Империя. Песнь элите.

Раздел 14.

Сон как-то на меня подействовал лениво – я просто стал медленнее всё делать. В голове осталась уверенность, что меня не поддержит Богиня. Но я ушел, чтобы уже уверенно убедиться в том, что мои законные требования не поддержат.

Вошел.

У Матери, на удивление, оказалась свободная минута! Она выглядела очень утомленной.

- Можно?

- Заходи, Кирилл.

- Я снова по вопросу вступления в наследство на имущество Цуэрста!

- Входи, входи. Разговаривала я с Одним. Спрашивает, как ты себе это представляешь?

Ожидаемый ответ, я хорошо понимал, чтобы вступить в наследство, нужно, чтобы это право признавали. Я молчал.

Поверьте, на этом месте, в других рассказах, герой должен нервничать, спорить и доказывать свою правоту, а я молчал, потому что этого ответа ожидал.

Стоял и молчал, расценивая как отказ.

- Кирилл, чего молчишь? Как ты это представляешь? Он хочет услышать, что ему нужно сделать, чтобы ты стал полноценным собственником имущества Омы, правильнее сказать Цуэрста. О должности Императора тебе он не хочет слышать! Это не обсуждается. Он с самого начала был против этой формы правления. Да кто его тогда слушал! Но он за частную собственность, против краж земли и имущества, которое сейчас процветает!

- Он же Бог! - я выдал устойчивое изречение.

- Богов понаделали Вы! Он же человек, которому пришлось жить во времена падения цивилизации, массового отказа от научного развития человечества, когда науку с передовым производством большинство назвали магией, а нас одних магами, других Богами. И ты это хорошо знаешь!

Она отметила, что знает, что я уже два диплома получил о высшем образовании по древнему образовательному образцу, и терминологией её владел хорошо, как и языком.

- Я знаю, что Вы, Боги, не имеете исполнительной власти.

- Да, мы еще не имеем законодательной власти, - она смотрела на меня как на дурака, знающего, о чем ведется разговор, но притворяется, что не знает. – Только судебную.

- Но я имею право на исполнительную власть.

- Правильно. Но если большинство выберет законодательный орган, который опровергнет твою власть?

- Я буду бороться за имущество, которое по закону мне принадлежит!

- Интересно, ты говоришь! - если бы я не был отчаявшийся, если бы не был спокоен, не услышал, что в её голосе что-то проскочило важное, что она не желала говорить.

Я напрягся, чтобы не упустить то, что может быть важным.

Но она не решалась сказать, поэтому я решил повести разговор туда, куда у меня появилось быстрое подозрение:

- Интересно об имуществе, принадлежащем мне?

- Да, об имуществе, которое тебе принадлежит.

- А что с ним не так?

- Один говорит, что можно понять, если бы ты был рожден Манном, а так ты женился на Гелибте, что полное имела право на имущество, как внучка Цуэрста. Она имела право претендовать на имущество, заработанное её дедом. А ты?

- А что я?

- Понимаю, что Ома имела к тебе определенные пристрастия.

- Пристрастия, что со мной имущество не будет напрасно потрачено Гелибтой на светскую жизнь в Столице? Мне интересно, сколько осталось от имущества после смерти Омы? Сколько родители Гелибты не потратили?

Тут Мать опустила глаза, я это трактовал как собственную правоту, но продолжала:

- Один, лично не признает твое право на имущество Омы, но признает, что ты в соответствии с законом имеешь право.

- Не понимаю, а чего мы только об имуществе Цуэрста ведем разговор? А как моё имущество по праву рождения от отца?

Я увидел, что вопрос был ей неприятный, чего-то не хотела отвечать.

- Чего молчите, Вы же знаете, что я, как офицер Легиона и дружинник, имею законное право с земель отца получить землю?

- Твой отец…

- Что мой отец?

- Понимаешь, твой отец просил исключить тебя из своих наследников и сделать потомком твоей части какую-то Елену.

- Какую-то Елену?! - у меня всё внутри обмерло, потому что я впервые услышал её имя за столько лет.

Я не сдержался и побежал к себе собираться. Это решение пришло в мою голову мгновенно.

- Кирилл, ты куда? Стой!

Это «стой» так было твердо сказано и в повелительной интонации, что я в мгновение ока стал и развернулся к Богине.

- Ты не подумай, что мы против. Один просто не видит как, он поможет тебе по мере своих возможностей. Говорил, что не готов умирать, мечтает об операции омоложения. И я этого желаю. Мы на твоей стороне, но не можем ничем тебе помочь. Извини!

Моя голова уже ни о чем другом не думала, как о встрече с Еленой, но преодолел немного свои эмоции, когда в голове всё стало в тумане, сердце бешено забилось и тяжело стало дышать:

- Но доступ к храмам науки мне не ограничен? – меня это уже не так интересовало, но я не желал сжигать последний мост к Богам.