Империя драконов

Глава 8. А что чувствуешь ты?

   Внезапно сказанные им слова были произнесены тихо, но отчётливо, так что Лина прекрасно их услышала. Но не могла сказать ни слова. Золотистый цвет окрасил её волосы, чего она ещё не замечала, а Лио, дожидавшийся её ответа, пока что игнорировал. Она вдохнула.
– Я люблю тебя.
Посмотреть на него она не решалась. Мальволио с облегчением выдохнул. За четыре дня он много раз обдумал рождественский вечер и боялся, что девушка его отвергнет. Поэтому сейчас Лио неловко коснулся её плеча и столкнулся со смущённым взглядом покрасневшей девушки, когда та всё же осмелилась посмотреть на него. Мягко притянув её, парень обнял Лину и прижал к себе. Каролина, не зная, куда деть руки, тоже обняла его и зарылась носом в его плечо, вдыхая аромат одеколона и шампуня. В этот момент все мысли Лины улетучились, её голову занимали сильные объятия Мальволио.

   Бумажной салфеткой Лио оттер со щеки краску и отодвинул мольберт в сторону, стараясь ненароком не прикоснуться к ещё не высохшей краске.
– Отец ездил домой, хотел что-то забрать из вещей, которые остались в доме. Вот поэтому эти четыре дня меня и не было в Фолсе.
– Понятно, – девушка сидела в кресле, наблюдая за действиями парня, одетого в серую свободную футболку и серые спортивные штаны. – А я сейчас живу у Анатель.
– А проблем не было?
– Нет.
– Замечательно.

   Ночью, когда Каролина легла спать, покончив с домашними заданиями на каникулы, близнецы уже уснули, мистер Вив ещё был на работе, его жена над чем-то неотрывно работала за ноутбуком, стоящим на кухне, Анатель приглядывала за спящими братьями. А в Лондоне мадам Элен Одри сладко посапывала на постели, обнимая руками одеяло. Андреас надел на себя рубашку и поправил свои волосы, выходя из комнаты Элен, и взял синий пиджак. Он покрутил в руках стеклянный пузырёк, наполненный прозрачной жидкостью, переливающейся в свете ночной луны. Злобная усмешка исказила симпатичное лицо парня. Убрав руки в карманы, он накинул на плечи форму и покинул дом. Во дворе его ожидала синяя машина без номеров. Юркнув в неё, Андреас сел перед мужчиной, правильный возраст которого было крайне сложно определить на взгляд. Он выглядел молодо и живо, светлая кожа напоминала белый снег, чёрные волосы, спадающие на узкий лоб, создавали резкий контраст на белой коже, под глазами только-только начали собираться морщинки, его подтянутось была сравнима с Андреасом, которому было только 18. Глаза мужчины, кроваво-алые с маленькими огненными полосками вокруг узких зрачков, безразлично оглядели Красного Джокера. Если внимательно оглядеть этого человека, ему можно было дать от силы лет 28-29, но Андреас знал точный возраст мужчины. 47 лет. Не знать его было невозможно, но назвать его имя не мог никто.
– Тебе стоит прекратить потакать Одри, – заметил мужчина холодным тоном, редко звучавшим иначе, даже с собственными детьми, коих было трое. – Император разбирается в деле Керплана. Одри, Гейн, Кленд, Стоун, Хард, Вейв – основные подозреваемые. Как только он получит доказательства, с ними разберутся. А ты еще нужен "Империи". Так что держись подальше.
– Я учту.
– Рад, что мы поняли друг друга.
Несмотря на чуть приподнявшиеся уголки губ, слегка обнажившие складки возле них, его голос ничуть не изменился, а глаза всё также безразлично смотрели на Андреаса. Под этим взглядом даже Джокеру стало неуютно. Мужчина отвернулся и посмотрел на пейзаж, сменявшийся в поездке.
– Ты её видел? – вдруг задал вопрос он, чего не ожидал Андреас, а его голос неожиданно дрогнул. От этого Андреасу стало жутко.
– Эм... Кого?
Безразличие во взгляде сменилось раздражением, но, вероятнее всего, на самого себя. Андреас не мог этого заметить, ведь мужчина так и не повернулся к нему, даже задавая вопрос, он смотрел в окно.
– Забудь.
В салоне вновь повисла тишина. До конца дороги ни один из них не пытался заговорить.

   С самого утра у одного из близнецов болели зубы, поэтому миссис Вив вместе с сыном отправилась к доктору, а второй остался с Аной и Линой, ведь отец семейства так и не вернулся домой, но позвонил. Оказывается, на работе случился некий завал, и он обязан с ним разобраться. Кейл, младший из близнецов, без своего брата довольно спокойно рисовал в своей комнате, пока Ана готовила ему завтрак под строгим присмотром Лины. Анатель хотела научиться готовить, чтобы как-нибудь поразить Марка вкусной едой. Впрочем, очередная командировка её матери была не за горами, и Ане пришлось бы заботиться о близнецах, пока отец не вернётся, да и домашнюю готовку те пробовали редко. Каролина, одетая в симпатичный синий комбенизончик, с убранными в гульку волосами, поднесла к губам ложку и попробовала приготовленный подругой соус для мяса на ужин.
– Вкусно.
Анатель счастливо улыбнулась и принялась дальше следовать указаниям Лины. Кейл заявился на кухню неожиданно, но не мешал им. Каролина просто почувствовала его приближение. Повернувшись к брату, девушка присела рядом и посмотрела на протянутый им листок с картинкой. На нём был изображён дом Вив и рядом с ним вся семья, включая Каролину.
– Очень красиво.
– Правда?
– Да.
– Точно?
– Да. Я совершенно не умею рисовать, а у тебя отлично получается.
Погладив его по голове, Лина заодно поправила волосы мальчика, который тут же её обнял. Каролина чмокнула его в макушку.

   Взяв Кейла и Лину, Ана отправилась в магазин, чтобы прикупить чего-нибудь сладенького и по мелочи, чтобы продолжать учиться готовить. Вернувшись домой, девушки поели и встретили миссис Вив с Кайлом.
– Ох, Ана, домашняя еда? Какая ты умничка!
Лейла с удовольствием умяла еду и продолжила работать, словно войдя в некий рабочий режим, в котором на её обычно живом лице не отражалось ни одной эмоции. Кайл жаловался своему брату, какие ужасы с его зубами вытворяла дантист. Мальчики ещё какое-то время играли, но потом их стало клонить в послеобеденный сон. Лина села на кровать и взяла с тумбочки бутылку с водой и, жадно приложившись, выпила почти половину.