Империя Лжи

Глава 1

РАНЕЕ ДО ПРОЛОГА

Я делала вид, что живу: вставала, одевалась, работала. Пятница. Открытие Карякина, которое готовила три месяца. Отменить нельзя – контракты подписаны, гости приглашены, пресса оповещена.

Выбирала платье минут двадцать. В итоге – чёрное, длинное, с открытой спиной. Купила в ЦУМе год назад и так ни разу не надела. Не для красоты выбрала – чтобы спрятаться за тканью, скрыть трещины. В зеркале увидела женщину, которую не узнавала: прямая спина, холодные глаза, поджатые губы. Когда я стала такой?

Игорь появился в дверях спальни, когда я красила губы. Смокинг сидел идеально – он умел носить дорогие вещи. Только щека дёргалась. Мелкий тик, который появлялся, когда он врал на переговорах.

– Красивая.

– Спасибо.

– Я не смогу поехать с тобой. Встреча затянулась, важные люди задерживаются.

Важные люди. Всегда важные люди. Страна менялась, суть – нет.

– Конечно. Приедешь позже?

– Постараюсь к девяти.

Поцеловал в щёку. Формально, без тепла – словно отметил галочку.

Телефон зазвонил, когда я выходила. Отец.

– Карякин сегодня?

– Да.

– Буду.

– Ты же ненавидишь современное искусство.

– Ненавижу. Но не пропущу твой вечер.

Что-то в его голосе насторожило. Не забота – расчёт. Будто он знал что-то, чего не знала я.

Галерея на Патриарших встретила холодом белых стен и запахом свежей краски. Бетонные полы отражали точечные светильники. Карякин развесил тридцать работ – разбитые зеркала в металлических рамах. В каждом осколке – искажённое отражение смотрящего. "Фрагментация реальности", как он это называл. В тот вечер эти слова звенели слишком лично.

К семи начали подтягиваться гости. Продюсер с девочкой в туфлях на шпильках – она едва держалась, цеплялась за его локоть. Жена депутата в меховой накидке, хотя в галерее жарко. Галеристы-конкуренты с кислыми улыбками – пришли оценить провал.

– Настенька! – Лиза Вяземская чмокнула воздух у моих щёк. – Мило вышло. Говорят, этот мальчик сейчас в тренде?

Она уже смотрела мимо меня, высматривая кого-то важнее.

– Да, его хорошо покупают.

– Чудесно, чудесно. О, это Костя? Прости, милая, секундочку...

Исчезла в толпе. Я взяла бокал с подноса – шампанское пузырилось, щипало горло.

Отец появился ровно в восемь. Не один – с охраной и помощником. Вошёл, и люди расступились сами. Ему не нужно было требовать внимания – оно следовало за ним.

– Интересные работы. – Он остановился у инсталляции. – Разбитые зеркала. Подходящая метафора.

– Для чего?

– Увидишь.

Взял бокал с подноса, но не пил. Смотрел на вход. Ждал.

– Кого ждёшь?

– Посмотрим.

В половине девятого я их увидела.

Игорь вошёл быстро, набирая что-то в телефоне. Костюм серый – не тот, в котором был дома. Переоделся? Где?

За ним – она.

Не просто красивая. Ослепительная. Платиновые волосы до лопаток, красное платье облегало там, где моё скрывало. Молодая – максимум тридцать. Длинные ноги, идеальная осанка. Та, на которую мужчины оборачивались, а жёны сразу отворачивались.

Шла рядом с ним. Не позади, как ассистентка. Не впереди, как клиентка. Рядом. Её рука – на его локте. Лёгкое прикосновение, но в нём читалось право. Интимное право. Право женщины, которая знает – этот мужчина её.

Каждый мой шаг к ним отдавался в ушах. Каблуки стучали по бетону так громко, что я не слышала собственного дыхания.

Игорь поднял глаза. Секунда – и его лицо стало каменным.

– Настя! Как раз искал тебя. Это Маргарита Волкова, обсуждаем проект для галереи. Маргарита – моя жена, Анастасия.

Она протянула руку. Маникюр безупречный, на запястье – тонкий золотой браслет с подвеской.

– Рада познакомиться. Игорь много рассказывал.

Игорь. Не "ваш муж". Не "Игорь Михайлович". Игорь. Будто они на ты. Будто давно.

– Взаимно. Хотя Игорь мне о вас не рассказывал. Совсем.

– Мы недавно начали... – она запнулась, посмотрела на него, – сотрудничество. Три месяца назад, да?

Три месяца. Дубай. Конференция, откуда он вернулся другим. Теперь я знала – почему.

Официант прошёл мимо с подносом. Я взяла бокал. Шампанское пузырилось, пахло кислым.

Смотрю на неё. На её руку на локте моего мужа. На её спокойную улыбку. На то, как естественно она стоит рядом – будто это её место. Будто всегда было её.

Поднимаю бокал. Она думает – для тоста?

Выливаю. На платье. На её красное платье.

Шампанское растекается по ткани, капли падают на бетонный пол. Звук – громкий в наступившей тишине.

Музыка играет, но все молчат. Смотрят. Ждут.

Маргарита смотрит на мокрое пятно. Потом на меня. Пауза – две, три секунды. Улыбается. Не мне – залу. Чтобы все видели, как достойно она держится.

– Бывает. У меня есть салфетка.

Достаёт платок из сумки – обычный, белый, с вышитыми инициалами. Промокает платье. Спокойно, методично, будто это обычная ситуация. Будто жёны каждый день обливают её шампанским.

– Настя, что происходит? – Игорь хватает меня за запястье. Сжимает сильно – будет синяк.

– Деловая встреча? В пятницу? На моём открытии?

– Мы ехали мимо, Рита предложила зайти, поддержать.

Рита. Уменьшительное. Интимное. Теперь всё ясно.

– Как мило с её стороны.

Маргарита складывает мокрый платок в сумку. Движения точные, выверенные.

– Я поеду переодеться. Игорь, увидимся завтра на брифинге.

Наклоняется к нему, целует в щёку. Естественный жест – так делают люди, которые целуются постоянно. Губная помада остаётся на его коже – красный след, слишком заметный, слишком интимный.

– Анастасия Владимировна, успешной выставки.

Уходит. Неспешно. На каблуках, которые стучат увереннее моих. Мокрое пятно на платье только подчёркивает её фигуру. Мужчины провожают взглядами.

– Пойдём, – отец берёт меня под локоть. – Хватит на сегодня.

– Не трогай.