли я просить вас о чём-то большем? Не зря же был проделан столь долгий путь.
-И чего же вы хотите?
-Прошу прощения за дерзость, но я хотел бы просить руки вашей дочери Анны.
-Я рассмотрю ваше предложение.

Рука белокурой девочки рядом сжалась. Хотела я того или нет, но это случилось. Кажется, сейчас мне сделали предложение.

В голове у меня же роилось огромное количество мыслей. Я не уйду в монастырь? Неужели он моё спасение? Хотя, это просто непостижимо, неужели мне придётся уехать с ним и оставить сестрицу.

Мысли спутались, и вот она снова держит меня за руку, та самая белокурая девчонка, только вот я изо всех сил вырывась. К слову её беленькая будто фарфоровая ручка меньше моей. Но я напориста и при любом удобном случае вновь стараюсь ускользнуть от неё, а она снова и снова цепляется за меня своими маленькими пальчиками.

-Анна, неужели ты и правда намерена с ним уехать? –спрашивала она.
-Лизавета, ты не понимаешь! Я не хочу сгнить в монастыре как все царские дочери до нас.
-Но и за муж за него ты же тоже не хочешь! – её голос срывался на крик.
-Ты ничего не понимаешь! У меня нет выбора, да и ты собралась стать королевой Франции, разве нет? А короля то хоть видела?
-За что ты так со мной? Я же о тебе забочусь...
-Да где это видано чтобы младшая о старшей заботилась.

Я окончательно вырвалась и быстрым шагом, почти бегом, поспешила удалиться. А девчушка осталась на месте, и, рухнув на пол, расплакалась.

И вот будто новый слайд всплывает новое воспоминание. Вновь появляется лицо этой девочки. Она безумна красивая, будто ангел. Я смотрю на неё и не верится, что она существует. Девочка сидит за столом, болтает ногами и что-то упорно пишет. Так продолжалось какое-то время, но потом она меня заметила.

-Маменька, неужели Анна уедет?
-Ещё ничего не решено, милая, — я подошла к ней ближе и начала поглаживать её по голове.

Девочка продолжила что-то писать, а потом начала рассуждать в слух:
-Ну если бы государю было это не по душе, он бы сразу отослал этого герцога Гольштейн-Готторпского туда откуда тот и явился. А значит его интересует мнение сестрицы. А эта дура согласится на всё лишь бы не монастырь.
-Лизавета, не говори так о сестре! – построжилась на неё я.