Имя из Пепла: Путь Странника

ГЛАВА 9: ДОРОГА К СЕРДЦУ

Дренажный тоннель пах сыростью, ржавчиной и временем. Аварийные фонари, расставленные Ковалёвым у входа, отбрасывали на покрытые странными влажными узорами стены длинные, пляшущие тени. Воздух был густым, дышать было трудно.

Разель шёл первым, сжимая в металлической руке ствол автомата. Каждый его шаг отдавался в висках глухой болью — последствия контакта с Сетью ещё не прошли. Но он не подавал вида, лишь изредка касаясь пальцами стены, будто проверял её на прочность.

Марина замыкала группу. Каждые несколько метров она останавливалась, прислушиваясь к тишине за спиной. Её лицо в свете фонаря было сосредоточенным, но в уголках глаз таилась усталость, которую она больше не скрывала.

— Ничего, — тихо бросила она вперёд. — Не преследуют. Пока.

Ковалёв, шедший посередине, бормотал что-то себе под нос, сверяясь с портативным сканером.

— Интересно… Уровень фоновой аномальности здесь значительно ниже расчётного. Как будто что-то… поглощает энергию. Или контролирует её.

— «Саранча»? — резко обернулся Разель.

— Нет, — учёный покачал головой. — Это другая сигнатура. Более… упорядоченная. Словно сама структура реальности здесь иная.

Они шли ещё с полчаса, пока тоннель не начал сужаться, переходя в старый вентиляционный коллектор. Воздух стал ещё тяжелее, в нём появился новый оттенок — сладковатый, химический запах, щекочущий ноздри и вызывающий лёгкое головокружение.

— Маски, — скомандовала Марина, уже доставая свой противогаз. — Похоже, выходим в Буферную зону. Здесь всегда витает какая-то дрянь.

Надевая маску, Ковалёв не отрывал взгляда от сканера; на его лице застыл интерес.

— Невероятно… Видите эти показания? Это же… Это след! Чёткий, направленный энергетический след!

Разель остановился.

— Чей?

— Его! — Ковалёв поднял на Разеля сияющие глаза. — Велеса! Он будто бы… проложил тропу. Специально стабилизировал пространство, чтобы мы могли пройти.

Марина медленно провела рукой в перчатке по стене, где призрачным светом мерцали кристаллические вкрапления.

— Значит, он действительно ждёт нас. И помогает.

— Идём, — голос Разеля прозвучал твёрже. — Значит, мы на правильном пути.

Они двинулись дальше, теперь уже с новой надеждой. Тоннель постепенно поднимался, и вскоре впереди показался слабый свет — не искусственный, а тусклый, серый свет внешнего мира.

Разель поднял руку, подавая знак остановиться. Они замерли у решётки, за которой открывался вид на Буферную зону — мёртвую землю, покрытую ядовитыми туманами и причудливыми образованиями, оставшимися со времён Первого Излома.

— Дальше — самое опасное, — тихо сказала Марина. — Открытая местность. Аномалии, мутанты… и, возможно, патрули Громова.

— У нас нет выбора, — Разель взвёл затвор своего автомата. — Мы прошли точку невозврата ещё в той лаборатории.

Он первым вылез через решётку на поверхность. Резкий ветер, пахнущий озоном и распадом, ударил ему в лицо. Где-то вдали, в серо-зелёной мгле, мерцало зарево — эпицентр.

— Идём к сердцу, — сказал Разель, делая первый шаг в ядовитый туман.

Где-то совсем близко, в колебаниях аномалии, мелькнула тень — быстрая, неестественная. Слишком быстрая для мутанта и слишком целенаправленная для простого хищника.

Марина заметила это первой. Её рука легла на плечо Разеля.

— Кажется, мы не одни такие умные. Громов нас выследил.