Иная жизнь

Слабость смертного

Эйнар

Глаза у Элеонор были растеряны, и она явно ничем не может помочь. И когда она попросила всех выйти, я думал, что шанса нет. Но потом с ловкостью фокусника, она выдергивала нас из коридора как карты с колоды, но до меня очередь так и не дошла. Почему? Почему при воскрешении дочери задействованы были все! Все, кроме отца!

Каково же было мое удивление, когда эта хрупкое, еще не полностью восстановленная от болезни женщина, умудрилась ща пять минут перевернуть весь кабинет. А Николас с Ирмой были у нее на подпевках. Да плевать, главное - чтобы сработало.

Как завороженный, не зная чем помочь, стоял в дверях. В лаборатории Элеонор отчеканивала приказы один за другим, и все работали как единый организм. Только я стоял в дверях и второй раз в жизни ощущал себя полностью беспомощным.

Яркая вспышка и доченька открыла глаза! Еле уловимый трепет век, чуть слышное дыхание! Она дышит, Гулим снова в этом мире! Боковым зрением уловил странные движения Элеонор. Заводная кукла сломалась - жена упала без чувств, только лишь и успел подхватить ослабленное тело на руки.

Душа рвалась прижать дочь, обнимать и больше не выпускать с рук. Но меня для нее не существовало – для нее весь мир кружился вокруг Николса. Они не выпускали друг друга с объятий, и Ник обсыпал ее сотнями поцелуев. Да и с ней уже было все в порядке, а Элеонор требовалась моя энергия. Теперь, имея открытый канал - с лёгкостью начал передавать потоки энергии.

- Что ты творишь! Немедленно остановись! - Ирма пыталась вырвать Элеонор с моих рук.

- Ей надо помочь.

- Нет, не так. Человеку трудно справится с энергией вампира, а ты ещё подливаешь. Отнеси в кровать, мы сейчас осмотрим быстро Гулим и подойдем к Элеонор.

Последний раз, посмотрев на дочь, понял, что она меня и не заметила. Такова роль родителя. Приходит день и нужно отпускать. Жаль, что так долго этого не понимал. К тому же, не факт что она хочет меня видеть. Пусть привыкнет, и потом я вымолю у нее прощение. Отвернувшись, я сделал шаг к двери.

- Отец…

- Гулим, я так долго ждал твоего возвращения, - все, что смог сказать, прежде чем слезы затянули глаза. Лишь спустя несколько минут смог продолжить.  – Прости меня, я буду рад, если вы с Николасом останетесь в обители.

- Позже поговорите, девочка болтыхается у тебя в руках – отнеси-ка ее в спальню, - укоряюще буркнула Ирма.

Марк

Итак, у нас в обители полный сбор. И если с вампирами все понятно, то с девчонкой все не так однозначно. С одной стороны она человек, но она вовсе не человек! Дарующая. Я слышал, что они дарят тепло, но что выходят на общение с духами и могут возвращать из мертвых. Кажется, она не так проста, как я предположил в начале. Кхе-кхе, я то еще ее пожалел, когда увидел испуганную и вжавшуюся в полог кровати Эйнара. Сердце заныло от щемящего чувства и так хотелось уберечь ее от всех невзгод. Да эта девчонка всех нас переплюнет еще и не раз. То, что не мог сделать клан вампиров столетие, она решила за несколько минут!

Но что не говори, а Гулим рады все и даже я. Вот кто бы сказал, что я буду ей рад. Еще вчера вечером я бы посмеялся, скажи мне кто такое. Но сегодня все по-другому. Мой друг сияет и больше не пытается сорвать кулон Ирмы, защищающий от солнца. И это точно добрый знак. Он больше не голодает. Удивительно, но к нашей с ним трапезе присоединилась Гулим и заявила, что намерена во всем поддерживать мужа. Как же резво ее клыки вошли в плоть, и не скажешь, что она презирала наш род.

По этому случаю даже Антонио едет к нам! А это бывает не часто. Он знатно комплексует от своей жажды, и тайно завидует эволюции, которую познал Эйнар. Думаю, дарующая тепло в жёнах у собрата доконает его самолюбие. Ну а я все равно рад!

Только вот с дарующей что-то не так. Лежит без сознания уже который час. И раньше хоть Ник помогал, теперь же Ирма уверенная, что поможет только время. На графе лица нет. Вот уж знатно влюбился, интересно, ее можно будет обратить? Или после ее ухода у нас будет следующий уходящий в закат? Хотя куда это я, что за мысли в такой отличный день!

- Ник, рад вас снова лицезреть столь энергичными и счастливыми!

- Неужели? - хихикнула девица.

- Ой, да ладно. Знаешь, много времени утекло. Пусть и обиды останутся там же. К тому же ты жена моего собрата. Так что иди я тебя обниму!

Обниматься не хотелось, но Ник был счастлив, а это в вечном холоде и голоде дорогого стоит.

- Ну вот, всех обняла, может, и к отцу подойдёшь? – услышал неуверенный голос графа.

- Зачем ты так напрягался? Для никчемной потаскухи или ее нищего аристократа? – Гулим насытившись кровью, пришла в себя и вспомнила все былые обиды.

Ого, а я-то думал все перипетии позади. Эйнар был изнеможен и смог выдавить только:

-  В кабинет.