Империя Кёсем. Другой поворот

Глава 9. "Опять власть переменилась!"

Я не просидела в темнице и суток. В темницу зашёл стражник и под чей-то крик открыл дверь в мою камеру.

— Мерием Хатун! Ты как? — раздался знакомый голос.

Я вышла наружу и чуть не свалилась из-за полумрака, царившего в помещении, но руки шехзаде меня вовремя подхватили.

— Осторожно, хатун.

Он помог мне выйти и подняться наверх, на свет Божий. Солнце с непривычки ослепило мои глаза, привыкшие к темноте за столько часов. Нога немного побаливала, поэтому пришлось опереться на шехзаде.

— Зачем вы освободили меня, Шехзаде Мехмед? — удивилась я поступку юноши. — Ваша валиде отдала приказ?

— Нет. Это моё собственное решение, — не без гордости сказал шехзаде, помогая присесть мне на лавку.

Мы находились на улице. Сейчас уже конец лета и холодный ветер заставлял искать укрытие и тепло в стенах дворца.

— Это был очень глупый и очень храбрый поступок, — сказала я, растирая больную ногу.

— Не знаю, благодарить тебя за эти слова или наказать, — наигранно вздохнув, сказал шехзаде.

— Зачем вы это сделали?

— Я хотел помочь. Разве ты против?

— В глазах людей я принадлежу гарему вашего брата Османа. Если он узнает, это ещё больше отдалит вас друг от друга, — вздохнув, сказала я.

— Это не твои заботы, — уверенно сказал юноша.

— Есть новости из дворца? Ты в траурном одеянии, неужели…

— Да. Сегодня ночью…

— Мне жаль…

— Не стоит, нам лучше подумать о будущем. Мой отец-повелитель отменил закон Фатиха, теперь…

— Я знаю. Не продолжай.

— Как ты узнала такие новости в темнице? — удивился шехзаде моей осведомлённости.

— Неважно. Что ты об этом думаешь?

— Этот закон мог бы дать Осману право убить меня и моих братьев…

— Он бы так не поступил…

— Ты в этом так уверена?

— Нет. Но теперь, когда его учитель и Сафие Султан мертвы, никто не будет забивать его голову тёмными мыслями, — успокаивала я шехзаде.

— Мы с братом часто ссоримся, но если он станет султаном, мне точно не жить, я для него всегда буду угрозой. Но, моя валиде поступила мудро, она хочет, чтобы трон занял Шехзаде Мустафа. Хотя, лучше бы она сделала меня повелителем Османской империи…

— Кто знает, что ждёт нас в будущем, Мехмед. Власть это бремя, не каждый сможет нести его на себе без личных потерь. Не стремись ты к власти. Там лишь смерть и страх. Живи полной жизнью, пока у тебя есть на это время…

— Только став султаном, я смогу защитить свою семью, Мерием. Только так.

— Теперь наш повелитель Шехзаде Мустафа, — послышался голос сзади.

Мы подскочили и повернулись. Напротив нас стояли Шехзаде Осман и хранитель покоев Искендер-паша.

— Скоро его коронация. Ты должен пойти с нами, а не развлекаться с моей наложницей, брат, — строго говорил Осман.

Его глаза были опухшими от слёз, но сейчас они не выражали никаких эмоций.

— Это коронация большая ошибка, — прошептала я. — Вы ведь все это прекрасно понимаете. Почему же бездействуете?

— У хатун есть план? Она хочет пойти против воли покойного повелителя? — издевательским тоном вопрошал Искендер.

— Как только Халиме получит власть, она избавится ото всех. Безумному повелителю не место на троне Османской империи.

— Да, состояние здоровья Шехзаде Мустафы оставляет желать лучшего. Я давно заметил странности в его поведении, — с грустью говорил Осман.

— Наш покойный повелитель выразил свою волю. Мы должны исполнить её, — стоял на своём хранитель покоев.

— Самый старший и самый мудрый. Как безумец может быть мудрым, Искендер-паша? — злилась я на его настойчивость.

— Мерием Хатун, не стоит влезать в политику! — оборвал меня на полуслове Осман. — А тем более спорить с пашами и шехзаде, — в его взгляде была злость.

Зря Мехмед спас меня…

— Хорошо. Я могу не спорить, могу вообще молчать. Но помяните моё слово — как только Мустафа взойдёт на престол, Халиме и Дильруба начнут действовать. Все соглашения с Кёсем Султан будут расторгнуты в ту же минуту. А всех шехзаде запрут, а после найдут предлог, чтобы убить. Вам, Искендер-паша, участь уготована. Думаю, Халиме Султан уже вырыла вам могилу. Не думаете о себе, так подумайте о своих младших братьях, шехзаде Оман. Приготовьте путь отступления. Не стоит целиком и полностью полагаться на свою валиде, янычары подчиняются законному повелителю, а не вдовствующим султаншам, — выпалила я на одном дыхании и поковыляла в сторону гарема.

В хамаме я размышляла над своим не радужным будущим. Халиме Султан — прирождённый политик. А у тех только две цели в жизни. Приход к власти. И удержание этой самой власти. Амбиции султанши могут стоить жизни всем шехзаде. И не только им.

Я вышла из бани и направилась в общую комнату. Там было столпотворение. Девушки плакали, кричали и бились головой об стену, в прямом смысле.

— Что происходит? Что случилось? — спросила я у хатун, что вчера устроила со мной драку.

— Валиде Халиме Султан приказала отправить всех нас в старый дворец, вместе с Кёсем Султан! — сказала девушка и заревела, как будто её отправляют насмерть.

— Кёсем Султан ссылают в старый дворец? А шехзаде? Что с ними?

— Их заперли, и больше никто из нас не сможет пойти к ним на хальвет, — завыла девушка. — Повелителю найдут новых девушек, это приказ Халиме Султан!

— Быстро она, однако, — прошептала я.

— Почему вы ещё не собрались? — спрашивала новая Хазнедар гарема, верная помощница Халиме — Менекше Хатун. — Старый дворец уже ждёт вас, — издевалась женщина. — А тебе нужно особое приглашение? — обратилась ко мне Хазнедар.

— Я не могу покинуть дворец. Я Мерием Хатун, фаворитка Шехзаде Османа, — зацепилась я за единственную ниточку.

— Это не имеет значения, хатун. Теперь ты никто. Кёсем больше не спасёт тебя, — ухмылялась женщина.

— Султанша заперла меня в темницу, Хазнедар. Не думаю, что Кёсем стала бы меня спасать. А вот Дильруба Султан, пожалуй, была бы не против, чтобы я осталась. Ты ей передай, что Мерием Хатун просит остаться во дворце, чтобы прислуживать нашим шехзаде.