Империя песков. Книга 3. Жертвуй свободой

Глава 8.2

Предложения у Сида были, и все они мне не нравились. В конечном итоге мы сошлись на мнении: “Если хочешь что-то спрятать, спрячь на видном месте” Вариант: “Запереть его в чулане под лестницей” отмели сразу.  

— Дворец уже проверяют, — вздохнул Сид, — тихо, чтобы не тревожить гостей. В охране есть поисковики, считывающие ауру и эмоциональный фон. Они имеют полное право задержать, если появятся основания. А твой раб и слова связать не может. Спрячем среди слуг, их в лицо даже я не знаю.  

— Тебе не кажется, что это упущение в вашей системе безопасности? 

— Пф, — фыркнул Сид, — если я не знаю слуг, это не значит, что слуги не знают друг друга. 

— Да ладно! — Всплеснула руками я, — Меня недавно приняли за гаремного мальчика и отправили по поручениям.  

Страж расхохотался, да так, что я пожалела, что вообще об этом заикнулась.  

— Это единичный случай, Бес! — Сид все ещё давился смехом, — Постороннему спрятаться в числе персонала гораздо сложнее. Но не волнуйся, я найду человека, который поручится за твоего птенчика. 

Элайтен вскинулся, наверняка желая вставить нечто резкое, но я уже развернулась к нему.  

— Слушай правила. Будешь вести себя тише воды, ниже травы. Татуировки никому не показывай, не смей проболтаться кому-то, что я твой хозяин. Говори только на всеобщем и только при крайней необходимости.  

— И полного имени не называй, здесь не все непроходимые дураки. — Ухмыльнулся Сид.  

— Что ты хочешь этим сказать? — Удивилась я.  

— Приставка “тен” — переводится как “первый”. Значит наследник, значит, аристократ. Следовательно, и ранг у него четвертый. Ничего, посидишь в прачечной, постираешь портянки и поймешь, что не все в этой жизни по праву рождения дается.  

Судя по реакции Элайтена, Сид попал в точку. Губы его сжались в тонкую линию, скулы заострились, но потом он расправил плечи, будто сказанное ни капли его не задело и прошипел:  

— Прекрасная осведомленность. Но использовать эту информацию вы все равно не сможете.  

Страж беспечно пожал плечами и тут же перевел тему, дополняя правила поведения во дворце. К парню он показательно не обращался, решив пользоваться мной в качестве ретранслятора. Ничего кроме присутствия от меня в не требовалось, ибо адресат стоял рядом и выслушивал все нервно сжимая кулаки. На белой повязке, перетягивающей ладони, проступили багровые пятна. Не выдержав, я бросила белоснежный костюм на кровать, и захлопотала рядом, приговаривая о неблагодарности некоторых пациентов. 

Элайтен уже не сопротивлялся, безропотно позволяя мне обрабатывать руки повторно. Смирился? Аристократ. Получается, моя догадка по поводу хорошей семьи оказалась почти верной. Но что значит четвертый ранг? Я хотела спросить, но Сид, и так уже смотревший на меня с изрядной долей раздражения, поторопил. Пришлось отложить расспросы на потом. Отыскав в вещах Карающего довольно потасканный плащ, страж кинул его парню.  

— Накинь.  

Сцедив в кулак зевок, Сид размял шею, и буркнул: “Давайте быстрее” Осознание того, что из-за моих неурядиц, он не спал всю ночь, заставило придержать возмущения.  

Страж взял на себя обязанность отвлечь на какое-то время гвардейцев, но потом нам предстояло расстаться. Он должен был спрятать Элайтена, а мне нужно было заняться работой.  

Дойдя выхода из крыла, Сид быстро сбагрил меня на одного из своих коллег. Я уже не возражала. То, что мне и шага нельзя ступить в одиночестве, становилось привычным. Можно ведь найти в этом свои плюсы? Почувствовать себя важной медийной персоной, к примеру. 

Сопровождали меня недолго. Остановившись неподалеку от женского крыла, воин отрапортовал: 

— Вам вниз по лестнице. 

Почему он не пожелал двигаться дальше, стало понятно сразу же. Спустившись в просторный холл, уставленный цветочными кадками, я обнаружила, что охраны в нем было более чем достаточно. Стоило сойти с последней ступеньки, как на меня воззрились, сурового вида, агрессивно настроенные мужчины.  

Десяток гвардейцев, выстроившихся по струнке, перегораживал вход, и ещё столько же стояло напротив противоположной стены. Что это, черт побери, такое?!  

Не сказать, что я ожидала теплый прием с хлебом и солью, но точно не то, что увидела. По лицам мужчин читалось, что им отдали приказ выгонять каждого кто сунет сюда нос, и мне, растерянной от столь многообещающего представления, захотелось как опоздавшей на урок школьнице, постучать по близлежащему косяку, и с надеждой спросить: “А можно ли, собственно, пройти?”  

Благо, я быстро вспомнила, что подобное поведение мне по положению допускать нельзя, и расправив плечи, уверенно зашагала вперед.  

Задержать меня не попытались, но не успела я как следует впечатлиться царившему спокойствию, за дверью, которую так тщательно сторожили послышался приглушенный женский крик.  

— Проходите, вас ожидают. 

Что за черт? Я непонимающе уставилась на охранников, но на их лицах не проскользнуло ни одной эмоции. На крик никто не отреагировал.  

Как по мановению волшебной палочки один из мужчин распахнул передо мной резную дверь, и я шагнула вперед, как в бездну, потому что пространство вокруг затопил белый, словно перистое облако, пар. Очевидно, меня привели в купальни. Это подтверждал и мерный плеск воды где-то неподалеку, который, как ни странно, больше ничего не перерывало.  

Мне что, показалось? 

Шея взмокла от царившей в помещении духоты, по позвоночнику прошла дрожь. Непонятное злое предчувствие на какой-то миг затормозило меня, не давая двинуться дальше. Я мысленно потянулась к Карающему, но не почувствовала его.  

— Помогите...  

Глухая мольба о помощи вновь послышалась в отдалении, но звук был таким нечетким, что показался мне отголоском эха, десяток раз разбившегося о камни скал. И все же я узнала голос. Проклятье! Принцесса...  

Краем сознания отмечая, что с ней, по словам Сида, должно быть все в порядке, я все же кинулась по коридору, едва не поскользнувшись на мокром от конденсата камне. Пар сгустился, я запуталась в занавесках, а потом влетела в зал с огромным бассейном. Дышалось с трудом, и звук... Звук обрушился на меня, как поток ледяной воды, которая мигом остудила голову.