Иная: Перст судьбы

Глава 1

Эта история разворачивается в Англии XVIII века – не той, что вошла в учебники, а в иной, где прошлое живёт по своим законам и не всегда следует исторической правде.

Со стороны моря дул ветер, обжигая холодом открытые плечи Ады. Стоя на краю обрыва, она наблюдала за солнцем, уходящим за линию горизонта. Далеко внизу, под ногами, спокойные волны мягко бились о скалы. Развивалось чёрное, как смоль, пышное свадебное платье. Фата, уже не закрывавшая лицо, прочно крепилась к густым каштановым волосам.

Позади послышались знакомые, неторопливые шаги. Из груди вырвался почти облегчённый выдох. Она не обернулась. Прикрыв глаза в немом наслаждении, почувствовала, как талию обвивают сильные руки. Его подбородок коснулся её хрупкого плеча. От мягкого тона мужчины по телу побежали мурашки.

– Всё закончилось… Ты готова?

Приятный обволакивающий голос заставил сердце биться быстрее. Она окинула море спокойным взглядом. Верхушку солнца поглотили синие воды. Ада коротко кивнула, и его хватка на её талии стала крепче. Ноги потеряли опору. Они оба полетели со скалы в самый низ. Вода, раскрыв свои объятия, приняла их без колебаний.
Идя ко дну, она чувствовала, как в груди стремительно нарастает ужасная паника. Хотелось биться, кричать, цепляться за жизнь и любой ценой вырваться на поверхность. Тело не слушалось. Внешне невозмутимая, абсолютно спокойная, она шла ко дну. Чужие руки не отпускали. Он был якорем, ежесекундно тянущим их на дно моря. В голове, поверх собственных мыслей, послышались чужие. Его голос. Он был уже не так мягок, как минутой ранее, но в нём остался тот магнетизм, благодаря которому слушать его можно было бы очень долго.

– Госпожа, проснись… Ада?!

Глаза юной девушки быстро открылись. Сморгнув слёзы, она смахнула их со своих щёк. Паника отказывалась отпускать. Ада соскочила с кровати и вжалась спиной в холодную стену. Руки прижались к беспокойно вздымающейся груди. В горле застрял крик, всё же намереваясь выйти наружу. Она ему не позволила. Медленно скатилась по стене с облегчающим осознанием:

– Это был сон… Всего лишь сон!

Стоявшая рядом фигура нянечки никак не бралась во внимание. Закрывая рукой рот, пожилая Элизабет часто моргала, лихорадочно соображая, что делать дальше. Женщина замерла от удивления. Уже много лет со старшей воспитанницей не случалось подобного. Справившись с волнением, она всплеснула полными руками.

– Что ж ты так, моя юная мисс! Негоже аристократке на полу сидеть. Вставай.

Маленькие пальцы сомкнулись на предплечье и плече воспитанницы, вынуждая её подняться. Ада нехотя подчинилась и в следующее мгновение уже сидела на своей кровати. Одеяло беспорядочным комом почти свисало на пол. Нянечка схватила стакан, стоявший на прикроватной тумбочке, и наполнила его водой из графина. Приняв его дрожащими руками, девушка выпила всю воду залпом. Стало ощутимо легче – уже через полминуты напряжение начало отступать.

Ада искренне, но коротко произнесла:

– Спасибо, нянечка.

Пожилая Элизабет присела рядом и обвела Аду задумчивым взглядом. Заметив, что её руки перестали дрожать, перевела внимание на лампу, в которой вот-вот должно было закончиться масло.

– Мне не спалось, я решила пройтись. Да ещё на лестнице твой крик услышала. Думала, режут. Схватила что первое попалось под руку, да и побежала. А тут…

В подтверждение своих слов она ткнула пальцем в пол, на котором валялся серебряный канделябр. Воспитанница перевела на него безразличные, стеклянные от слёз глаза. А если бы Элизабет не пришла? В каких муках она бы сейчас билась?

Слова благодарности вновь слетели с губ:

– Спасибо, что пришла.

Нянечка слегка шлёпнула её по руке и довольно улыбнулась.

– Не за что, моя юная госпожа. Хочешь, я с тобой лягу, чтобы сон не вернулся?

Представленная картина заставила тёмные брови съехаться в одну полоску. В альтернативу бессонной ночи из-за ужасного сна пришла бессонная ночь из-за оглушающего храпа, слышимого даже за пределами комнаты. Элизабет не лукавила – сон бы не вернулся. Подавив в себе порыв быстро замотать головой, Ада лишь сдержанно ею покачала.

– Нет, нянечка, спасибо. Я как-нибудь сама.
– Что ж… Если что, кричи.

Нянечка захохотала, вероятно оценив свою шутку. Видя на губах воспитанницы сдержанную улыбку, она довольно крякнула и встала на ноги. Подобрав канделябр с пола, пожелала добрых снов и ушла. Девушка облегчённо вздохнула и зарывшись в волосы пальцами, тихо всхлипнула. На коже всё ещё чувствовалась прохлада воды. Глубоко вздохнув, она положила руку на солнечное сплетение, убеждая себя, что всё хорошо. Спокойствие придёт, просто нужно перетерпеть.

Что я сделала, что мне послали такой сон?

Впервые в жизни ей запомнился сон. Ада могла описать его до мельчайших подробностей. И это пугало. Такого никогда не происходило. Когда-то давно, возможно, она и видела сны, но те дни в памяти не остались. Только кошмары… Оставалось надеяться, что к утру увиденное хотя бы частично сотрётся из памяти. Грудь сдавило в новом приступе боли. Распахнув окно, она вдохнула прохладный воздух.

– Неужели это снова началось…

Захотелось расхохотаться, а после упасть на колени и разреветься. Подавив противоречивое желание, девушка укуталась в одеяло и легла на кровать, желая, чтобы это принесло ей покой. Оставаться одной в такие моменты было легче. Не хотелось, чтобы её видели подавленной. Сейчас Элизабет не видела её слёз. В первую очередь из-за лампы, которая в эту секунду потухла, предоставив возможность лунному свету осветить комнату. Ада захотела полной, непроглядной темноты. Хотелось лежать и чувствовать, как громкое, беспорядочно бьющееся сердце постепенно выравнивает свой ритм, даруя покой. Сопротивляться этому не было ни желания, ни сил. Она встала и трясущимися руками задвинула все шторы. В спальне воцарила полная, охлаждающая разум тьма. От неизвестности тело на мгновение сковал лёгкий страх. Он быстро исчез, и девушка свернулась калачиком под одеялом. В голове всплыл момент из середины сна. Мужчина, которого она так и не увидела. Ласковые прикосновения, теплота. Неловко, конечно, думать об этом, но никто ведь не узнает. В ушах бурлила кровь. Почти через час сон всё же отстоял своё право на первенство, и она наконец-то заснула.